Оазисы - Александр Цзи

Конец фразы он проговорил совсем тихо и неуверенно.

Матиас сказал:

— Будем жить как прежде, выполняя обязанности Пилигримов. Конечно, если кто-то захочет осесть… — Он взглянул на Алана и Кассию. — Принуждения ни в чем не будет. — Он перевел взгляд на Клейменых. — А вы трое, что насчет вас? Куда пойдете вы, когда вашего вожака больше нет?

До сего момента эта троица не проронила ни звука. Сейчас же один из них, смуглый, мужественный, но с чрезмерно выдающимся лбом, что было нарушением красоты обителей Либеры, на котором темнело Клеймо, ответил:

— Мы пойдем своей дорогой.

— Идите, — разрешил Матиас, усмехнувшись. — Если поклянетесь не ставить нам палки в колеса. Живите, как хотите.

— Клянемся, — твердо сказал Клейменый. — Нашего лидера больше нет, решение принято, и нам больше ничего не остается, как выбрать свою судьбу. Мы вас не потревожим.

Ожил Стефан:

— А вы, остальные Пилигримы, не хотите ли присоединиться ко мне? Я задумал потрясающую вещь, которая озолотит каждого из нас! В некоторых Оазисах есть Оседлые, готовые за золото прогуляться по Дебрям и разным Оазисам, и им нужны опытные проводники! Этакий туризм… Хватит с нас таскаться с невестами и мигрантами, пора ставить дело на более эффективные рельса!..

Его лицо сияло радостью и предвкушением.

Тэн отмахнулся от него:

— Это ерунда. Основатель говорить о Пророке — вот что важно! Я всю жизнь молиться богам, и вот — я видеть Их своими глазами! Как я счастлив! Мне плевать на туристы и невесты, я хотеть служить Пророку!

И он уставился на Алана.

— Почему ты смотришь на меня, друг Тэн? — удивился тот.

— Основатель говорить, что Пророк родиться где-то рядом. А кого-то родить мочь только вы двое… Если только Пророк не появиться каким-то магическим образом.

— Скорее всего, он родится обычным образом, — сказала Кассия и улыбнулась. Она посмотрела на ошарашенного Алана. — А почему бы и нет? Почему бы нашему дитя не стать Пророком нового мира? Это ведь куда лучше, чем быть Пилигримом или Оседлым.

— Но… — промямлил Алан. — Это как-то чересчур быстро… — Он откашлялся. — Хотя… Почему бы и нет? По крайней мере, нянька у нас уже есть.

И он указал здоровой рукой на Тэна, радостно закивавшего с такой силой, что затряслись косички.

— Боюсь только, что наш ребенок будет разговаривать с милым акцентом, — проговорила Кассия.

— Тебе не кажется, что мы спешим с планами? — поинтересовался Алан. — Мы еще не поженились.

— А ты меня еще не звал замуж, — парировала Кассия.

— Кстати, — вмешался Димитрий, стараясь говорить тихо, но это у него не очень хорошо получалось, — насчет свадьбы. Я знаю неплохой Оазис, где можно сыграть такую свадьбу, что…

Он покосился на свежие могилы и посерьезнел:

— Но об этом позже.

— Да, — согласился Алан. Он смертельно устал и хотел одного — выспаться. — Утром решим, как быть дальше…

***

Странно, но никто не потрудился выставить охрану. Видимо, все пришли к выводу, что в Разрушенном Оазисе, где скрыты Чертоги Основателей, им ничто не угрожает. К тому же Рыцарь Дебрей мертв, а его помощники Клейменые поклялись не путаться под ногами.

Как выяснилось утром, все трое ушли ночью, не попрощавшись. Алан мысленно пожелал им найти Оазис по нутру и больше никогда не ввязываться ни в какие интриги.

Себ упоминал, что он припрятал большое количество Черного камня в горах. Алан подумал было, что надо выведать, где этот тайник, но потом махнул рукой: на кой ему Черный камень? В течении поколения мир изменится, и Черный камень будет никому не нужен.

Утром, когда яркое солнце поднялось над красноватыми скалами с зелеными пятнами растительности, Алан вышел из палатки и осторожно подвигал плечом. Рана затянулась, но до полного заживления было далеко. Кассия вечером наложила тугую повязку.

Сейчас она еще спала.

Они провели ночь вместе, но не предавались любви. У Алана не хватило сил, и вообще, он не торопил события. Вечером они немного поговорили; Алан не запомнил в точности, о чем, но знал лишь, что разговор был легким и теплым. В числе прочего он узнал, что в Парадайзе Кассия беседовала с Хранителем Знаний, которая выяснила у нее некоторые детали биографии; в частности — о гибели родителей, нежеланном замужестве и определении в невесты Хоу Вердена. Так что лже-Кассия не лгала, все это было правдой.

После завтрака свернули лагерь и собрались в путь. Снова тащиться по пустыне ни у кого не было желания, поэтому решили ехать на север. Совсем недалеко от этих мест находится Галльфран. Пора Алану навестить родителей и прочих знакомых и родных…

Стефан планировал набрать там невест или поискать туристов, готовых платить золотом. Так что пока все Пилигримы шли одной дорогой.

Алан ехал на Вихре и смотрел только вперед. Он больше ни о чем не сожалел. Все идет, как надо.

Светило солнце, поддувал свежий ветерок, а впереди расстилался целый мир. Он по-прежнему оставался Пилигримом — человеком, который слишком любит жизнь, чтобы любоваться ею только в одном месте…

Димитрий прочистил горло и загорланил песню Пилигримов. Стефан подхватил ее. Вскоре пели все — даже те, кто не знал всех слов.

Весь мир сегодня предо мной лежит,

“Вчера” осталось за спиной, а “завтра” будет позже,

Веселый Пилигрим всегда вперед бежит,

Миг настоящий и дорога всему ему дороже.

А плен Границы Черной мне будет нипочем.

Сидеть, как сыч, в Оазисе не выбран я судьбою.

Я лучше встречусь в Дебрях с Тварями — с мечом,

И верные друзья в пути всегда со мною!

Пора, мой друг, пора! Дорога нас влечет!

Уйти за горизонт вдвоем с тобой мы в силах.

Уж ветер странствий снова нас зовет,

Ведь кровь бродяги забурлила в жилах!