Черное пламя - Андрей Тарасов

– Не более трёх минут. И восстановить заряд можно, только вынырнув в нормальное пространство. В этот момент судно становится беззащитным. Иными средствами, кроме фазового сдвига, они не располагают, кроме того, не могут вести огонь с изнанки. Самое главное – ментальный потенциал пилотов исчезающе низок. Они не могут предвидеть наш ответный огонь и действуют по заранее сформированному случайному алгоритму.

– Что вы говорите? – в голосе капитана проскользнуло злорадное предвкушение. – Огневым операторам перейти в ручной режим наведения. Задействовать темп и бить наверняка.

А вот теперь неизвестным агрессорам пришлось крайне туго. Все операторы огневого контроля были профессионалами. И их индекс позволял предвидеть действия целей на несколько секунд субъективного времени, что давало возможность атаковать точно в тот момент, когда противник покидал спасительный пространственный сдвиг.

Вокруг крейсера кружилось сорок два кораблика, не считая уничтоженных первыми после перехода залпами. И теперь число точек на экранах стремительно уменьшалось. Кольцо атакующей формации распадалось на глазах, не в силах приспособиться к ударам фазовых импульсов, оставляющих на месте неудачника буквально пустое место.

– Уничтожено двадцать три цели, оставшиеся перегруппировались и отступают. Стартовали штурмовики и второе кольцо спутников. Периметр внешней защиты сформирован. К нам приближаются дополнительные метки со всех сторон. Двести сорок девять на подходе.

– Сформировать периметр согласно плану обороны «Щит». Профессор, займитесь полевым барьером, на одних лишь стабилизаторах мы далеко не уедем. Свяжитесь со штабом обороны, у них наверняка накоплена информация о пришельцах.

Первое противостояние закончилось победой. Повезло. Вдвойне, поскольку тяжёлые корабли противника отсутствовали. Ничего не понимаю, они нас собрались задавить массой штурмовиков, что ли?

– Капитан. Сформирован штабной канал. На линии адмирал флота Дягтерёв.

– Канал принят, – произнёс капитан Григорьев.

Пока наш бесстрашный лидер вёл беседу с командованием, появилось время перевести дух.

Я снизил темп до пяти единиц, оставил слежение за командным каналом, из которого меня пока что не удалили, и вызвал для начала Мишку и Марину.

– Привет, как у вас обстановка? – поинтересовался я состоянием дел в ангаре.

– Наблюдаем, – хмуро поведал мой друг, – представляешь, мы с Мариной сидим в резерве на второй очереди тактического мониторинга. И это несмотря на то, что я один могу держать темп двенадцать полдня.

– Ладно тебе, Мишка, тут такое творится, что дай срок, и тебя ещё тошнить будет от работы. Лучше скажи, что это такое было только что?

– А ты внешние каналы не успел просмотреть? – подняла брови Марина. – Ну ты даёшь.

– Когда бы мне? Я корректировал первый удар, а потом меня выкинуло.

– Ясно всё с тобой. А я вот успела кое-что перехватить, – приступила к рассказу Марина. – На Новороссии настоящая война. Представляешь, вчера из гипера вышел флот этих вот попрыгунчиков и принялся грабить Новороссию.

– Постой, – перебил я девушку, – как это грабить?

Вы можете представить технику грабежа в космосе? Это ж надо аккуратно вскрыть купол, проникнуть внутрь, нейтрализовав охрану, добраться до хранилищ руды. Что за бред?

– Молчи, если не знаешь. Они накрывают отсекающим полем десяток метров и вместе с наполненным добром шариком улетают.

– Нихрена себе.

– Ага. При этом вывалились они всей толпой, посчитав нас отсталыми. Их сейчас тысячи три по всей системе шастает.

– Сколько-сколько? – изумился я.

– Да, но каждый не крупнее штурмовика.

Вот так новость. Откуда они все выползли только. Похоже на нашествие муравьёв.

– Их ещё больше было поначалу. Но половина сдуру попробовала захватить Снежу и несколько боевых станций. Особенно крупно гостям досталось возле «Колобка». Командир станции, недолго думая, хлопнул главным калибром, уничтожив сразу девятьсот штук.

– Прикольно, – искренне порадовался я.

– С атакой планет тоже не вышло, они все пространственными стабилизаторами прикрыты с ого-го каким радиусом. Да и флот вовремя очнулся, и уже сутки легкие корабли гоняют друг друга. Только вот саранча успевает тащить всё, что плохо лежит, на свои носители.

– Погодите, а почему флот носители не может уничтожить?

– А как? Как только наши корабли подлетают близко, эти гробы уходят в прыжок куда-нибудь на противоположную сторону системы. А глубина погружения у них выше, чем у крейсеров флота. Вот и приходится устраивать салочки в космическом масштабе.

– Интересно, – я вызвал новое меню, быстро вывел нужную схему, набросал задание Умнику и, дождавшись результата, улыбнулся.

– Спорю на что угодно, не пройдёт и часа, как мы тоже попробуем разобраться с гостями.

– Откуда такое озарение? – поинтересовался Мишка.

– Смотрите. Если вы правы, то генераторы «Ломоносова» позволят выскочить почти что рядом с тяжёлыми кораблями пришельцев. Думаю, там у них обычные транспорты, иначе какой смысл им рассредоточиваться и убегать?

– А «Ломоносов» после этого включит стабилизаторы, чем заблокирует возможность повторного перехода, – глубокомысленно продолжила Марина, – тут и сказке конец.

– Точно, Марин, а самое главное что? А то, что никаких резервных вахт не будет. Каждый получит энергоканал в личное пользование и задание – пристрелить как можно больше комаров. Спорим, я больше всех набью?

– Хвастун. Нам ещё с теми двумя сотнями, что на подходе, разобраться надо.

– Подумаешь, проблема. И не таких били. Эх, вот бы штурмовик и в космос, а не на борту пассажиром, – как-то на меня первая победа подействовала расслабляюще, или это от химикатов такие последствия?

– Так тебе и дали, – закончил спор Мишаня, – и вообще хорош болтать, вон ещё гости подошли, за добавкой.