Калгари 88 - Arladaar

На дверях надписи «Ординаторская», «Сестринская», «Палата номер 3», «Палата номер 5». Справа, метрах в 20-ти, горел свет поярче. Там коридор выходил в обширное помещение, в котором стояли старый письменный стол с бумагами, стулья, шкафы с лекарствами и папками. Но самое главное, над столом висела большая табличка с надписью «Пост номер 2. Отделение нейрохирургии и неврологии».

Тут же находился и туалет. Две двери с надписями «Мужской» и «Женский». При их виде Арина вдруг почувствовала, что неплохо было бы наведаться в сортир, хотя босиком, конечно, и не стоило. Но деваться некуда. Осторожно открыв дверь, Арина изумлённо огляделась. Сантехника явно древняя. И где биде? Где сушилка для рук? Где полотенца, туалетная бумага??? Санитайзер с жидким мылом??? Что это за конченый синий кафель на полу и стенах? Как можно так жить?

Впрочем, привыкаешь и не к такому, если приспичит… Сразу у входа в туалете висело зеркало на стене. Арина посмотрела в него и… Очень удивилась. На неё смотрело абсолютно её лицо, разве что в возрасте 13–14 лет. Ну да, причёска другая, намного короче. Нет татуажа, нарощенных ресниц и скорректированных губ и бровей. Но в целом… Это, несомненно, она, Арина Стольникова. Правда, с небольшими нюансами. Зубы! Арина открыла рот и чуть не сматерилась. Зубы не были идеально белоснежные! Ведь в Москве она по малейшему поводу ходила к дорогому модному дантисту в «Алых парусах». Сейчас же зубы были обычные, не сияющие, как в рекламе. Вроде бы и белые, но в тоже время чуть-чуть с желтизной. Пара зубов с небольшой кривизной, правда, незаметной. Задрав больничную хламиду, полностью осмотрела себя. Пальцы ног длинные и тонкие. Пальцы рук подростковые. Но рост явно выше! Боже, да она каланча, чуть не под 170!!! Телосложение…

…

— Жирное! — вспомнила она голос тренера Бронгауза на ежедневном взвешивании перед тренировкой. — Арина! Ты поправилась на 200 граммов! Опять торт по вечерам жрала два дня подряд? Какого хрена? До стартов неделя! Ты хочешь, чтобы координация развалилась? Сколько ещё прибавишь? Давай! Вылетай из сборной!

— Не-е-ет! — смущённо протянула Арина, стараясь не смотреть на тренера. Но да… Торты, несомненно, были. Два кусочка, грамм по двести. Но их хватило, чтобы нагнать в тело жира и воды, в то время, когда, наоборот, следовало подсушиваться. Но как отказать бабушке, если она сама испекла этот торт и по доброте душевной дала попробовать? Хоть и знала, что для внучки два кусочка торта, съеденные вечером, могут быть большой проблемой. Фатальной для карьеры.

— В общем, так, — непреклонно сказал Бронгауз. — С этого дня твоя диета — дистиллированная вода по литру в день, протеиновый концентрат и зелёное яблоко на ночь. Сгоняй, сгоняй вес, Ариша! Иначе сдашь старт! Улетишь в подвал! А оттуда хрен выберешься при такой конкуренции!

…

— Жирное, мать твою раз этак! Сдохни, но похудей! — громко крикнула Арина, на мгновение потеряв контроль над собой, и тут же услышала чей-то женский голос за дверью, со стороны поста.

— Это кто матерится там в уборной? Вы совсем уже? За выражениями следите! — в дверь постучали.

— Ой, извините! — Арина открыла дверь и увидела молодую женщину в белой высокой шапке и длинном белом халате. Из-под халата было видно коричневые колготки и чёрные дешёвые туфли с квадратными носами и каблуками.

— А… Ты девочка, которую привезли без сознания, но с хорошими показателями, — строго сказала женщина, села за стол и стала листать какие-то бумаги. — Твоё имя Людмила Александровна Хмельницкая? 1971 года рождения? Спортсменка?

— Чиивооо? — округлила глаза Арина. — Нееет! Меня звать Арина Станиславна Стольникова! 2005 года рождения!

— Девочка! Перестань выдумывать! Это несмешно! Тебе мама оставила передачу. В тумбочке, у кровати. Но сначала дай я осмотрю тебя, и проверю состояние.

Медсестра усадила Арину на стул, сунула ей какой-то допотопный градусник под мышку, потом больно перетянула руку жгутом, померила давление, пульс. Осмотрела глаза.

— Ты в полном порядке. Сейчас дежурный врач отлучился в другой корпус, но когда придёт, я передам ему, что ты пришла в себя. Через какое-то время он тоже проведёт осмотр. Вот тебе таблетки, выпей их сейчас. Кипячёная вода на тумбочке. Кружка там же.

Медсестра дала бумажный кулёчек с таблетками и показала на убогую деревянную тумбочку, на которой стояли два белых эмалированных чайника с надписями красной краской «Кипячёная вода». И синяя железная кружка рядом с ними.

— А сколько сейчас время? — робко спросила Арина.

— Часы перед тобой, неужели не видишь? — недовольно ответила медсестра и показала на круглую штуку, висящую на стене. Но на ней не было цифр! Лишь какие-то палки, одна короткая, одна длинная, застывшие в непонятном положении. Что это? Солнечные часы?

— Но тут нет цифр! — возразила Арина. — Где дисплей?

— Перестань придуриваться! — заявила медсестра. — Зрение у тебя прекрасное, и время ты видишь.

Она открыла большой амбарный журнал и стала бегло там что-то писать. Странно, но на её столе не лежал смартфон! И за всё время она даже не посмотрела и не проверила свои соцсети, как другие медсёстры, виденные Ариной. Не было на столе и ноутбука. Зато лежала груда каких-то бумаг, папок, толстых журналов.

— А где мой смартфон? — робко спросила Арина. — Я хочу позвонить маме!

— У тебя ничего не было с собой! Только одежда! — не отрываясь от записей, заявила медсестра.

— А у вас есть телефон?

— Звонки с телефона нейроотделения в город запрещены! — сказала медсестра. — Но если хочешь, позвони. Телефон перед тобой.

— Где? — недоумённо спросила Арина, оглядывая всё вокруг. — Ничего нет!

— Это что перед тобой? Ты меня разыгрываешь, Люда? — Медсестра удивлённо посмотрела на Арину и указала ей на какую-то странную белую шнягу. Белый ящик, а поверх него диск с дырками и нечто похожее на… Устройство явно предназначено, чтоб прикладывать его к уху и рту! Но оно проводом прикреплено к ящику! Как им пользоваться? На нём нет ни дисплея, ни даже клавиш!

Арина ещё застала мобильные телефоны с клавишами. Самый первый ей дали в первом классе. Мамина раскладушка «Самсунг». Его хватило на два дня, потому что на второй день семилетняя Арина