Икона Стиля - Василий Горъ

слабее любого из Одаренных старшеклассников. А мы — то есть, Игнат Данилович, его напарницы, мой внук, его невеста и я — ценим не красоту слов, а достойные поступки. Поэтому примите и приживите Искры, подаренные от чистого сердца, задайтесь целью догнать подругу и… не сомневайтесь в своих возможностях: подростки, кичащиеся влиятельностью рода, чистотой крови и заслугами предков, как правило, вырастают самовлюбленными пустышками, а у вас есть неплохие шансы стать Личностью с большой буквы.

Девчонка закусила губу, с поклоном взяла из рук моей младшенькой шкатулку-термос и, решившись, гордо вскинула русую головенку:

— Ваше Императорское Величество, откровенно говоря, я задалась целью стать по-настоящему сильной Одаренной еще в начале сентября. После того, как проанализировала рассказы Лизы об Игнате Даниловиче и сообразила, что Черный Беркут завоевал уважение всей Империи без посторонней поддержки, причем будучи не дворянином, а самым обычным добытчиком. Но результат дуэли, этот подарок и ваш совет добавили мне мотивации. И теперь я не сдамся ни за что на свете. Вот увидите. И… огромное вам спасибо!

Глава 28

27 декабря 2513 по ЕГК.

…Ложу дуэльной арены покинули без десяти два. К этому времени дед Лизы, отец Полины и Боярин из Кочубеев о чем-то договорились, поэтому мы — то есть, Воронецкие, Ростопчина, мои девчата и я — со спокойной совестью оставили мелочь на старших родичей, одной компанией спустились в гараж и подвели Императрицу к ее любимому «Эскорту». Боковую дверь открыл один из телохранителей, но перед тем, как шагнуть в салон, женщина повернулась к нам и задала риторический вопрос:

— Вы сейчас за «Орланом»?

Я утвердительно кивнул, а Витя отрицательно помотал головой, поймал сразу несколько недоуменных взглядов и объяснился:

— Сообщение об этой дуэли выбило меня из колеи. Вот я на всякий случай и перестраховался: позвонил Мордвинову и распорядился к четырем часам дня отогнать машину для перелетов по Новомосковску на базу летного отряда, а там передать Ирине Сергеевне. Ну, а вторая машина, как и планировалось, сегодня в ночь уедет в Южный по железке.

— Значит, вы никуда не торопитесь, верно? — подытожила Воронецкая, выслушала два одинаковых ответа и повернулась ко мне: — Игнат Данилович, не подвезете меня до дворца на своем «Буране»?

Я, конечно же, заявил, что почту за честь, отвел Людмилу Евгеньевну к кроссоверу и был вынужден помочь ей забраться на правое переднее сидение, ибо садиться на заднее Императрица не захотела. Естественно, старший смены ее телохранителей ощутимо напрягся, но я жестами дал понять, что дурить не буду, выяснил, какое место в кортеже должен буду занять, коротко кивнул и в темпе загнал в машину Олю со Светой. Потом поймал взгляд Вити, виновато развел руками и в том же стиле «был послан куда подальше».

Вот и «пошел». В смысле, сел за руль и завел двигатель. А после того, как встроился в кортеж и вырулил на улицу, превратился в слух. Вовремя: как только мы набрали скорость, Воронецкая развернулась ко мне вполоборота и взяла быка за рога:

— Игнат Данилович, скажите, пожалуйста, вы описывали Лизе хоть что-то похожее на тактику, использованную в этой дуэли?

Завираться по мелочам я не собирался, поэтому сказал чистую правду:

— Нет. Это ее собственная наработка.

— А она уже демонстрировала творческий подход к чему-либо?

— Да. Скажу больше: у нее светлая голова, аналитический склад ума и практически отсутствуют шоры.

Женщина задумчиво постучала пальцами по своему бедру и негромко пробормотала:

— Светлая голова, аналитический склад ума и отсутствие шор, говорите?

— Да.

— В комплекте с недюжинный талантом к магии, жесткими принципами, редкой целеустремленностью и воистину стальным характером?

Я пожал плечами:

— Иначе мы бы в нее не вкладывались.

— Я пришла к такому же выводу. И, откровенно говоря, здорово удивлена тем, что вы фактически отдали настолько перспективную девочку Виктору и Татьяне.

— Любимых женщин мне хватает за глаза, разбивать сердце этой девочке я не готов, а с вашим внуком дружу в самом правильном смысле этого слова.

— Достойный ответ… — после недолгой паузы заключила она и лукаво прищурилась: — … и теперь мне хочется понять, чем вы руководствовались, отправляя Лизу и двух ее ровесников из рода Искрицких в противоположный угол «Приюта усталого гурмана». Ведь вы не могли не понимать, что эти мальчишки станут жертвами ее обаяния, а значит, теоретически смогут отбить Лизу у моего внука!

Тут я невольно усмехнулся:

— Людмила Евгеньевна, не смешите: Максакова поставила себе цель, ломится к ней с неудержимостью танка

и равняется на нас. А вот с компанией, в которой можно расслабиться, у Лизы не очень: в школе ее рвут на части мальчишки-старшеклассники, выполняющие распоряжения старших родичей, а дома — завистливые родственники. Братья Искрицкие же вели себя более чем достойно. Даже после того, как пали жертвами ее обаяния. Ибо воспитаны в правильном ключе. Вот девочка и отдохнула.

— А как вам Полина Лаптева?

— На первый взгляд — очень неплохо. А для серьезных выводов мне не хватает информации.

— Информация будет — я уже озадачила аналитиков. И если она порадует, то я дам девочке шанс — на все зимние каникулы отправлю на какую-нибудь тренировочную заимку спецотдела. Скорее всего, вместе с Егором Искрицким.

— Хотите перетянуть его фокус внимания с Лизы на Полину?

— Не только: я рассчитываю правильно воспитать хотя бы часть будущей свиты Виктора и Тани, создать дополнительную связь между нами, то есть, Воронецкими, Искрицкими и Лаптевыми, намекнуть представителям других слабых родов Империи, что при достаточных усилиях с их стороны нынешний статус может измениться, и так далее.

Обдумав это объяснение, я пришел к выводу, что в планах Воронецкой наверняка имеется еще несколько слоев. Потом сообразил, что эта проблема — одна из самых незначительных из всех, которыми ей приходится заниматься, ужаснулся количеству нюансов, которую Императрица вынуждена учитывать при решении любых вопросов, и заставил себя вернуться к тому, который мы обсуждали:

— Что требуется от меня?

— В данный момент ничего. А в дальнейшем — сущие мелочи: уделять толику внимания Искрицким и Полине Лаптевой на мероприятиях высшего света, не мешать Лизе строить с ними отношения — само собой, если она этого захочет — и хоть раз в сто лет лично интересоваться их успехами. Тем самым, дополнительно мотивируя и демонстрируя приязнь.

Мнение Дайны, озвученное параллельно этому, порадовало значительно меньше,