Жнец - Макс Дарт

— Да плевать на ваши правила. Он должен быть наказан. С такой же жестокостью, как он избил наших детей, — произнесла неизвестная мне женщина. — Так что давай его сюда, мы с ним быстро разберемся. Или у твоего Рода проблем мало? Хочешь еще и с нами поссориться?

— Плевать я хотела на вас и ваш Род, — тем же спокойным голосом сказала им старшая из моих новых знакомых. — Вы либо перестаёте позориться и молча ждете здесь, рядом со своими детьми, либо я вызываю охрану, и она вас выведет. Все должно быть по правилам нашей школы, — с холодом сообщила им Анна. — И не забывайте, с кем вы общаетесь.

Зря они ссорятся с врачом, который лечит их детей. Да и она княгиня. Значит, где-то есть князь, который может за свою жену неплохо так опустить своих собеседников.

— Действительно, я совсем забылась, Ваше Сиятельство, — с издёвкой произнес неведомый женский голос. — Хотя, нет. Ведь единственное, что от вашего Рода осталось, — это вы да ваша дочь. Быстро отдайте нам мальчишку или нам придется применить силу.

Однако, весьма неожиданно. Выходит, их некому защитить. В данный момент сейчас можно было бы уступить, но, видимо, гордость княжеской крови не позволяет прогнуться под родственников этих сопляков.

Я начал подниматься с постели.

— И пойти против указа Императрицы? Она установила, что в школах нападения караются законом. Более того, ученики все равны, даже если большинство детей — аристократы, — Анна с неизменным тоном донесла свои слова собеседникам. — А теперь пошли вон отсюда, вы мешаете детям восстанавливаться.

— Да как ты сме… — прервался возмущенный восклик женщины, потому что я открыл дверь и вышел.

— Не стоит, Ваше сиятельство, — с улыбкой произнес я, а после холодно добавил: — Вот он я. Вы бы еще армию с собой взяли, смешно.

— Александр, тебе нельзя вставать, — с тревогой произнесла доктор и подошла ко мне, приложив руку, что сразу покрылась зелёным свечением, к моему лбу. — Надо же, организм в относительном порядке, хотя постельный режим необходим. Ты почему встал? — спросила она меня.

— Хотел посмотреть на людей, что пришли по мою душу, — ответил я и отстранился от руки Анны Сергеевны, что закрывала мне обзор.

Осмотрел пришедших людей. Судя по цвету волос, блондин — отец или близкий родственник Константина, а исходя из разговора про «наших» детей, соответственно, женщина — родственница Ивана. Выглядели они вычурно.

Внешний вид мужчины еще был в относительном порядке. Короткая стрижка, цепкий взгляд, мускулатура, выдающая в нем человека, который усердно занимается физическими нагрузками. Все это показывало, что он, скорее всего, военный. Одет он был в костюм и накинутый на плечи белый халат.

Внешность женщина была, мягко скажем, броская. Небольшой лишний вес, яркое платье и множество украшений. Казалось, у нее все пальцы в кольцах. Как она под весом всех этих побрякушек передвигается? Не хватало только диадемы на голове, и была бы настоящая сокровищница.

А души у них были интересные. У мужчины черная, с проблесками коричневых всполохов. А вот у женщины такая, что заставила меня скривиться. Серая, с множеством тех самых кроваво-красных жилок, что отражает то, что она любит мучать и унижать других людей.

Судя по всему, она была неодаренной. Хотя я еще не подтвердил свою гипотезу, но что-то мне подсказывает, что я прав. Ведь цвет ауры, что покрывала руку моей знакомой, Анны Сергеевны, была точно такой же, как и проплешины в ее душе. И исходя из этого и ранее виденного мной, по количеству этих самых проплешин можно узнать силу одаренного. У старшей Донской их гораздо больше, нежели у ее дочери.

— На что уставился, щенок? — с отвращением на лице, спросила эта выставка драгоценностей. — Молчишь? Ну и ладно. Собирайся. Мы отвезем тебя на суд нашего Рода. Там ты будешь посговорчивее, — безапелляционно заявила женщина.

Я не выдержал и рассмеялся.

Она хотела еще что-то сказать, но не успела, так как в этот момент раздался голос нового участника разговора. И этот голос был мне знакомым.

— Никуда он не поедет, ни во время расследования, ни после, — произнес мужик, что был в спортивном костюме, и спокойно сейчас стоял, подпирая собой стену. — Я уже вызвал охрану. Скоро вас отсюда выпроводят. Как вы смеете нарушать указ нашей Императрицы? — продолжил физрук. — Ладно Зотова, но вы, Ваше Благородие? Почему вы не дождались завершения расследования, когда все дети, включая вашего сына, очнутся? — спросил с непониманием в голосе любитель костюмов с полосками. — Вы же знаете меня. Мы с вами не одну битву прошли вместе. Я справедлив в наказании своих подопечными.

— А я в вас, Виталий Федорович, и не сомневаюсь, — с улыбкой произнес отец Константина. Голос у него был под стать внешнему виду: басистый, уверенный. — Я сюда послушать и понаблюдать пришел. Всё-таки избили моего наследника. И если он окажется неправым, то будет ему урок. Я его еще при этом лично накажу, — заверил Златов. — Ваше Сиятельство, я приятно удивлен тем, как вы защищали подопечных и свою честь от нападок моей спутницы, — на последней части фразы он скривился. — Я рад, что в нашей Империи еще остались достойные люди. Также рад тому, что вы после кончины вашего мужа сохранили как гордость, так и уверенность в своих словах, — на этом он глубоко поклонился, показывая насколько уважает княгиню.

— Выпрямьтесь, Александр Сергеевич, — с улыбкой сказала Донская. — Я благодарна Вам за ваши слова.

А этот мужик мне нравится. Есть в нем и чувство собственного достоинства, и способность выразить свое уважение человеку, у которого Род состоит всего из двух человек, между прочим, да еще и лекарей. При этом всем, он сделал это на глазах у своего союзника, что прибавляет ему пару баллов в моих глазах. Судя по всему, Род этой женщины долго будет обсуждать этот инцидент. Ведь Златов не поддержал ее, а скорее наоборот, выступил на стороне противника.

— Если вы не против, я бы хотел поговорить с этим молодым человеком, — Анна Сергеевна напряглась, а мужик в спортивном костюме прищурился. — Клянусь силой, что не замышляю злого умысла в сторону этого парня и не собираюсь причинять ему вреда. Хочу, чтобы он рассказал мне свою версию событий, чтобы я потом мог сравнить ее с заключением расследования и версией моего сына, — на этой фразе он поднял руку перед собой, и она вспыхнула коричневым светом.

Все посмотрели на меня.

— Я не против, — бросил я.

В этот момент в помещение зашла охрана. Мужик, которого называли Виталием Федоровичем, приказал им вывести злую тетку с территории