Танец с зеркалом - Эльдар Сафин

Мой сын смотрел на меня с таким выражением, что я почувствовал: ограничение свободы это фигня. Тут в пору заработать ограничение жизнедеятельности. Схлопотать анабиоз во всей красе, мать его. Что ж, Игорь вправе сердиться: я не видел его несколько месяцев. Да и последние пять лет вижу только в каникулы.

– Здравствуй, папа, – произнес мой сын.

Нет, он не сердился. Хуже. Меня словно обдало холодным ветром.

– Здравствуй, сынок, – ответил я и замолчал. А я не знал, что говорить. Надо было начать разговор об этих его код-словах, но мне казалось это таким нелепым, что я не мог решить, как подступиться к проблеме.

– Ты ведь торопишься, да? – спросил мой ледяной мальчик.

– Игорь, – серьезно начал я. – Скажи, пожалуйста, зачем ты сказал этой девочке «лед»?

Черт, черт! Я не видел сына полгода! Мне хотелось обнять его, растормошить, спросить, как дела, есть ли у него друзья, о чем он мечтает… Но время, гребаное время! Ему на занятия, а мне – принимать пищу. Иначе «решетка» мне устроит.

Игорь поднял на меня взгляд, и я увидел в его синих-синих, как у Марины, глазах удивление. Но только на секунду.

– Я не говорил «лед», – ровным голосом произнес мой двенадцатилетний отпрыск. – Я сказал «остынь до сердца».

Я вздрогнул.

– Как… почему «до сердца?» – пробормотал я.

– Потому что если бы я сказал «остынь» без определения границ, с вероятностью шестьдесят процентов команда могла быть воспринята ее организмом как абсолютная. А мне не хочется, чтобы Лада умерла. Мне с ней интересно.

Вот это вот «мне с ней интересно» он сказал так, что меня обдало, на сей раз, могильным холодом.

– Сынок, а почему ты приказал ей остынуть? – выговорил я, промокая пот со лба.

– Я не приказывал, – возразил Игорь. – Я попросил.

– Но ведь…

Я замолчал, в замешательстве. Трудно объяснить двенадцатилетнему пацану, что код-слово – довольно примитивная программа. И она не улавливает эмоциональных оттенков. Дал команду – дал приказ.

– И как по-твоему: эта девочка… Лада, выполнила твою просьбу?

– Да. Все хорошо. Мы друзья.

– А вот директор говорит что… Ее родители… Словом, что ты нанес ей вред.

– Он ошибается!

На этот раз сын реагировал более бурно. Даже мимика появилась.

– Теперь все хорошо. Для нее же самой хорошо! Она перестала смотреть на меня глазами голодного теленка.

– Кого?!

Что за чертовщина происходит? Какие телята на Цирцее-2? Да и на нашей старушке-Земле просто так не встретишь телят, тем более – голодных! Где он этого набрался? Словно прочитав мои мысли, сын пожал плечами и пояснил:

– Мама так говорила. А что?

Вот тут уже я сам «похолодел до сердца». И не стал уточнять, про кого ему в таком ключе рассказывала мама.

* * *