Зачисление - Тимофей Грехов

— Ещё скажи, что вы такое практиковали в Египте? — скептично спросил я.

— Да, — спокойно ответил Зес, чем ещё сильнее удивил меня.

— Вы хоть понимаете, как бредово это звучит? Ерби, сколько времени тебе понадобилось для того, чтобы принять такое необдуманное решение.

Она отвела взгляд. И вместо неё ответил Зес.

— Ерби познакомилась с ней почти в первую неделю её пребывания в нашей темнице в Балакино. Так что совсем уж необдуманным решением это не было. И когда Ерби узнала про перевод Аяны в общую камеру, то выпросила меня помочь ей. В общем, я согласился, но с обязательными условиями. Ерби не подходит к ней и уж тем более не подпускает к ней нашего ребенка. Кормят и водят в уборную её только слуги. И мы разбираем с Ерби вопросы, которые она должна с ней обсуждать во время их бесед.

Я внимательно слушал Зеса. И в принципе, если всё озвученное им правда, то может они поступили правильно. Сейчас мы знаем во много раз больше, чем пока Аяна находилась в темнице. Заказ на убийство она не смогла исполнить, оставшись калекой, как я раньше думал, навсегда. Рук и ног её лишил Орлов. И крови пока между нами нет.

— Хорошо, — произнёс я. — Дайте мне ваш блокнот, я прочитаю его и вечером жду вас. Обсудим, что вам удалось узнать и какие вопросы нам нужно ещё ей задать. За ней кто-то следит пока вас рядом нет? — спросил я.

— Да, — ответил Зес, — четыре стражника с ней даже ночью.

Я кивнул. После чего вышел. Близился обед, и я пошёл в сторону спален брата и сестёр. Ведь после похорон отца мы почти не общались.

Родных я нашёл в одном из классов. В нём Григорий вёл урок по арифметике. И сейчас у доски стояла Ярина. Она с задумчивым видом держала мел в руке и что-то себе под нос тихонько шептала. Вначале я подумал, что она просто проговаривает формулу. Но потом я посмотрел на Григория, который с каждой секундой всё сильнее багровел.

— Ярина! Это не я тупой осёл. А ты… Тебе следует уделять больше времени для изучения наук. В мире есть вещи поважнее магии, которой ты постоянно занимаешься! — прокричал на одном дыхании Григорий.

Я тихонько постучал по двери, привлекая к себе внимание.

— Ярар, — радостно закричали в три глотки Тимофей, Мария и Ярина. Они побежали в мою сторону и вцепились в меня.

— Привет- привет, — улыбаясь сказал я. — Вы почему дядю обижаете?

Пока я общался с ними, к нам подошёл Григорий.

— Привет, мой ЛЮБИМЫЙ племяш, — выделил он слово.

— А мы значит не любимые? — вскинулась Ярина.

— Сказала та, что меня буквально минуту назад называла тупым козлом, — проворчал дядя.

— А ты их лупи почаще! — предложил я, подмигнув ему. — А то я начну думать, что это они твою любимые племянники. Ведь ты их не наказываешь за непослушание и сквернословие.

— Он что тебя бил? — с недоверием спросил Тимофей.

— Разумеется! — соврал я. — И я до сих пор благодарен за науку!

— Благодарен? — переспросила Мария. — Как можно быть благодарным за то, что тебя избили?

— Не избили, а наказали, — наставительным тоном произнёс я. — К тому же, — указал я на доску, — алгоритм не такой уж и сложный, чтобы на него тратить много времени.

— Брат, а ты умный? — по-детски спросила меня Ярина.

Я закашлялся, не зная, как отвечать на такой вопрос. Но на подмогу пришёл Григорий.

— Ярар, я так понимаю, ты пришёл, чтобы пойти на полигон? — спросил с улыбкой он.

— Да, — ответил я. — И я думаю, что Тимофею, как будущему главе, стоит пойти с нами.

— А нам, нам можно с вами? — заголосили сестры. Я посмотрел в сторону Григория, «взглядом» спрашивая насчёт них, но Григорий отрицательно покачал головой.

— Увы, но не сегодня, — ответил я. И видя, что они расстроились, продолжил: — Но вечером я приду посмотреть, чего вы достигли в изучении магии!

Юные сестры Тьер расстроились. Но кашель Григория быстро донёс до них, что на большее им рассчитывать не стоит.

— И что это было? — спросил я у Тимофея, когда мы пошли в сторону полигона.

— А сам не понимаешь? — вопросом на вопрос ответил он. Я отрицательно покачал головой. — Они выплескивают эмоции после гибели отца.

— А мама?

— Каждый вечер приходит читать им сказку вместо нянечек, но они всё также плачут по ночам, — ответил брат.

Я ненадолго замолчал, смотря на дорогу перед собой.

— А сам то ты как?

— Держусь, — ответил Тимофей, и с усилием сглотнул, не давая слезам политься из глаз.

— Брат, что бы не случилось — я рядом. И улыбнись. Скоро мы отомстим клинку, повинному в смерти нашего отца.

— Клинку? — переспросил меня брат.

— Вторым будет император!

Глава 3

Если не брать в расчёт самих экспериментаторов, то на полигон мы пришли самыми первыми. Я заметил учеников Герека, которых он задействовал в качестве помощников.

Мы перебросились с Гереком парой фраз, и он поспешил раздавать дальнейшие указания. Но ни вчера, ни сегодня от меня не укрылось того факта, что он этим занимается только потому, что я поручил. Я видел, что Гереку по нраву лечить людей, а не создавать способы для их убийства.

Поэтому я решил, что этим направлением будет заниматься Корф. Опыт прошлой жизни мне подсказывал, что это будет верное решение. Мне уже встречались люди, которых возбуждают взрывы от сбрасываемых на планеты бомб и запуска ракет. И после сегодняшней ночи я был уверен, что Корф принадлежит именно к этой категории людей. Даже сейчас он почти не обращает на нас внимание, с какой-то потаённой любовью смотрит на артефакты. И чтобы огранить этот, так называемый, «алмаз» придётся ему поступать со мной на факультет артефакторов.

Я был уверен, что он способен создать более разрушительные артефакты, которые понадобятся в грядущей войне.

— Ярар, Тимофей, Григорий, — услышали мы голос Серека.

Когда я обернулся на окрик, увидел, что в нашу сторону вместе с дедом идут остальные Тьер. К моему удивлению рядом с мамой шёл Светлар. До этого момента я думал, что он давно покинул замок.

Светлар выглядел лет на пятьдесят. Но я уже не обманывал себя, ведь в Совете находились сильнейшие люди рода. Это означало, что он одарён способностью к стихии. А чем сильнее дар мага, тем дольше он может прожить. И поэтому его