Взгляд василиска - Иван Оченков

— Это не страшно, — вмешался великий князь, — мы со Степаном Осиповичем оговаривали такой поворот событий. Если на Золотой Горе услышат, как кто-то перебивает сигнал искрой, немедленно доложат на эскадру.

— Дай то бог… — задумчиво потянул адмирал, — а ведь хорошо идем. Глядишь, через час и Ляотешань покажется.

— Впереди дымы, — снова раздался голос с вахты. — Три, нет, четыре корабля.

— Вот и торжественный караул для встречи, — спокойно заметил Иессен, и обернулся к Алеше. — Ну что, пробьемся, ваше императорское высочество?

— Надо пустить вперед крейсера со «Смоленском», Карл Петрович.

— Пока рано.

Развив максимально возможный в их состоянии ход, русские корабли неуклонно двигались к Порт-Артуру. На горизонте постепенно вырастали знакомые горы, давая надежду морякам хотя и с боем, но прорваться в свою базу. Между тем, оказавшиеся впереди японские корабли вели себя довольно странно. Вместо того, чтобы решительно преградить путь русскому, они шли параллельно, не делая попыток приблизиться.

— Что за черт, — нахмурился адмирал, — не то чтобы я в претензии к Того, но все же это довольно странно. Кстати, вы не находите, что у японцев какие-то странные силуэты? Сигнальщики, чтоб вас! Вы там, что мух ноздрями ловите?

— Подождите ваше превосходительство ругаться, — прервал его Алеша, взявшись за бинокль. — Сигнальщикам броненосца просто незнакомы эти корабли, а вот мне они иногда ночами снятся!

— Что вы имеете в виду?

— Сигнальщики на «Ослябе» кое как выучили крупные японские корабли, а это старички: «Чин-Иен», «Мацусима» и «Хасидате». Четвертого не разберу, а вот эта троица мне изрядно крови попортила!

— Что вы говорите, а где же «Ицукусима»?

— На дне, Карл Петрович.

— Что вы говорите! Кстати, четвертая у них «Чиода». И как же, флагман пятого отряда оказался на дне?

— После визита в Дальний, подорвался на мине. Нам их визит стоил потери клиперов и «Бобра», а они потеряли флагман.

— Да у вас тут весело! Но если тут только эти старые корыта, то японцы нас совсем не уважают… или Того сейчас совсем в другом месте!

— Атаковать бы их, — мечтательно протянул Алеша, — а то они мне весь город вместе с портом чуть не разломали.

— Э… как это вам… город вместе с портом?

— Ну, да, — шутливо наклонил голову великий князь, — позвольте представиться: главный начальник порта Дальний и городничий одноименного города, к вашим услугам.

— Потрясающе, ваше императорское высочество, вы еще и по сухопутному ведомству чиновник…

— Так точно-с! И кстати, ремонтные мощности в порте Дальнего тоже в моих руках. Предупреждаю сразу, взятки я беру, но исключительно «борзыми щенками»^[84], у вас есть борзые щенки?

— Господи, куда же вы их деваете?

— Пока никто не давал-с!

Гомерический хохот собравшихся вокруг офицеров, прервал слова Алеши. Адмирал, смеявшийся громче других, вытер выступившие слезы, и немного успокоившись с трудом проговорил.

— Ох, насмешили, Алексей Михайлович! Правда, боюсь, поквитаться с вашими обидчиками мы не сможем. Держу пари, что ямы крейсеров Вирена пусты, равно как и у нас многогрешных. Однако почему нас не встречает эскадра?

— Надеюсь, она не сражается с Того где-нибудь в другом месте, — вопросом на вопрос ответил флаг-офицер…

Между тем опасность сложившегося положения стала очевидной и для японцев и они, решительно развернувшись, пошли прочь. Русские не стали их преследовать, продолжая идти курсом на свою базу. Наконец, подойдя к внешнему рейду, они увидели первые русские корабли. Минный крейсер «Гайдамак» с миноносцами «Бойкий» и «Бурный» встретили их и одного за другим проводили через минные поля. Место специально устроенное по приказу Макарова для дежурного крейсера было пустым и собравшиеся на мостике «Осляби» снова тревожно переглянулись. Алеша хотел было запросить «Гайдамак» что вообще происходит, но Иессен остановил его.

— Скоро мы все узнаем, Алексей Михайлович. Пока же давайте пройдем во внутренний бассейн.

Осадка у практически израсходовавших запас угля броненосцев и крейсеров была минимальна и они, пользуясь высокой водой, один за другим входили на внутренний рейд Порт-Артура. Там к ним на помощь кидался вездесущий «Силач» и помогал подойти к свободным бочкам и швартовачным местам. Матросы и офицеры Порт-Артурской эскадры встречали их с небывалым воодушевлением, встречая каждый проходивший корабль громовым ура.

— Слава тебе господи, свои, — набожно перекрестился по православному Иессен, позабыв о своем лютеранстве. — А то я уж, бог знает, что думать начал.

— Господа, а где «Петропавловск»? — вдруг встревоженно спросил великий князь.

— Да вот же он, — загалдели, было, офицеры, но тут же стали поправляться. — Нет, это «Полтава», а это «Севастополь», очевидно, «Петропавловск» где-то дальше.

— Господа, но это место «Петропавловска», — с все возраставшей растерянностью сказал им Алеша. — Нас подвели к его бочке!

— Вы уверены? Что все это значит?

Наконец, броненосец стал на выделенное ему место и матросы из боцманской команды бросились заводить перлинь. Когда корабль оказался надежно закреплен, с него спустили с трудом починенный парадный трап и стали дожидаться катера с берега, поскольку свои были потеряны во время сражения.

Наконец, к броненосцу подошла первая шлюпка, и командовавший ею мичман легко взбежал по трапу, отдавая часть флагу.

— Здравия желаю вашему императорскому высочеству, — обратился он к подошедшему Алеше.

— Лев Константинович? — сразу узнал тот мичмана Феншоу с «Полтавы».

— Так точно, слава богу, вы вернулись!

— Да что же тут у вас приключилось, за время нашего отсутствия? И где «Петропавловск»?

— Катастрофа, — сразу помрачнел мичман.

— Но как это возможно?

— Подорвался на минах во время очередного выхода.

— А Макаров?

— Спасенных почти нет. Макаров, Верещагин, великий князь Кирилл…

— Он тоже?

— Спасено, не более полусотни человек, включая Бориса Владимировича.

— А он то, как там оказался?

— В гостях у брата был…

— Вашскобродие, — почтительно перебил их матрос-посыльный, — так что их превосходительство просят их благородие к себе.

— Ступайте, Лев Константинович, — печально сказал мичману Алеша, — мы с вами после договорим.