Кодекс Императора VII - Виктор Молотов

— У нас есть ещё несколько вариантов, — заявил один из советников и принялся подробно рассказывать.

Эта война будет легендарной. И станет уроком всем остальным, у кого хоть раз возникнет желание так поступить с гордым персидским народом!

* * *

Этим вечером Маргарет сидела у камина во дворце российского императора. В его покоях. Обстановка была тихой и непринуждённой. Только огонь потрескивал в камине, слегка нарушая это спокойствие.

Было непривычно. Хотя бы ненадолго постоянная гонка закончилась, и австрийская принцесса смогла с облегчением выдохнуть.

Дмитрий Романов сидел рядом с ней. Это был тот редкий момент, когда он находился во дворце, и никто и ничто не мешали ему отдохнуть. Это тоже радовало Маргарет. Как и то, что он разделил это время с ней.

— То, что ты сделал с австрийским дворцом, было легендарно, — улыбнулась Маргарет.

— Тебе не жалко дворца? — он изобразил небольшое удивление.

— Очень жалко. Его будут восстанавливать годами, если не десятилетиями. Но как только представляю лицо фон Цальма в этот момент, вся жалость сходит на нет.

— Я же говорил, что Австрийская империя вернётся к тебе. Пусть по кускам, но вернётся.

Маргарет слегка улыбнулась. Она чувствовала себя не очень полезной, и это тревожило девушку. Слишком много Дмитрий Романов делает для неё.

А она сейчас с любопытством сидит и слушает его рассказ о штурме своего же дворца! И не может оторваться… Давно Маргарет не испытывала такого. Она не притворялась, что ей интересно, как делала на большинстве светских бесед. С Дмитрием ей было и правда хорошо.

Более того, Маргарет начала понимать, что ей нравится быть рядом с императором.

— Это ещё не всё, — Дмитрий поднялся с дивана, закончив рассказ о сражении.

Маргарет подняла на него блестящий взгляд, горящий любопытством. Дмитрий улыбнулся и отошёл к двери. Приоткрыл её. И когда Маргарет увидела, кого ему передали, её сердце ёкнуло. На глазах выступили слезы. Обычно она хорошо умеет скрывать и сдерживать эмоции. Но не в этот раз.

— Мне доложили, что ты по ней скучаешь, — Дмитрий протянул Маргарет серую кошку британской породы.

— Да, — она приняла кошку и прижала к себе, точно грудного ребёнка. — Мне очень не хватало Вафельки… Подожди, так значит, ты напал на австрийский дворец только для того, чтобы вытащить её?

— Отчасти да, — пожал плечами Дмитрий.

Маргарет широко улыбнулась. Погладила старую кошку, которую ей подарил отец на пятнадцатилетие. Тогда Маргарет очень хотелось иметь друга, с которым не нужно притворяться. Вафелька стала её отдушиной. И вот она, наконец, вернулась к хозяйке.

Кошка замурчала на руках принцессы.

— Спасибо… — прошептала Маргарет. — Ты даже не представляешь, как много это для меня значит.

Этот жест значил для Маргарет очень многое. К тому же для простого политического союзника никто не стал бы так рисковать. Значит ли это, что Дмитрию нравится Маргарет?

Эта мысль заставила щёки принцессы покраснеть. Она положила кошку на диван и коснулась её мягких лапок.

— Всё не так плохо, как казалось. Знаешь, теперь я уверена, что у тебя всё получится. Какими бы сильными ни были враги. Какая бы ни была у них защита. Ты уже сделал невозможное — взял штурмом дворец. А значит, и с остальным у тебя проблем не возникнет.

— А раньше ты в это не верила? — поинтересовался Дмитрий.

— Раньше мне казалось, что эта война затянется на долгие годы. А теперь я узнала тебя получше. И поняла, что совсем скоро этой войне придёт конец. Как и всем прочим.

— Посмотрим, — уклончиво ответил Дмитрий и перевёл взгляд к камину.

Пусть он этого не признавал, но у Маргарет уже не было ни капли сомнений. Она не знала наверняка, кто перед ней, ведь сверстники Дмитрия ведут себя совсем иначе. Дмитрий слишком опытен. Слишком хитёр. Слишком хорошо знает людей.

И Маргарет искренне хотелось помочь ему победить. Сделать это ещё быстрее, чем он планирует. Осталось придумать как.

* * *

Вечер прошёл в спокойной обстановке. И даже ночью меня ни разу не разбудили со срочными новостями.

Во время штурма австрийского дворца я отправил группу теней разыскать кошку по имени Вафелька. Это была одна из причин, по которой я вообще туда сунулся. Не только же фон Цальма злить.

Кому-то это может показаться мелочью. Зачем так рисковать ради кошки? Но, во-первых, ни одна тень во время этой операции не пострадала. А во-вторых, такой счастливой Маргарет я ещё никогда не видел.

Австрийская принцесса окончательно уверилась, что я на её стороне. Этим жестом я сделал многое. Усилил её привязанность к себе. Увеличил лояльность, сыграв на нужных эмоциях. Ну и просто порадовал девушку, у которой отняли всё. Это всё надо будет вернуть. Не только земли, но и верность народа. И даже любимого кота, как бы это абсурдно ни звучало. Тогда картина сложится целиком. И Российская империя на ближайшие сто лет обретёт по-настоящему благодарного союзника.

Размышления прервал приход Кутузова, которого я позвал после завтрака.

Ничего не сказав, я повёл его в подземелье дворца. Туда, где находились секретные объекты. В одно из помещений для тренировок особо опасных Одарённых мы и зашли.

— А теперь садись в позу лотоса и медитируй, — сказал я Кутузову.

Он исполнил приказ.

— Решили мне дар подарить? — довольно спросил он, закрывая глаза.

— Да, я же обещал, — пожал я плечами.

А я всегда держу своё слово. Данное и союзникам, и врагам.

— Но почему в такой обстановке? — недоумевал Кутузов.

Раньше я просто делился дарами в удобный момент. Но сейчас всё будет немного иначе.

— Можем себе позволить, — легко ответил я.

Чутка обманул Кутузова. Но это чисто для пользы дела. И очень скоро он об этом узнает.

Я открыл Кодекс Первого Императора и направил десять сфер с дарами в своего военачальника. Они были разной силы и качества. Но от такого количества скрутило даже Кутузова. Хотя по одному он легко принимал дары. Сейчас же нагрузка на магические каналы сильно увеличилась.

— А теперь держись, — произнес я, когда дары устаканились в источнике Кутузова.

— Что? Точнее, всегда готов! — быстро исправился он.

Я улыбнулся одним уголком рта. Кутузов выглядел слишком самодовольным и самоуверенным. Он пока не представлял, что я придумал ради его усиления.