Побег - Бекс Хоган

Красться по «Деве» незамеченной не составляет для меня большого труда. Я занималась этим с тех пор, как научилась ходить, хотя никогда еще не делала этого в такой спешке. Однако мне почти никто не мешает. Единственные две Змеи, которых я встречаю, мне знакомы, и потому, когда мы вступаем в схватку, я наношу удары аккуратно, стараясь вывести их из строя, но не убить. Хотя я успеваю обернуть пальцы тряпками прежде, чем покинуть пыточную Миллиган, те места, которые раньше были защищены ногтями, пронизывает боль. Но я превозмогаю ее. Теперь меня ничто не остановит.

Осторожно приподняв крышку люка и выглянув на палубу, я понимаю, почему вокруг меня так тихо. Вдали маячат морские хищники, явно направляясь в нашу сторону, поэтому все руки сейчас заняты тем, чтобы привести «Деву» в движение. Бронн привязан к бизань-мачте, его прогулка под килем временно отложена. Адлер выкрикивает команды своим матросам так, будто та смертельная опасность, в которой они оказались, это их вина.

Даже отсюда я вижу, что Бронн избит, но не понимаю, находится ли он в сознании. Играя лезвием, я ловлю солнечный луч и направляю зайчик ему в лицо. Он открывает глаза, раздраженно ищет источник света, и, заметив меня, не может скрыть облегчения.

Я выбираюсь из люка и уверенно иду по палубе в направлении Адлера. Большинство матросов слишком заняты, чтобы заприметить меня, но те, которые реагируют, не верят своим глазам и слишком потрясены, чтобы что-то предпринять. Когда меня видит Рен, он выдерживает мой взгляд и отвечает коротким кивком и быстрой улыбкой. Я заслужила его уважение.

– Адлер! – кричу я человеку, которого раньше называла отцом. – Пора нам с этим покончить раз и навсегда.

Теперь все головы поворачиваются в мою сторону, и самым изумленным оказывается Адлер. Он не ожидал, что я на такое способна.

Двое палубных матросов бросаются вперед, чтобы помешать мне, но он рычит:

– Оставьте ее!

Ребята отшатываются, будто он их ударил. Они слышат его ярость, как и я.

– Миллиган теряет хватку, – говорит Адлер, выступая мне навстречу, будто за нами не гонятся двое смертельно опасных морских хищников.

– Выпивка всегда была ее слабостью.

Он понимающе кивает:

– Ну вот мы и вместе, Марианна. Как в добрые старые времена.

– Не совсем. Тогда я изо всех сил старалась, чтобы ты мной гордился.

– Кроме того конфуза на Посвящении?

– Возможно, я искала твоего одобрения, но я никогда не хотела становиться тобой.

– И все-таки ты здесь. Так расправиться с Бриггсом! Даже у меня не получилось бы лучше.

– Я – не ты.

– Продолжай себя уговаривать, – улыбается он. – Но у тебя на руках кровь, и большего от своей дочки я не прошу.

– Ты не мой отец.

По рядам наблюдающих за нами пробегает шепот растерянности, и я вижу, что Адлер предпочел бы, чтобы они знали не всю правду. Однако он быстро приходит в себя.

– И ты должна радоваться этому. Твой настоящий отец был трусом. Сдох без боя. В отличие от матери. – Адлер показывает на отсутствующий глаз. – Вот она показала свой дух.

Он пытается задеть меня, и ему это удается. Мне приходится призвать на помощь все самообладание, чтобы не поддаться на его колкости.

– Если ты так любишь дух, почему же ты пытался убить Эстер?

Он прищуривается, обдумывая услышанное. До сих пор он считал Эстер мертвой.

– Ты разве не знал? Она жива, несмотря на все твои ухищрения. Если это тебя осчастливит, имей в виду, что она ненавидит тебя даже сильнее, чем я.

– Жива? – В этом вопросе больше эмоций, чем я когда-либо от него слышала. На мгновение я понимаю, что когда-то он был способен любить, хотя и по-своему, извращенно. Но его волнение исчезает, а на смену ему приходит гнев. – Ну спасибо. Теперь я знаю. Когда разделаюсь с тобой, пойду и закончу начатое.

– Ты любил ее! – кричу я, злясь на себя за то, что подвергаю Эстер опасности. – Ты вырезал ее фигуру над водорезом «Девы»! Зачем теперь хочешь убить?

– Потому что она предала меня. А я не прощаю предательства.

– Я тоже.

Он поднимает брови и смеется.

– Думаешь, можешь меня убить? Марианночка, даже если бы я считал, что тебе хватит храбрости, неужели ты искренне считаешь, что доросла?

Я впиваюсь в него взглядом, стараясь за показной уверенностью скрыть ужас.

– А ты испытай меня.

Его улыбка исчезает.

– Я надеялся, что до убийства дело не дойдет. Я бы предпочел, чтобы ты ко мне присоединилась. Отдай мне Западные острова, и я обеспечу тебе защиту. Когда Восток падет, я пощажу твоего принца. Я даже приму обратно Бронна, невзирая на его двуличность.

– Я скорее сдохну, чем присоединюсь к тебе.