Граф - Иван Магазинников

Все эти четыре дня Шардон упорно занимался саморазвитием, без перерывов на сон, еду и прочие условно-человеческие радости. И даже отказался от регулярного секса, что явно не лучшим образом отразилось на настроении его любящей супруги.

Но сейчас у него в приоритете стояли совсем другие задачи.

Он развивался.

Граф Шардонье по 14–16 часов в день проводил в инстансах клана Дети Корвина, где он стремительно качался, набивая опыт под присмотром десятков игроков, лучших специалистов по ускоренному набору уровней и прокачке умений. И к назначенному времени он получил аж 39-ый уровень.

Затем он целый час тратил на то, чтобы найти и добыть квестовые предметы, выдающие задания для «неписей» 38–40 уровня. Несколько штук ему удалось купить через Аукцион, и еще с десяток – отыскать при помощи гайдов и подсказок. Половина из них оказалась либо слишком далеко, либо условия для их получения были очень сложными, но в итоге в замковой сокровищнице оказалось 7 предметов, в общей сложности позволяющие получить почти 300 000 опыта.

Потом наступал черед уже не персонажа Шардона, а непосредственно военного искусственного интеллекта, за обучение которого принималась Мари, вместе с Рианной и Ухорезом.

И эта тренировка была куда важнее и сложнее – потому что он учился быть человеком.

Думать, как человек, разговаривать и действовать, как человек. Понимать людей и обманывать людей. Причем не простых, а тех, кто дракона съел на актерской игре, интригах и фальши.

Конечно, среди знати «Мира Фантазий» живых игроков было меньше 5 %, а все остальные – это такие же управляемые ИскИнами «неписи». Но этих ИскИнов – многие сотни и тысячи, и несколько лет они только тем и занимались, что учились имитировать людей, изучая поведение миллионов игроков в миллиардах разных ситуаций.

Военный искусственный интеллект не просто забивал свою базу данных шаблонами и инструкциями, которые получал от наставников. Он пытался разработать универсальный «алгоритм человечности», который можно будет использовать в разных ситуациях.

– …а он ему и говорит: так я же все равно не пристегнутый!

Ухорез рассмеялся и показал большой палец, оценивая рассказанную Рианной историю, которая должна была быть забавной и поучительной, судя по интонациям девушки.

Мари сдержанно улыбнулась и прикрыла рот ладошкой, словно пытаясь скрыть свой смех, хотя глаза ее при этом оставались совершенно равнодушными. Для «неписи» из фэнтези-мира половина услышанных слов оказалась просто набором непонятных звуков.

Шардон тоже не смог оценить анекдот. Но зато он понимал, для чего такие истории рассказываются, и поэтому запустил анимацию радостного смеха, добавив к ней еще и одобрительное похлопывание по колену.

Шардон-человек в походе по инстансам или просто при общении со своими друзьями-игроками был веселым, отзывчивым, чутким и внимательным. Во взгляде его читалась искренность и участие.

– Погоди! Нельзя отказываться от угощения на званом приеме! Ты обязан хотя бы пригубить!

– Но ведь там может быть яд?

– Нет, считается дурным тоном травить врага во время общего веселья. Обычно это делается уже за столом, в более тесном кругу, да еще и желательно в присутствии других своих недоброжелателей – в назидание. К тому, этот бокал у прислуги может взять кто угодно…

Шардон-человек в роли графа, плетущего интриги, был обаятельным, сдержанным и обманчиво-приветливым, всегда начеку и в ожидании какой-нибудь пакости. Шутки его были острее, неприличнее, а взгляд – проницательным и холодным.