Новатор - Алексей Лапышев

И правда, сушки уже отбомбились и ушли, но вслед за ними пришли наши СБ. Быстрые, мощные, страшные и они сбросили свои подарки.

Над укреплениями противника встают очередные следы разрывов.

— Что там вообще осталось? — Размышляю я:— И главное, они ничего и поделать то не могут. — Восьмерка МИГ-ов и двенадцать И16, закрыли небо над Гранадой, прилетая по очереди из Альбасете и напрочь отбили желание как-то нам мешать.—

И вот, авиационная часть спектакля закончилась, мы вышли на рубеж шести километров и к городу рванули новые огненные росчерки. Это РМ-13 отстрелялись, выпустив по укреплениям противника сотню реактивных снарядов.

И тут же рванули в тыл на перезарядку, а их место заняли наши самоходки и они начали быстрый и планомерный обстрел укреплений противника, выпуская в общей сложности два десятка снарядов в минуту. За те четыре минуты, что танки побирались к своему рубежу огня, самоходки успели выпустить по противнику восемьдесят снарядов, ополовинив свой боезапас.

Но вот, в бой вступили и наступающие БТ8. Четыре километра, это их предельная дистанция огня и они пошли вперед, уже ведя огонь. Четыре километра, восемь минут броска и по сорок выстрелов каждого танка. Всего, еще восемьсот снарядов обрушилось на мятежников и они мало что могут этому противопоставить.

Самоходки уже ушли в режим отлова опасности и уничтожения ее, танки давят, БТР прикрывают, а наши РМ-ки, уже перезарядились и ждут момента, и скопления противника, чтобы ударить по нему.

И вот дождались, мятежники перегруппировались и попытались провести встречную атаку силами примерно батальона, но им не повезло. Корректировщики тут же выдали целеуказание батарее РМ-13 и та мгновенно ударила по квадрату осколочно — фугасными боеприпасами. Сотня снарядов, через минуту накрыла гектар и практически сожгла все там.

Ну а чудом уцелевшие три легких танкетки, были мгновенно расстреляны в снайперском стиле нашими самоходками.

— Они ведь бронебойщики. — Думаю я и тут же добавляю:

— Это их работа и они ее делают хорошо. —

А штурм продолжается, войска противника постепенно выдавливаются из подступов к Гранаде и они вынуждены уходить в сторону Кордовы.

Идут минуты, часы и вот подошли подкрепления. Мы уже прорвали фронт, а они закрепят успех и ребята сходу втягиваются в бой.

— Т26 и БТР на их основе, медленные и не очень защищенные, но противнику им уже нечего противопоставить, мы выбили то что было опасно, а теперь игра идет в одни ворота. — Понимаю я и меня зовут на первое совещание штаба после начала штурма.

Мы разворачиваемся и едем в расположение Штаба в сопровождении неизменных пары пикапов с охраной и присоединившейся пары БТР.

— Да, повоевать пока, так и не пришлось. — Думаю я и с усмешкой гляжу на рядом сидящего Володю:

— Что? Не получилось пострелять? — Спрашиваю я и тут же слышу расстроенное:

— Да, не получилось. —

— Ладно, успеем еще. — Смеюсь я в ответ и накаркал.

Не нас выскакиваю, незнамо откуда и как проскочившие мятежники, числом как говорится до роты.

— Многовато. — Понимаю я и тут же добавляю с нервным смешком: — Долго стрелять придется и где же мы будем их всех хоронить? —

А мы мгновенно разворачиваемся и встаем в активную оборону.

Десант высыпается с БТР-ов и прячется под броней, сами БТР выскакивают вперед и бьют из пулеметов по бегущей на нас толпе.

Мы сами тоже выпрыгиваем из машин и присоединяемся к веселью, азартно отстреливая все что увидим.

Противник понял, что куда-то не туда попал и попытался скрыться, но у него это не получилось. Все таки пара пулеметов, полтора десятка автоматов и столько же автоматических винтовок, не оставляют ему шанса на жизнь.

Сотни пуль обрушились на мятежников и очень быстро, они просто физически закончились.

Перестрелка стихла, я встаю и оглядываю окрестности, а там, десятки трупов и масса раненых.

Перевожу взгляд на наших и:

— Сказка, да и только. — Понимаю я, видя всего несколько раненых и полное отсутствие убитых.

И новое осознание приходит ко мне:

Вот что значит автоматическое оружие, выучка и боевой дух. Мы мгновенно выбили роту, практически никого не потеряв. Значит все не зря.

И мы поехали дальше, на совещание.

17.08.1937

Суббота

Гранада

14:00

— Совещания, совещания, совещания. — Думаю я, уже находясь в помещении штаба в городке Ареналес и тут же добавляю про себя. — Да, как нас с Володей убрали с линии фронта, так больше туда и не допускают, мы рядом, но не там. —

И вот начинается очередное совещание, председательствует Рокоссовский, тут же Ватутин, Маргелов, связник с авиацией, Андреев, Андре Марти и Винсенте Роха.

Ну и конечно мы с Володей, и Николай Семенович, отвечающий за мою безопасность.

Рокоссовский здоровается со всеми и предлагает Ватутину, начинать:

— Товарищ Ватутин, доложите текущую обстановку на фронте. —

Ватутин встает и отчитывается:

Оборона противника, сформированная по линии Атарфе- Пелегрос, прорвана ударом танкового полка на всей протяженности. Мятежники спешно перегруппировались и отошли в район Атарфе-Санта Фе — Вегас дель Фениль, заняв перекрестье дорог на Кордову и Малагу.

Гранада фактически открыта, а противник выжидает. Ведет активную оборону и ждет подкреплений, или указаний.

Республиканские войска, выдвинулись на линию соприкосновения и ожидают приказов.

Подразделения танковой бригады отведены в район Пелигрос, на перегруппировку.

В ходе боев нами уничтожено два десятка танков противника и около тысячи бойцов. Наши потери два БТ8, четыре БТР и около семидесяти солдат и офицеров.

Такая диспропорция потери у нас и у противника обусловлена массированным применением авиации и бронетехники. Им фактически нечего нам противопоставить.