Я остаюсь - Александр Башибузук

Эсси и Хатори в поселок отправить не удалось, не помогли взывание к совести, угрозы и крики, вплоть до физической расправы. Девки уперлись рогом и самое больше что мне удалось, вооружить их снайперками и отправить на усиление на пост расположенный на высокой горке в ста метрах справа от нас. С нее, они могли незаметно для нападавших помогать нам, сектор обстрела открывался им отличный, а глушители позволяли надеяться, то их не обнаружат. Залез с ними, обустроил стрелковую позицию, провел инструктаж обязал не в коем случае не снимать шлемы и бронежилеты и отвечать по рации без промедления, только потом, с более спокойным сердцем вернулся на блокпост.

Настасья тоже стала кобенится, мотивируя тем, что она хирург и может оказаться полезной. И таки добилась своего, с Ольгой поехала Марица, она хоть и была врачом, но с банальной, немного не профильной специализацией педиатра.

Ладно… хочет остаться, останется, спинным мозгом чувствую, что хирург нам в ближайшее время очень понадобится. вот только странно она на меня посматривает…

Вася вооружился пулеметом. Я ему еще выдал десяток гранат, а Кевин подбросил патронов и ящик с коктейлями Молотова. После чего он убыл на горку с левой стороны, откуда, с его то кондициями, мог сойти за артустановку, метая свои снаряды на добрую сотню метров, да и пулемет подметал без препятствий всю дорогу.

А, я… а я, бешено борясь с жабой, нацепил на себя бандольеро с выстрелами к подствольнику, последние все-таки, взял М-4, забил ранец до отказа магазинами и гранатами, вложил баллистические плиты в плейт керриер, одел шлем с ночником и занял место на баррикаде. Фактически я занял должность по боевому расписанию заместителя Кевина и командира отдельного отряда в который состоял из моих людей. Полански, оказался мужиком толковым, военным пенсионером. Служил в маринс, отметился в Панаме. Гренаде и Заливе. Дослужился до мастер сержанта и ушел на пенсию со Звездой конгресса на груди. После этого занял пост командира отделения парковых рейнджеров в национальном парке Анджелес.

В итоге нас набралось сорок человек. Треть из них вооружена была охотничьими болтовыми винтовками с оптикой. Я скрепя сердце выдал из своих запасов им еще два «Имбела». Надеюсь взаимообразно… не то, что я жадный такой, совсем нет, просто… просто это же оружие, отдам последний кусок хлеба без сожаления… стволы могу тоже дать, но жаба будет душить однозначно. Единственное что патронов было много, в стрелковом клубе из Ослиного каньона оказались впечатляющие запасы. Таким образом у нас оказалось три пулемета, один еще с собой привезло подкрепление… вот только на пулемет это чудо стрелковой техники смахивало очень с натяжкой… первый пулемет Гатлинга… да, да именно этот девайс с ручкой как у мясорубки сбоку и древняя гаубица, на которую, не смотря на заверения канонира, Роба Кеннеди, я не надеялся совсем и на всякий случай выбрал себе позицию подальше. Что? Вы бы увидели пушку времен чуть ли не Наполеона, да еще стреляющую снарядами шестиугольного сечения, да еще дымным порохом, однозначно так же как я поступите.

Теоретически, мы могли плюнуть на все и свалить подальше… но это мерзко, совсем погано, покоя мне потом не будет до конца дней… лучше сейчас со всем разобраться… и разберемся.

Смеркалось. В Азусе сразу в нескольких местах разгорались пожары, к счастью не сильные. Банда… или кто они там были… расположились ночлег за городом. В бинокль отлично просматривалось как они поставили технику в круг возле коммюнити Робертс Каньон. Примерно с милю от нас. Оттуда иногда ветерок приносил ревевшую рок музыку.

Шансы в случае конфликта, а то что он будет, я не сомневался, были довольно призрачные. Против нас выступало человек пятьдесят. При двух броневиках М-113А3 с крупнокалиберными браунингами, при еще двух бронемашинах неизвестной мне модификации, немного смахивающих на нашу БРДМ-2, кажется на таких военная полиция в американской армии ездит. А на них тот же крупняк, плюс автоматические гранатометы М-19. Да еще три «Хамви» с теми же браунингами, это я еще не считаю остальные машины… и огнеметы… все очень печально… если конечно…

— Кевин, а что за бомбы на вертушке?

— Какие там бомбы… две бочки с… короче бочки с какой-то гадостью. Джуда набодяжил всякой хрени, говорит научное открытие сделал, — Кевин критически, с сомнением покривился.

— Джуда, — это пилот? — уточнил я.

— Брат долбанного пилота. Химик долбанный, гений непризнанный… за ним три пожара и один взрыв в школе. Пилот Исайя. Летает как бог. А с дисциплиной проблемы, я как раз перед песцом собирался выфиздить его из отделения рейнджеров.

— А если…

— Накрыть их ночью? — закончил фразу за меня Полански. — Нет.

— Почему?

— Ты уверен, что они плохие парни?

— Да.

— А, я, — нет. В этой богом забытой стране, если еще забыть закон, стрелять в людей на свое усмотрение, то вообще получится вселенский бардак. Так, пока я живой, не будет.