Пароль «Аврора» - Мила Бачурова

– Я… Я вас поздравляю. – Он отодвинулся от стола.

Наверное, триумфальное завершение труда, начатого, когда он еще под стол пешком ходил, труда, знаменующего воскрешение человечества, требовало каких-то других слов. Но получились только эти. То, что испытывал сейчас Кирилл, оказалось не торжеством и не гордостью. Лишь колоссальным облегчением – от понимания того, что больше не нужно заниматься вакциной. Дальше Вадим Александрович справится и без него. Он здесь больше не нужен.

– Уверен, что у вас все получится.

– Что значит, «у вас»? – Вадим явно ожидал другой реакции. – Тебя я ни в коем случае не отделяю! Ты ошибался – было, но такова стезя ученого. Все мы ошибаемся, наша сила – в умении увидеть свои ошибки и пойти правильным путем!

– С вашего позволения, – слова наконец-то выговорились, – мой путь для меня очевиден.

Вадим нахмурился.

Кирилл заторопился, пока не перебили:

– Я ведь вам больше не нужен, так? Я могу уйти к адаптам и поработать на поверхности? Вадим Александрович, это важно! Поймите. Полноценное новое поколение появится, в лучшем случае, лет через пятнадцать. Там, наверху, многие просто не проживут так долго! Их нужно спасать уже сейчас, не откладывая. Нужно усовершенствовать генераторы – сейчас мы крохами энергии питаемся, а могли бы кусками откусывать. Комбезы допилить – они работают максимум два часа, а могли бы от четырех и выше. Агротехника – нужно принципиально менять подход, под новые климатические условия. Мы собираем один урожай, а в Новосибе за тот же период собирают три! Вакцина, несомненно, важна. Это – самое важное, что может быть. Но и ныне живущим надо помочь. Им очень непросто, правда.

– Кирюша. – Валим поправил очки. – Я, конечно, всё понимаю… Но с чего вдруг?! На поверхности прекрасно выживают и без тебя. Люди привыкли, приспособились. Такие, как твой Рэд, другую жизнь себе просто не представляют!

– Это вы так думаете. – Кирилл вздохнул. – Я не осуждаю. Находясь здесь, вы и не можете думать иначе.

– Ты дважды чуть не погиб из-за адаптов. – Вадим сердито встал, заходил по лаборатории. – Рэд должен был вернуть тебя из похода здоровым и невредимым. То, что устроил Герман после твоего возвращения, – вообще ни в какие ворота! Ты едва выжил из-за этих людей, а теперь заступаться за них пытаешься?

Зря он так сказал. Кирилл почувствовал, что начинает злиться.

– Да? А отправил меня за реактивами тоже Рэд? Вы ведь прекрасно знали, что Владимир обойти нельзя! Герман рассказывал, что Толян контролирует дорогу, что с обозом мимо него не проскочить…

– Анатолий – не Дикий! Он глава поселка и очень многим нам обязан.

– Вот! Именно так вы сказали Сергею Евгеньевичу – и он поверил. – Кирилл покачал головой. – Вадим Александрович. Я же сказал, я вас не осуждаю! Не знаю, как сам повел бы себя на вашем месте. Понимаю, что реактивы были нужны до зарезу, и, скорее всего, сам отправил бы меня и Сталкера на риск.

– Что ты несешь?! Откуда я мог знать, что Анатолий связан с Дикими?! Что устроит на тебя охоту?!

– Не кричите, пожалуйста. Всё вы знали, Герман предупреждал, что Толян не божий одуванчик. И, если что в башку себе втемяшит, то накрепко… Вы рассчитывали на то, что Сталкеру удастся переиграть Толяна, и мы все-таки прорвемся. Вы ведь не зря его так долго по тестам гоняли – Рэд рассказывал, да я тогда не придал значения. Быстроту реакции проверяли, интеллектуальный уровень, физические данные… Это здесь у вас выбора не было, а на поверхности бойцов полно.

Вадим сложил на груди руки.

– То, что Рэд – не случайный выбор, я никогда не скрывал. Ради твоей безопасности, тебе нужен был самый надежный сопровождающий из всех возможных.

Кирилл кивнул:

– Понимаю. И, повторюсь, на вашем месте поступил бы так же. Вот только оправдываться не стал бы. И относился бы к тому, кому вы решили доверить мою безопасность, по-другому… Вы ведь, по большому счету, презираете их, ныне живущих – так?.. Грезите новой расой, которую в инкубаторе воспитаете?..

– Кирюша, ты забываешься! Никогда и ничего подобного я не говорил!

– А я не по словам сужу. На поверхности, знаете ли, поговорить не всегда успеваешь… Еще раз повторюсь: мне понятна ваша цель. И я готов оправдать средства, которые вы использовали для ее достижения. Поздравляю, ваш расчет оправдался. Мы с Рэдом выжили и принесли реактивы. Вакцине – быть! Ура.

– Отправляя тебя на риск, я заботился не о себе! И ты, кстати, сам прекрасно знал, что рискуешь. И знал, во имя чего рискуешь!

– Да что я там знал… – Кирилл махнул рукой. – За ворота ни разу не выходил. Ладно, Вадим Александрович. Не обо мне сейчас речь. Что было – прошло. Я пытаюсь вам объяснить, что на этом наши пути расходятся. Вы уж заботьтесь о будущем человечества, а я посмотрю – может, и сейчас на что сгожусь. Что же касается новой расы из инкубатора – вы обсуждали этот вопрос с Германом?

– Разумеется. Если не веришь, можешь спросить у него. Герман согласен с моим решением.

– Ну да. – Кирилл почесал в затылке. – Ясное дело, согласен – куда ему деваться? Хотя он из-за вашей вакцины трех бойцов потерял. А сейчас ему вообще пришлось поселок бросить и во Владимире порядок наводить…

– Могу себе представить, какими методами.

– Так кто же вам мешает другими методами действовать? Пожалуйста, рулите сами! Я уверен, что Герман возражать не будет. Ему вся эта деятельность – поперек горла, взялся только потому, что понимает – его вина в том, что Толяна грохнули, тоже есть. А Владимир, между прочим, самый крупный поселок в Цепи. У вас под боком, на минуточку, новое государство зреет.

Вадим покачал головой. Укоризненно повторил:

– «Грохнули»… «рулите»… По-моему, ты все больше забываешь, что тебя растили цивилизованным человеком.

– Растили, – кивнул Кирилл, – было дело. Только сейчас на совести у «цивилизованного человека» – с десяток, если не больше, трупов.

Вадим болезненно скривился. Кирилл вздохнул.

– Вадим Александрович. Ну пожалуйста! Хватит уже делать вид, что я прежний невинный мальчик. Вы давно все поняли, только себе признаваться не хотите. Встать на свою сторону я вас не прошу. Я прошу мне не мешать.

– Жаль. – Вадим покачал головой. – Жаль, что ученый в тебе, судя по всему, затоптан… жаждой жизни, так сказать. Ты стремишься жить здесь и сейчас. Ты перестал думать о будущем.

– А вы о будущем много думали? – Кирилл не предполагал, что когда-нибудь это скажет. Но слишком несправедливым показалось обвинение. – До того, как все случилось? Вы ведь прекрасно знали об основных разработках Института. Тех, которыми руководил мой отец.

Вадим вздрогнул.

– Ты… знаешь?

Кирилл кивнул.

– Откуда?.. Сергей?..

– Сергей Евгеньевич только подтвердил. Я и сам догадался, архивы не от нечего делать перелопачивал.