Мракоборец 1 - Александр Лиманский

— Может, было проще купить тот артефакт глушилки и проверить его?

— В теории да, но толку? Что нам даст знания, как глушится магия? Мы и так знаем: эфир не пройдёт, руны отключатся. Но как ведут себя сами патрульные, как они реагируют? Я хочу застать их врасплох, посмотреть, как они передвигаются. Не переживай. Будем действовать по плану.

Глава 20

Патрульная машина, обшарпанная, с эмблемами Империи на дверях, приткнулась на стоянке неподалёку от круглосуточного ларька с шаурмой. Ночь уже подползла к городу, но именно в это время патрулю полагалось бодрствовать и следить за порядком.

В салоне царило спокойствие: двигатель урчал на холостом ходу, а все четверо сержантов, сорвав каски, уплетали горячую куриную шаурму. Вокруг никого не было, да и горожане, запершись по домам, не горели желанием высовываться на вечерние улицы при слухах о плане-перехвате в городе.

— Да бл… — буркнул водитель, коренастый мужчина по имени Тимур, нервно вытирая подбородок рукавом форменной куртки. — Соус протёк! Сука!

Он попытался аккуратно высунуться из-за руля, дабы не заляпать ни себя, ни автомобиль, но пятно расползалось всё шире.

— Глеб, — Тимур рыкнул на того, кто сидел на месте штурмана, — в бардачке салфетки достань срочно! Да осторожно, ёп твою мать!

Глеб потянулся к замку бардачка. Его руки были перепачканы белым соусом с прожилками кетчупа и прилипшими кусочками капусты. Когда замок поддался, крышка откинулась, обнажая хаотичный ворох каких-то бумаг, парочку пластиковых папок и действительно пакет салфеток.

— Вот, держи… — Глеб надавил на пачку, и салфетки выпали прямо на приборную панель. При этом каким-то чудом он умудрился измазать пластиковую крышку бардачка соусом.

— Твою мать… — Тимур моментально завёлся, уставившись на размазанное белое пятно. — Ты что, баран безрукий⁈ Кто будет оттирать теперь⁈

Глеб чуть подался назад, пытаясь удержать в руках шаурму:

— Чего орёшь⁈ Я, по-твоему, специально, да?

На заднем сиденье двое других сержантов переглянулись и весело заржали. Звали их Захар и Ратмир, и сейчас они благоразумно положили салфетки заранее себе на колени, чтобы не повторить ошибку коллег.

— Вот вы оба бараны, — протянул, хохотнув, Захар. — Чего не подумали заранее о салфетках? Мы с Ратмиром-то всё предусмотрели!

Тимур снова фыркнул, пытаясь одновременно прожевать очередной кусок шаурмы и глянуть, не испачкал ли себе штаны:

— Да хорош, у нас эти салфетки на всех были одни! Вам отдали все целиком!

Те двое только пожали плечами, довольные, что вовремя скооперировались и не повторили ошибок Глеба. Впрочем, ругань не мешала им уплетать сочное блюдо. Из ларька доносился аппетитный аромат специй, и неслучайно патрульные поставили патрульную машину именно здесь: во время ночной смены им позволялось коротко перекусить.

Ратмир, жуя от души, прерывал всё это ворчание исключительно довольными возгласами:

— Аааа… вкуснотища-то какая! У Ливона самая топовая шаурма в городе. Помните, как ещё в прошлом месяце нас загнали на дежурство у администрации? Там совсем не то по вкусу.

Глеб, спихнув пачку салфеток Тимуру, с готовностью поддакнул:

— Да-да, соглашусь. У этого Ливона шаурма прямо огонь. Соус просто бомба. Я без неё работать не могу.

— Когда этого хмыря найдут уже? — посетовал Ратмир. — Задолбали эти ночные дежурства. День — одно, ночь — другое. Сон? Не, не слышал. Никто из наших его даже не видел. Может, его уже нет в городе?

— Точно, — поддержал Тимур, криво поднимая бровь. — Свалил уж небось. Только зря весь город на уши поставили.

Они продолжали есть, пусть и с меньшим аппетитом, как вдруг прямо перед капотом патрульного авто возникла чья-то фигура. Словно из воздуха, вырисовался силуэт парня с тёмными волосами и жёсткой ухмылкой.

Он выглядел спокойно, даже насмешливо, и в полумраке можно было разглядеть странный изгиб его пальцев.

— Что за… — не договорил Захар, выронив из руки шаверму.

Раздался резкий хлопок. Лобовое стекло машины покрыли извилистые трещины. Паутинка мгновенно проступила, застилая обзор.

— Выходим, быстро! — крикнул Тимур, выбрасывая остатки шаурмы.

Все четверо рванули наружу — так и не успев доесть свой поздний ужин. В спешке они пачкали форму липким соусом, кто-то наступил на уже упавший кусок шаурмы. Раздалось громкое «хлюп!» и ругательства — ужин разлетался по форме, но сейчас это волновало их меньше всего.

— Маг! Тут маг! — заорал Захар, выхватывая табельный пистолет. — Ситуация восемь-пять! Повторяю, восемь-пять!

— Ситуация восемь-пять, мать твою! — поддакнул Глеб, держа свой ТТ на изготовке.

«Ситуация 8−5» в их радиокоде означала встречу с магом, представляющим прямую опасность. По уставу Империи, такие случаи требовали немедленного применения спецсредств.

Парень с тёмными волосами наблюдал за ними спокойно, как хищник за неумелыми охотниками. Пистолеты и автоматы тут же нацелились ему в грудь, уши патрульных звенели от адреналина.

— Лежать! На землю! Руки на голову! — прокричал Захар, выступая чуть вперёд.

Странный незнакомец послушно поднял руки, но вдруг резко повёл кистью. Серия выстрелов, что прозвучали из патрульных стволов, будто наткнулись на плотную невидимую стену. Пули застыли в воздухе в полуметре от тела парня, замерев, словно пойманные в желе.

— М-магические щиты… — выдохнул Ратмир.

Глеб, не теряя времени, резким движением достал из специального кармана цилиндрический предмет и бросил его к ногам противника. Как только блокиратор коснулся земли, эфирная волна вокруг цели сомкнулась непроницаемым куполом, не пуская магию. Пули, ранее «застрявшие» в воздухе, звонко стукнулись о землю, докатившись до ботинок напуганных сержантов. Парень, казалось, на миг потерял свою «невидимую броню».

— Без фокусов! — рявкнул Глеб, подступая ближе, держа на мушке противника.

Но тот лишь ухмыльнулся и… пропал. Словно дёрнули невидимую занавеску, и нет его. В следующее мгновение он возник с другой стороны — причём прямо возле Тимура, чтобы одним ударом уложить того на землю. Тимур успел только охнуть, когда получил в челюсть сокрушительный левый хук и свалился без чувств.

— Открываем огонь! — взвыл Захар, крутанувшись на месте.

Ратмир схватился за рацию, дрожа всем телом:

— Центр! Это триста первый! Ситуация восемь-пять! Повторяю, восемь-пять! Нужна поддержка, срочно! Городской сквер, возле «Ливон Шаурма»!

Из динамика послышались помехи, а потом строгий голос оператора: «Принято! Оставайтесь на позиции, к