Грата - Кристиан Бэд

Пассажирский корт, следующий по маршруту «Аннхелл — Питайя — Аскона». Ангар

Рюк Хилинг спрыгнул на жёсткую ребристую поверхность старенького ангара корта вслед за охранниками-алайцами. Потом Глис привычно пошёл впереди, а Хаик сзади.

Рэм Стоун, мальчишка Дерена, встречал гостя один. Он стоял у выхода из ангара со станнером на бедре, но охранников с ним не было. Только какой-то гражданский притулился рядом, устало привалившись к стене. Он тоже был в чёрной текучей компрессионной форме военных пилотов.

— Это и есть ваш охранник? — весело поинтересовался Рюк Хилинг, поднимая руку в приветственном жесте.

— Другого у меня нет, — скупо пояснил парень.

Он был среднего роста, худощавый, с хорошими чистыми глазами.

Как же он сладил с Лейнеком Дисталем? Истник? Такой молоденький, зелёненький истник-самоучка?..

Стоп. А ведь не зелёненький…

Зрачки капитана Хилинга расширились. В ауре Рэма Стоуна можно было различить не зелёный, а золотистый отблеск.

Слабый, размытый, но в эти плохие времена…

— Что ж, ведите, — сказал капитан. — Я должен лично удостовериться, что на борту у вас именно Лейнек Дисталь. Где вы его держите? В медотсеке?

Рэм кивнул чётко, по-военному, чуть выдвигая вперёд подбородок, как это было принято у имперцев.

— Тогда проводите меня в медотсек.

— Хорошо, — легко согласился парень. — Идите за мной.

Он без колебаний повернулся спиной к Глису, наверное, и в самом деле не первый и не второй раз видел алайцев: ведь не глазел, не зажимал нос от странного специфического запаха.

И не боялся довериться. Знал, что алайские боевики при исполнении — охрана гораздо надёжнее, чем это представляют себе пугливые жители Империи и Содружества.

Пожилой спутник Рэма пошёл рядом с мальчишкой, держась подальше от алайской охраны. Он был очень в возрасте — не меньше чем после двух или даже трёх реомоложений, но крепкий, с волевым лицом.

Держался он как человек довольно высокого статуса. Да и лицо его было чем-то знакомо капитану Хилингу. Однако пробивать его голограмму по базе на ходу было неловко.

Где же капитан видел эту хитрую рожу? Имперец играл роль «охранника» и имени своего не назвал. А было бы любопытно…

Старенький корт вильнул коридорами.

Медики прыснули из свой норы, едва заметив шедшего впереди Глиса — высокого и мощного (для алайцев), с алыми гребнями на висках, что было знаком его высокого гормонального статуса.

Рэм прошёл сквозь опустевшую приёмную каюту медотсека, приложил ладонь к мембранной двери, и они проникли в святая-святых — лечебную часть. И под визг медсестриц и крики медбратьев, разбегающихся с их пути, двинулись вглубь.

Парень сверялся со спецбраслетом, боясь заблудиться. Но шёл быстро, не давая капитану Хилингу поразмыслить, что же всё-таки затеял тут этот безголовый Лейнек.

Мерзавец всегда излишне любил риск и был резок в решениях. Он единственный из Дома Оникса поддержал Имэ, когда тот собрался вырезать Дом Аметиста и захватить власть.

Жадность до власти — порок многих аристократов. Но Лейнек в своём доме опередил всех.

Теперь его лишь терпели в Доме Оникса, как и Имэ терпели в Доме Аметиста. Но карьеры обоих были закончены.

Позор своего рода… Но Имэ хотя бы не шляется по кортам с бандитами, и не режет простолюдинам шеи так, чтобы его дом опорочили потом в дэпах…

Рюк Хилинг почти не сомневался, что гражданских, о которых говорил Рэм Стоун, убил Лейнек. Это было так похоже на знать: превратить убийство в арт-галерею. Располосовать горло эффектно, от уха до уха, чтобы насладиться последней улыбочкой мертвеца.

Рэм Стоун остановился у одной из палат. У этой, единственной, сидел охранник, наблюдая через голоэкран за её пациентом.

Они пришли.

Пассажирский корт, следующий по маршруту «Аннхелл — Питайя — Аскона». Медотсек

Хорошо, что Рэм вообще помнил, где этот проклятый медотсек.

Кифара слил ему схему палат, но не позаботился кинуть карту всего корабля.

У парня карта была только пассажирская, и она не подразумевала таких тонкостей, как проникновение в госпитальную часть.

Медики при виде алайцев в панике разлетелись красными бабочками. В другой ситуации они бы, наверное, повели себя иначе, но не сегодня.

Сотрудники медотсека лучше всех знали, сколько членов экипажа и обслуги уже потеряли сегодня свои драгоценные жизни. И не хотели рисковать, заступая дорогу вооружённым гэтами боевикам.

Охранник у дверей палаты, увидев алайцев, побледнел и вытянулся в струнку. И Рэм поспешил войти и побыстрее впустить капитана Хилинга с его «крокодилами».

Старый спал крепким медикаментозным сном. Ему склеили кости и наложили швы.

Руки бандита были зафиксированы наручниками, глаза аккуратно заклеены медицинским пластырем. Кифара сумел правильно проинструктировать лечащего врача.

Палата была небольшой, но в ней имелся столик и пара кресел.

Рэм хотел было сесть, но пожалел Ченича, мéста которому не досталось бы, не его ранг.

И парень остался стоять.

Рюк Хилинг на кресло даже не посмотрел. Он шагнул к постели бандита и уставился на него. Потом подозвал одного из алайцев:

— Глис-с, — сказал он негромко. — Ат на тен-та.

Охранник наклонился к Старому и рывком убрал пластырь с его лица. Приподнял голову, чтобы капитан мог разглядеть больного как следует.

— Да, это он, — сказал Рюк Хилинг. — Я должен его забрать, но вы будете против, верно? — Он обернулся к Рэму и Ченичу.

Парень кивнул.

— Плохо, — констатировал капитан.

Рэм пожал плечами: плохо, конечно, но — как есть.

Капитан Хилинг улыбнулся, вроде бы соглашаясь, и приказал охраннику-алайцу:

— Недзо берой!

Тот кивнул и наклонился к больному.

Рэм нахмурился. Фраза означала: «Сделай ему улыбку» или «Пусть он мне улыбнётся».

Парень потянулся к станнеру. Он почти догадался, но сделать ничего не успел.

Охранник взял Старого за волосы, запрокидывая голову, словно пытаясь разглядеть его получше или сделать съёмку.

А потом вдруг выхватил нож, полоснул по выступающему кадыку, и повернул безвольную голову вбок, чтобы не забрызгаться кровью.

Лейнек Дисталь дёрнулся всем телом раз, другой и обмяк. Только подушка всё напитывалась и напитывалась алым.

— Надеюс-сь, эту часть проблемы мы решили? — спросил Рюк Хилинг, когда алаец распрямился и отшагнул, чтобы его капитан мог оценить красоту работы.

— Зачем вы его? — спросил Рэм.

— Потенциальный наследник Дома не может «с-сидеть», как вы выразились. Паритет дос-стигнут?

— Да, — хрипло сказал