Плоть и серебро - Стивен Барнс

— В самом деле? — переспросил он нейтрально.

[Дэнни уже в ангаре], — шепнул Джон у него в ухе.

Моро положил ладони на стол. Массивные, с толстыми тупыми пальцами, руки скорее каменотеса, чем хирурга.

— Да, не рад. Но был вынужден. Медуправление настояло на присылке одного из вашей породы.

— Моей породы, — повторил Марши спокойно. Враждебность была ему очень знакомой. Кажется, Моро собирается ее выразить. Ему же было все равно, насколько свирепой будет враждебная речь, лишь бы была коротка. Время уходило!

— Вашей породы. Той породы, которая искусно лечит богатых и влиятельных.

Губы Моро стиснулись, будто он собрался плюнуть, а Марши тем временем вертел в мыслях его слова. Моро знает, как нас используют. Хан говорила почти то же самое. Это общеизвестно, или только ходят слухи и инсинуации, которые к ним пристегнуты?

— Я отказался описать вам состояние пациента, когда вы обратились по радио, потому что хотел посмотреть вам в лицо. Хотел посмотреть, покажете ли вы хоть остатки совести, когда я скажу вам, что вам предстоит сделать.

— Так почему бы тогда не сказать сейчас? Таким образом мы оба узнаем то, что хотим знать.

— Ваш пациент — Престон Вальдемар.

— Это вы мне уже говорили.

Глаза Моро за толстыми очками полезли на лоб.

— Это имя вам ничего не говорит?

— Нет, — соврал Марши. — А должно?

— И еще как, — проворчал Моро. — Вальдемар был директором по работам в Поясе астероидов компании «ОмниМат». Потом он «ушел в отставку», чтобы стать новым менеджером Медуправления по Внешней Зоне. Это было несколько лет назад. Как вам известно, Внешняя Зона начинается Марсом с его спутниками и доходит досюда.

Этого он не знал. Хотя Моро сам об этом не имел понятия, он только что дал Марши информацию, после которой стало понятно, как Медуправлению сходит с рук кое-что из того, что оно делает!

Контроль Медуправления над здравоохранением вне Земли был тотальный и почти что автономный. Когда-то в прошлом оно разделилось на два фактически отдельных Медуправления. Одно занималось внеземными станциями, поселениями на Венере и на ее орбите и туннелями на старой Луне. Второе, его дьявольский близнец, занималось обширными, недавно и неплотно заселенными зонами Марса и его спутников, Пояса астероидов и лун Юпитера. Находясь на Деймосе, институт Бергмана попадал в сферу контроля Внешней Зоны.

Тот случай, когда правая рука не знала, что делает левая, а тело, которому они принадлежали — Комитет Космического Управления ООН, — знало еще меньше. В конце концов административная база ККУ ООН находится на Луне. В глубине Внутренней Зоны и очень далеко от Внешней. Надо будет поинтересоваться, когда случилось это разделение и по чьему велению.

Об этом не говорилось ни в «серебряной изнанке», ни в «индейском одеяле». Имя Вальдемара однажды называлось, но должность не была указана. После имени стояла ссылка «см. файл». Значит, есть еще один закрытый файл, где лежат недостающие кусочки мозаики, и эти файлы связаны гиперссылкой. Один из них Кулак придержал — благожелательный сукин сын.

Почему Сал ему об этом не говорил?

Так ведь и говорил, быть может. Только я это впустил в одно ухо и из другого выпустил. Вставить себе голову в задницу — это приводит к серьезным нарушениям слуха, не говоря уже о высшей нервной деятельности.

Главное же состояло в том, что если Вальдемар командует Внешней Зоной, то его власть еще больше, чем Марши думал. И теперь ему еще больше не терпелось добраться до Вальдемара. Еще труднее стало сидеть с наигранным безразличием, слушая, как Моро изливает желчь.

— У Внешней Зоны Медуправления работы всегда было невпроворот, — говорил Моро с таким видом, будто считал Марши в этом виноватым. — Вы знаете, как должна работать эта система. Докторам разрешается работать, где они хотят, даже вне системы заниматься частной практикой, если они следуют правилам. Внутри системы мы получаем субсидии с добавкой за работу в зонах пониженного давления. Предполагается, что единственное нарушение нашей самостоятельности — назначение время от времени новых врачей с системным образованием на краткий срок в зоны с неадекватным медицинским обслуживанием.

Некоторым докторам разрешается работать, где они хотят, сделал Марши мысленную поправку. Но придержал язык за зубами. Лицо Моро потемнело, и его злость можно было ощутить кожей. Моро поигрывал топором, и Марши предстояло увидеть его лезвие.

— У меня категория AAA, — сказал Моро, набычившись. — Полагаю, вы знаете, что это значит.

— Знаю. — Категория AAA означала, что ее обладатель имеет право практиковать любой вид медицины — хирургию, родовспоможение, эвтаназию, нанотонию и все прочее. Эту категорию получали пять процентов лучших из всей профессии. Истрепанная гордость Марши заставила его произнести: — У меня у самого категория АААБ.

В программу Бергмана принимали только врачей с тремя А, которые становились фундаментом для конечного Б. Как для могильной плиты иногда.

— Рад за вас. Тогда что вы знаете о Карме?

Марши пожал плечами:

— Одна из внешних лун Юпитера. Почти все население — независимые старатели.

Моро кивнул:

— Там я и практиковал. Условия жуткие. Весь мой лазарет был поменьше этого офиса. «Плати сколько можешь, если можешь» — девиз для верных последователей Клятвы Целителя. Помните? У меня были свои рудные счета, потому что чаще всего мне платили именно этим. Все, что я зарабатывал, шло на поддержание моей практики на плаву.

Узловатые руки Моро вздулись костяшками сжатых кулаков.

— Я полюбил эту холодную мерзкую дыру. Я ценил этих людей, а они, видит Бог, ценили меня! Но Медуправление велело мне перебраться сюда, заменив меня каким-то знахарем с бубенцами на голове. Когда я попытался отказаться, мне пригрозили, что отзовут лицензию на практику. Я приехал сюда и пытался подавать жалобы — с тем же результатом можно грести вакуум лопатой. Все это устроил Вальдемар. Я должен оставаться здесь, пока здесь будет он, нравится мне это или нет. А хотите знать почему?

[Ангел передатчик не берет], — раздался в ухе шепот Джона.

Моро все равно ему расскажет, хочет он слушать или нет. А он, кстати, хотел — ему нужен был любой рычаг воздействия на Вальдемара.

— Потому что я — цитирую: «Слишком хороший доктор, чтобы тратить его на этот негодный мусор!» — заревел Моро, вскакивая на ноги и упираясь кулаками в стол, будто собирался перепрыгнуть и разделаться с Марши.

Моро свирепо выставил челюсть:

— Вот я и сижу на жопе в этом офисе, как платная шлюха! Тут корпоративные шишки кишат, как тараканы. Иногда мне достается лечить тех, кого этот тип называет «маленькими людьми» — простых рабочих и их семьи. — Голос его упал до брюзгливого ворчания. — А остальное время я тут занимаюсь косметической хирургией. Омоложениями. Нянчусь с выжившими из ума кретинами, у которых не хватает мозгов правильно питаться или тренироваться. Есть работа с сердцем и печенью, много случаев злоупотребления лекарствами.