Искра - Инди Видум

Зато был должен самому Демину — на то и расчет. Хотя условия, конечно, заманчивые, а в той луже могло ничего и не нарасти. Но та тварь, конечно, была отвратительно огромной. И отвратительно сильной.

— Как-то мне не особо понравилось с ним биться, — честно признал я. — Моих навыков для этого явно было недостаточно.

— Истомин грит, что мелочь будет. Если будет, — торопливо добавил Демин. — Потому как можем и впустую сходить. Тогда просто манок вертаем, без штрафа, и все.

— Мне до следующей недели нельзя магию использовать, я сдуру второе сродство к Огню использовал, чуть не помер. Сейчас оклемался, но с магией лучше не работать в полную силу, — предупредил я. — Как восстановлюсь, можно и сходить. Дней через пять.

— Дык как раз стока на подготовку и уйдет, — обрадовался Демин. — В Гарашиху сгоняем за расходниками. Болтов Тихону побольше надо — со всяким. И разрывных, и парализирующих.

Пока мы разговаривали, подъехал и Прохоров — на подводе, которую нанял.

— А ентот че здеся делает? — насторожился Демин.

— Живет пока со мной, потому как вместе на артефактора учимся.

— Гони его в шею, — заявил Демин, ничуть не стесняясь того, что Прохоров рядом. — Неудачу приносит.

— Да брехня это! — возмутился Прохоров. — Это глава второй моей артели выдумал в отместку. Я на евойной дочери жениться отказался, вот он меня выгнал и небылицы всякие сочиняет.

— Да где ж небылицы? Стоило тебе у Петра поселиться — как его сразу на улицу выставили. Скажешь, не так? — наступал на него Демин.

— Дык я тута при чем? Это князь решил, потому как делиться не хочет.

— Так может он и не решил бы, не живи ты у Петра, — продолжил напирать Демин. — Забирай свои манатки и отваливай от Петра. Неча ему ауру портить.

— Егор Ильич, не приносит Прохоров никакой неудачи, — вступился я за соученика. — Жилье в результате намного лучше этого получили. Практически в центре, с кирпичным сараем, который мне был очень нужен.

— Это алхимика, что ли, бывший дом? — уточнил Демин.

— Не знаю, не спрашивал.

— Двухэтажный такой, кирпичный, и сарай большой под лошадок и повозку?

— Подходит под ваше описание.

— Хороший дом, — согласился Демин. — Дорого встал?

— Четыреста рублей.

— Всего? Быть того не может…

— Видите? Это я удачу приношу, — заявил Прохоров. — И ваще, ежели б не я, Петр сгорел бы вместе с домом. Я всегда прихожу вовремя. А вот ухожу — нет, — он вздохнул. — Ушел бы тогда от девки пораньше, папаша бы не засек и не врал бы счас про меня всякое-то. А девка евойная не токмо со мной гуляла. Кому она надоть на передок слабая?..

Разговоры об удаче заставили меня глянуть собственные навыки. Оказалось, что моя взяла еще один уровень и теперь была десятого. Интересно на чем она поднялась? На покупке дома или предложении пойти бить глубинников?

Глава 28

Валерон активно участвовал в переносе особо важных вещей: мешки с алхимическим оборудованием и зельями и всю посуду он перетаскал в себе. К сожалению, на предложение сделать то же с овощами оскорбленно фыркнул и заявил, что его внутренний мир — не помойка. И кроме того, Прохоров может заподозрить, что вещи переносил не Митя. Мол, это алхимическое барахло он не замечает, а мешок картошки точно не пропустит. Овощи по мешкам я распихивал, пока Прохоров отвозил первую партию вещей. Причем всю немудрящую мебель он загрузил первым делом, заслужив одобрительное сопение Валерона — большего заметить в его бесплотном виде было нельзя. Но то, что мой помощник поддерживал рачительное отношение к нашему имуществу, было хорошо заметно.

Второй ходкой пошли инструменты, детали с механизмусов и содержимое погреба. А третьей, последней — одежда, личные вещи и книги, которых у меня накопилось неожиданно много и без доставшихся от Павлова. Свои я тоже разложил в мешки, потому что даже если бы уместил в один, то он оказался бы неподъемным.

Прохоров снял все полки в подполе и осмотрел все строения, чтобы уж наверняка не забыть ничего ценного из того, что можно снять и увезти. Самое смешное, что я чуть было не забыл артефактный замок — ни я, ни Прохоров на него внимания не обратили, и если бы не злобно тявкнущий о разбазаривании имущества Валерон, то так бы князю и остался ценный артефакт.

А когда снимал замок, я внезапно вспомнил о еще одной вещи, которую точно никуда не упаковывал. Точнее, двух вещах: двух коробках с конфетами. Прохоров был уже около подводы, а Валерон тихо ругался рядом на мою расточительность, поэтому я спросил, не опасаясь, что наш разговор услышат:

— А скажи-ка, друг любезный, куда делись две коробки конфет?

— Каких конфет? — слишком картинно удивился Валерон. — Твоя жестянка с монпансье в чемодане. Я не идиот, ломать об жженый сахар зубы.

Зря он так. Монпансье оказалось очень даже вкусным. И что, что это всего лишь карамелизированный сахар? Главное — получаемое удовольствие.

— Я про шоколадные, которые привез из Гарашихи и собирался презентовать княжне.

— Пф, княжне. Я нашел им лучшее применение, — гордо сказал Валерон.

— Сожрал?

— Не сожрал, а использовал по назначению. А что было делать? Они хорошо успокаивают нервы. Но я не все потратил, две конфеты еще остались. Можешь презентовать. Я тебе выдам.

— Конфеты презентуются коробками.

— Вот уж глупости. Я, к примеру, был бы счастлив, если бы мне их дарили даже поштучно. Каждый день было бы неплохо.

— Было бы неплохо, если бы ты не трогал то, что я отложил на поддержание хороших отношений с княжеской семьей.

— Поддержание? — недовольно фыркнул Валерон. — После того как тебя выставили из твоего же дома, ты говоришь о каких-то хороших отношениях? Да их не поддерживать, их восстанавливать надо до приемлемого уровня, они почти порваны по вине князя, который относится к тебе без должного уважения. Если хочешь знать, уничтожение конфет, предназначенных княжне, — это меньшее, что я мог сделать для