Чужое тело - Антон Орлов

Лиргисо схватил со столика оба пульта и отдал какие-то команды. Индикатор робота-сейфа снова стал голубым; в соседней комнате завозился вырванный из транса Амеик — обнаружил, что охраняемый объект исчез, и запаниковал. Спустя три-четыре секунды он появился на пороге, зафиксировал присутствие Тины, успокоился. Лиргисо тем временем оделся, рассовал по внутренним карманам бронекостюма документы и деньги из сейфа, передатчик, свой черный в алмазной пыли комп, пристегнул к поясу рядом с кобурой аптечку. Все это в бешеном темпе — стимуляторы начали действовать. За стенами послышались вопли, шум: очнулась сторожевая автоматика.

Никто из охраны на вызов не отвечал, передатчики не работали, терминалы тоже не работали — осталась только кабельная связь внутри виллы. На миниатюрных экранчиках пультов сменяли друг друга какие-то данные. Губы Лиргисо зло сжались в линию, на скулах рельефно проступили желваки. Амеик и робот-сейф чувствовали себя неважно, их индикаторы становились то оранжевыми, то голубыми. Во время очередного «голубого» промежутка Лиргисо присел перед сейфом, открыл дверцу нижнего, более вместительного отделения и спросил через плечо:

— Тина, какое оружие ты предпочитаешь? «То, из которого можно тебя пристрелить» — это будет эффектный ответ, но неуместный. Что тебе нужно для боя?

— А что у тебя есть?

— Смотри. — Он отодвинулся, позволяя ей заглянуть в оружейный сейф.

— «Кермар».

— И ты его поднимешь?

Удивленная ироничная мина. Даже сейчас Лиргисо не мог обойтись без своих обычных ужимок.

— Поднять-то подниму, но на весу долго не удержу, — холодно ответила Тина. — Давай тогда что-нибудь полегче. Бластер Заммера подойдет, у него боезапас большой.

Армейский «кермар» весит пятнадцать кило. Раньше Тина могла перебрасывать его из руки в руку, стрелять от бедра или на бегу… Раньше.

— Бери бластер. «Кермар» тоже пригодится, установим на распорках.

Похоже, что людей рахад пришло много, целая армия. Они несли потери, зато и сторожевых роботов выводили из строя одного за другим с помощью кумулятивных снарядов. Глушилка тоже продолжала работать. Лиргисо попытался ее пережечь, но потом процедил, что сможет это сделать, только если ее увидит. Робот-сейф окончательно впал в ступор, однако «цербер», с его заэкранированными резервными блоками, все еще сохранял способность к активным действиям. С его помощью Лиргисо и Тина соорудили в холле баррикаду, спрятав под нагромождением мебели «кермар». Дверь гудела, как гонг, возвещающий о наступлении Судного дня. Или там был не гонг, а что-то другое?

Лиргисо сказал, что переберется на первый этаж через аварийный люк, соединяющий верхнюю и нижнюю ванные комнаты, найдет аэрокар и вернется за Тиной. Сейчас он ее с собой не берет, чтобы не подвергать лишнему риску. Главное, чтобы она продержалась до его возвращения и отвлекла бандитов.

Именно этим Тина и занималась. Амеик то присоединялся к ней, то патрулировал территорию — проверял, не пытается ли кто-нибудь взломать запертый стальной люк, через который ушел Лиргисо, или бронированные ставни на окнах. Все чаще он проваливался в оранжевую летаргию и застывал на месте, но потом его единственный глаз опять наливался голубым цветом. «Кермар» мог стрелять одиночными зарядами либо очередями, короткими и длинными. Тина контролировала ощеренный неровными краями дверной проем, и пока что люди рахад прорваться не могли. Ничья. Время от времени Тина включала плеер, который лежал рядом на полу, и в холле звучал голос Лиргисо — достаточно громко, чтобы за проемом услышали. Гранат мстители не бросали: хотели взять Лиргисо живым.

В его возвращение Тина не очень-то верила — скорее всего, он уже смылся. Не имеет значения. Дралась она не за Лиргисо, а за себя. Так получилось, что противник у них общий, а все остальное не имеет значения. Мир сузился до размеров холла с баррикадой и дверного проема напротив, больше в нем ничего не осталось.

Посторонний звук. Лязг позади, в коридоре. Тина оторвалась от прицела «кермара», выхватила из кобуры бластер и обернулась. Ставни на ближайшем окне медленно раздвигались. «Цербер» бездействовал, словно так и надо — значит, получил сигнал от хозяина. Первой реакцией Тины было безмерное удивление. Хотя чему тут удивляться… Для Лиргисо она — единственное связующее звено с его лярнийским прошлым, с ней он может быть самим собой, а не Крисом Мерлеем. Ради этого стоило рискнуть.

Упал на пол и раскололся вырезанный стеклянный овал.

— Тина, сюда! — крикнул Лиргисо. — Амеик, щиты! Прикрой Тину!

Тина дала напоследок длинную очередь по проему и бросилась, пригибаясь, в коридор. Аэрокар завис вплотную к окну. Не разобрать, что за марка.

Тонкий, на грани ультразвука, свист. «Цербер» рванулся обратно в холл, навстречу свистящей смерти. Он принял удар на себя, и все равно Тину швырнуло на пол. Что-то тяжело стукнуло ее по плечу, отскочило в сторону. Оторванный манипулятор Амеика.

— Тина!

Крик Лиргисо, вслед за ним грохот. Не вставая, Тина перевернулась на бок, оглянулась. Лиргисо высунулся из кабины и смотрел в сторону холла — а там было на что посмотреть. Баррикада ползла к проему, оставляя на припудренном штукатуркой паркете размазанный след, словно ее толкал невидимый бульдозер. Уже возле самого проема она вспыхнула, затрещали в огне стулья, от горящего синтелона повалил удушливый белый дым — и все это обрушилось на тех, кто засел на лестничной клетке. Там закричали. Боевые роботы — это в порядке вещей, но люди рахад не ожидали, что их атакует охваченная пламенем взбесившаяся мебель. Что-то взрывалось — видимо, неизрасходованный боезапас «кермара». Потом раздался более мощный взрыв, пол под Тиной вздрогнул.

— Тина, ты жива? Лезь сюда, быстро!

Тело опять не желало повиноваться ей. Тина подползла к окну, ухватилась за подоконник. Лиргисо втащил ее в кабину. Она успела заметить разбросанные по всему коридору манипуляторы, куски сулламьего корпуса и мертвые электронные блоки Амеика. Дверца машины задвинулась.

— Ты не ранена?

— Нет. Меня оглушило… Пройдет.

Застегнуть страховочные ремни Тина сумела самостоятельно. Ей хотелось избить это слабое, ненадежное тело, в любой момент готовое подвести. Удар взрывной волной — это еще не повод, чтобы руки и ноги еле двигались. Раньше она приходила в себя после таких ударов за считанные секунды.

Четырехместная кабина была отделана темным люминогласом и полированным деревом. Видимо, это один из аэрокаров «Кристалона». Слева от кресла — бортовой медавтомат, но он ведь не для киборгов, для людей… Ну да, для людей! А она теперь кто?

Тина дотянулась и включила автомат, получив вскоре перечень ушибов (целых три, хотя боли она не ощущала) и дозу какого-то общеукрепляющего лекарства.

Лиргисо маневрировал, за лобовым стеклом и иллюминаторами мелькали своды полости с сияющими пятнами лаколарий, чужие аэрокары, плоские крыши Инегбона с игрушечными креслицами и диванчиками, снова чужие аэрокары на фоне багрового зарева, утопающая в коричневых сумерках долина с темными осколками озер, горящая постройка, в которой Тина узнала виллу, неотвратимо надвигающийся чужой аэрокар, в последний миг вильнувший в сторону, текуче изогнутые толстые перемычки… Наконец Тина почувствовала себя лучше и поняла, что происходит. Их взяли в кольцо и пытаются прижать к земле, а Лиргисо пытается уйти. Фласс, у него голова работает?.. Вот сейчас можно было вырваться, если проскользнуть между чужой машиной и перемычкой. Тина сумела бы это сделать. И Тлемлелх сумел бы. А Лиргисо не рискнул, побоялся врезаться в перемычку. Боевые стимуляторы ускорили его реакцию, благодаря чему люди рахад до сих пор с ним не справились, но пилотом он был посредственным.