Зигзаги судьбы - Эльхан Аскеров

– Вот как? И кого же убили, позвольте узнать? – проявил парень едва заметную тень эмоций, хотя главным его желанием было наорать на чинушу.

– Некоего господина Пшенковича, Войцеха Иосифовича. Сорока двух лет, из разночинцев. Проживал под Варшавой.

– Не имею чести знать. Среди моих знакомых ни литвин, ни поляков никогда не было, – мотнул Егор головой, возвращаясь к питию чая.

– Может быть, вы были знакомы с ним под другим именем? – не унимался дознатчик.

– Не думаю, – снова качнул Егор головой. – Здесь, в столице, у меня знакомых почитай и нет. Так, пара человек, но все из дворян. Мне тут не до знакомств.

– Да уж. Наслышан, – иронично усмехнулся полицейский чин. – О вашей дуэли уже вся столица говорит. Признаться, даже я впечатлен. Такого известного бретера вот так запросто зарубить, признаться, не ожидал. Глядя на вас и не подумаешь, что вы так ловко с оружием управляетесь.

– Повезло, – коротко хмыкнул Егор.

– И все-таки я бы хотел, чтобы вы взглянули на этого человека, – сделал чиновник главный ход. – Кто знает, может, вы и вправду знали его под другим именем.

– Я вот чего никак понять не могу, – помолчав, негромко заговорил парень. – С чего вдруг вы вообще решили ко мне с этим вопросом прийти? С чего взяли, что я могу его знать?

– Слух прошел, что вы должны были его знать, – ответил дознатчик, продолжая усмехаться кровожадной усмешкой.

– Слух? Или вам прямо сказали, что убийство это нужно повесить на меня? – отставив чашку, жестко спросил Егор, вонзая в чиновника твердый, пристальный взгляд исподлобья.

От этого взгляда чиновник невольно вздрогнул, и усмешка его разом увяла. Это противостояние продлилось примерно с минуту, после чего, не выдержав, дознатчик опустил взгляд и, невольно передернув плечами, проворчал, расправляя коротко подстриженные усики:

– Однако и взгляд у вас, молодой человек. Словно у зверя дикого.

– А человек, сударь, изначально и есть зверь. Хищник, если хотите. Жестокий, коварный и кровожадный. Уж поверьте, столько крови, сколько пролили люди, ни одна стая не проливала. Уж вам-то это должно быть лучше всех известно. Но вы не ответили на вопрос. Вам намекнули на меня или прямо указали? И если да, то кто?

– Вообще-то, сударь, это я тут полицейский дознатчик, – проявил чиновник гонор.

– Надолго ли? – поинтересовался Егор со злой иронией. – Я немедля пошлю слугу на службу к дяде, и он сообщит о вашем приходе его величеству. Даже если вы меня в кутузку посадите, не поможет меня обвинить.

– Это почему же? – осторожно уточнил чиновник, явно не ожидавший такого захода.

– Да просто потому, что человека того я не знал и убивать его мне не за что. На том я стоять буду, даже если ваши так называемые ссученные блатные меня резать станут в камере. А главное, что его величество не получит так понравившуюся ему бумагу, и, когда он начнет выяснять, почему так произошло, дядя прямо скажет, что некий дознатчик, по чьей-то указке держит меня в камере. И каков будет результат?

– Гм, – только и сумел произнести дознатчик.

– Вот именно, – зло усмехнулся Егор. – Кто на меня указал и почему? – резко спросил он. Словно кнутом хлестнул.

– Я не могу вам этого сообщить, – угрюмо проворчал чиновник, явно не ожидавший такого захода.

– Не ломайте себе карьеру, сударь. Просто назовите имя, и даю слово, об этом никто никогда не узнает, – надавил парень чуть мягче.

– Вы обещаете? – уточнил дознатчик, разглядывая его задумчивым взглядом.

– Я же сказал, слово чести, – решительно кивнул Егор.

– Граф Румянцев, – еле слышно произнес чиновник.

– И что именно он вам сказал? – тут же насел на него парень.

– Что убитый являлся наемным головорезом, который нанят кем-то, кто желает вашей смерти.

– Однако загогулина, – удивленно проворчал Егор. – А про головореза это правда?

– Есть у нас кое-какие записи по этому поводу, – туманно пояснил чиновник. – Но доказать мы ничего не могли. И представьте наше удивление, когда вдруг выяснилось, что сей убийца лежит в покойницкой при больнице для неимущих. Документов при нем никаких не было, когда нашли.

– Выходят, его ограбили? – заинтересовался Егор.

– Судя по тому, что при нем ничего вообще не было, да.

– Но вы все одно ко мне пришли, – зло усмехнулся Егор.

– Граф – не та личность, чтобы отмахнуться от его слов, – пожал дознатчик плечами. – Я потому и хочу просить вас проехать со мной в больницу. Может, и вправду вы его случаем знали. Под другой личиной, или еще как.

– Не самое приятное место для прогулки, а с другой стороны, хоть какое-то развлечение, – задумчиво проворчал парень. – Хорошо. Я только переоденусь, – решительно кивнул он, поднимаясь. – Эй, кто там! – громко позвал он, оглянувшись на дверь.

– Звал, барич? – моментально возник в дверях Михалыч во всей своей красе.

В казачьей форме, с револьвером в кобуре, при кинжале и с нагайкой за голенищем.

– Прикажи Никите карету запрягать, прокатимся кое-куда, – скомандовал парень, подходя к нему.

– Сей момент спроворю, – кивнул казак, выскакивая в коридор.

Как оказалось, сам чиновник приехал к ним на извозчике, так что карета была очень кстати. На улице снова начался мелкий, нудный дождь. Они уселись в салон, и дознатчик назвал кучеру нужный адрес. Никита щелкнул бичом, и упряжка выкатилась на улицу. Спустя примерно час они вошли в покойницкую, и дознатчик, подозвав санитара, велел проводить их к телу убитого головореза. Не обращая внимания на царившие в прозекторской запахи, Егор подошел к столу и, чуть пожав плечами, коротко скомандовал:

– Показывайте.

Санитар откинул простыню, и Егор, окинув труп долгим взглядом, качнул головой:

– Нет. Никогда не встречал.

– Вы уверены? – быстро уточнил дознатчик, не сводивший с него взгляда.

– Абсолютно. Как я уже сказал, знакомых в столице у меня немного, так что встреться я с ним, лицо бы запомнил, – твердо ответил парень, отходя от стола.

– Однако и выдержка у вас, – помолчав, вдруг высказался дознатчик. – Вы, похоже, и вовсе покойников не боитесь.

– А чего их бояться? – пожал Егор плечами. – Покойники, они смирные. Лежат себе, тлеют да смердят потихоньку. И никакого беспокойства. Это живых бояться надо. А покойные, они спокойные, – скаламбурил он, чуть усмехнувшись. – А как его убили?

– Один удар ножом в спину, – глухо произнес молчавший до этого момента санитар. – Знали куда бить. Покойный помер, и не пикнув.

– Убили, а после еще и ограбили, – задумчиво произнес Егор и вдруг громко, в голос расхохотался. – Ой, не могу, – стонал он, складываясь от смеха почти пополам. – Это ж надо. Польского наемного убийцу, которого особо всякому убийству учили, русские варнаки в переулке, словно