Дом Крови - Михаил Кин

Нам принесли еды, но Марика не ела в принципе. А мне кусок в горло не лез, я места себе не находил. Мне требовалось чем-то себя занять, или я просто сорвусь на ком-нибудь. Так что пока узнают, где может быть Франко, я решил пойти выполнить слово данное мастеру, и доставить хотя бы одно его письмо и книгу.

Глава 28

–…По-моему, ты ошибся…

— Да это точно тут…

—…Как то не похоже на жилище старого мага…

— Ну вроде нам про этот дом трижды сказали, других развалюх с покосившейся крышей тут нет.

Я спрыгнул с со старой клячи, которую мне выдали взамен тех, что забрали люди Марко. Это была уже старая и, что меня полностью устраивало, абсолютно меланхоличная кобыла по прозвищу Цветочек. Она сначала прядала ушами и взволнованно пофыркала когда я приблизился, но мы уже знали, как быть с лошадьми, и Полночь перетекла в ее тень, поедая страх животного. Нужный нам дом нашелся за крепостной стеной, весь кривой и покосившийся. Если бы дома можно было воскрешать как и мертвецов, он бы больше всего походил на описание живой мертвец поднятый лет так через пять после смерти. Пока Марика выбирала себе одежду я оставил ей сумки и посох, строго настрого велев, чтобы не на секунду не оставляла. К тому же, идти к старому опытному магу с вампиром за ручку — не самое умное решение.

Так и есть, я наклонился и покатал пальцами мелкую крошку — соль и толченый красный кирпич были засыпаны в щель у порога. Уверен, что и окна он закрыл так же. Зачем? Чего боится? От кого бережет…снаружи…или изнутри.

— Это точно тут, — сказал я дальше растирая между пальцами смесь.

—…Но я не ничего чувствую…

Не ответив я постучал по крепкой двери, но никто не открыл, никто не отозвался и было тихо, тогда я еще раз постучал, но уже громче.

— Мастер Визарго. — Крикнул я в глухую дверь, продолжая стучать.

И тут наконец послышались шаркающие шаги.

— Пошел прочь, — проскрипел он из-за двери, — пока жив.

— Мастер Визарго, вам письмо.

— Я сказал, пошел прочь, а письмо засунь в задницу той, что отправила тебя. Может наконец уже сдохнет в мучениях от запора.

–…Теперь верю, это точно тут… — Прошептала Полночь.

— Мастер Визарго, меня прислал мастер Эрвиг Эверард.

— Эрвиг? Что надо этому старому идиоту.

— Он написал вам письмо.

Черную занавеску на окне у двери отдернули, и сквозь грязное стекло на меня уставилась пара бледных — и как будто слепых глаз. Он пялился на меня секунд пять, а затем выдал:

— Ты кто?

Вот и что ему ответить.

— Письмо, — напомнил я ему терпеливо, — от Эрвига Эверарда. Он написал вам письмо и велел передать книгу.

— А, да-да. Письмо. — И громыхнув тяжелым засовом открыл дверь.

Дверь мне открыл худой словно скелет обтянутый кожей измождённый старик с нечёсаной бородой в черном колете, чем-то похожий на рассеянного профессора. Кожа его была пожелтевшей и сморщенной, словно намокшая старая бумага, волосы — белыми, как нетронутые снега на вершинах гор. Спина сгибалась под тяжестью прожитых лет, а руки покрыты печеночными бляшками.

— Входи-входи. — Промурлыкал он, показав в улыбке пустые десна.

В дом я входил с опаской. Общая атмосфера внутри резко контрастировала с городским миролюбием и радостным возбуждением от предстоящего праздника, как будто, перешагивая порог, я вступал в какой-то иной отдельный мир, так отчетливо чувствовалась граница.

В доме царил хаос: как будто барахолка по пьяни решила выпустить пар, и случайно перепихнулась с лечебницей для душевнобольных. Каждый квадратный фут помещения занимали полки, а каждый их квадратный дюйм — книги и свитки, склянки и мешочки, пучки трав и кореньев, крошечные создания в банках с мутным раствором, странные песочные часы отчетливо фонящие силой в костяных руках. И везде стояли оплывшие свечи, которые все заливали теплым желтым светом. А воняло тут застарелой кошачьей мочой и безумием.

–…Дарий стой! — Тени зашипели в ухо, и я застыл с поднятой ногой, собираясь сделать следующий шаг. — Тут какой-то ритуал прям у входа, несколько кругов наслоенных друг на друга…

Я убрал ногу встав на пороге и не решаясь войти, и пытался разглядеть ритуал. Но я в упор ничего не чувствовал. Передо мной было лишь два ярда пустого пространства. Старый и кривой, рассохшийся от старости пол и сверху соломенный коврик от которого нестерпимо воняло кошачьей мочой и его стоптанные сапоги с кусками засохшей грязи возле порога. Он остановился в пол-оборота и подслеповато щурясь с интересом за мной наблюдал.

— Ты проходи-проходи, чего встал, гости ко мне давно не заходили, сейчас чай пойду налью, у меня даже печенье где-то завалялось.

–…По краю иди, там возле стеночки чисто…

Прижимая одной рукой к груди книгу заботливо завернутую в кожаный отрез и другой рукой держа меч, я все же принял его приглашение, и как краб бочком пополз вперед, следуя советам Полночи и обходя этот непонятный ритуал. И с опаской поглядывая на еще больше непонятного старого мага. Он все это время стоял и внимательно наблюдал, как я корячусь вдоль стены.

— Надо же, почувствовал, — наконец проскрипел он, когда я обошел круг и встал неподалеку, — хоть кто-то что-то знает.

Я ничего ему не ответил, продолжая опасливо оглядываться вокруг.

— Давай письмо, — требовательно протянул руку он.

Я достал из-за пазухи письмо и приложив на книгу протянул ему. Он покосился на меня своими белесыми глазами. Отложил книгу и сел на кресло качалку стоящую неподалеку. Достал резную трубку из кости и стал неспешна набивать.

— Почему письмо вскрыто? — Спросил он.

— Это не я, — честно ответил я ему, — мы как уезжали из герцогств, попали в засаду. Там герцогский маг в наших вещах копался.

Он даже не глянул на меня, подкурил свою трубку, сделав две затяжки, словно вытягивал душу из своей костяной трубки, мощными струями выпустил дым из ноздрей и развернул письмо начав читать. Тут из лабиринта свалки, в которую превратилось его жилище вышел черный, словно смоль кот. Лениво пройдя пол пути он остановился, и видно почуял Полночь. Он выгнулся дугой, встопорщил шерсть и яростно зашипел.

Визарго оторвался от письма, с удивление посмотрел на шипящее животное. И перевел на меня взгляд, осматривая по новой. Он прошелся с ног до головы и обратно, словно прожектором просвечивал насквозь. Я же не знал куда себя деть под его взглядом. Шаркал ножкой и сделал вид, что сильно заинтересовался содержимым полки напротив, разглядывая странные часы.

— Покажи оружие, — сказал он наконец. — Разверни его.

Пришлось сделать как он сказал, я развернул тряпку и достал древнее оружие. Руны выбитые на витом клинке в полумраке мерно горели зловеще алым, а камни вплавленные в костяную рукоять переливались искрами заключенными внутри. Он прищурился и прижав большим пальцем трубку снова глубоко затянулся и откинулся на спинку.

— Знаешь, что это за вещь? Кто его ковал?

— Аз’мо но’хош (Дом Крови) — Ответил я ему на паучьем диалекте. Я даже не сомневался, что он знает мертвый диалект, слишком уж странный и сильный маг.

Он снова прищурился, хотел было добавить что-то, но передумал и замолчал раздумывая и продолжая меня разглядывать, качаясь в кресле и куря трубку. Но тут кот внезапно перестал шипеть, он как ни в чем не бывало вскочил к нему на колени, испытывая когтями его терпение, свернулся клубком и заснул. Чем еще больше удивил, как и меня так и старого мага. Мы оба с удивлением уставились на него.

— Значит помер Эрвиг. — Сказал он тяжело вздохнув и вернувшись к письму.

— Да, — я тоже вздохнул с сожалением, — он взял с меня слово, что я доставлю письма и книги. Поэтому я тут.

— Ты знаешь, что это? — Спросил он трубкой указывая на завернутую книгу.

— Книга заклинаний, старые знания.

— Ты же понимаешь, что если бы ты не принес мне это письмо, то я бы скорее всего не узнал про книгу. Неужели не хотел себе оставить?

— Понимаю, и честно — хотел и хочу. Но я дал слово, к тому же мастер не оставил меня без знаний, мне их надолго хватит. И раз он посчитал, что вам это нужнее — значит это так.

— Старые знания. — Пробубнил он продолжая качаться на кресле и дымя трубкой. — Как тебя зовут парень?

— Дарий, мастер.

— Если будет нужен совет, Дарий. Ты адрес знаешь. — Он помахал трубкой в строну двери, давая