Чернолунье - Дарья Шварц

– Ты боишься меня? – шёпотом спросила Лилит, и по телу постыдная пробежала дрожь.

Дай облизнул пересохшие губы.

– Я не боюсь, – соврал он, и голос, к счастью, не дрогнул.

Но Лилит почувствовала враньё и усмехнулась. Ловкие пальцы схватили ворот сюртука и бесцеремонно распахнули. Дай задохнулся от возмущения, но даже пикнуть не успел – девчонка стянула галстук и отщёлкнула верхние пуговицы рубашки, оголила шею. На сгибе показались две запёкшиеся точки.

Даймонд сглотнул.

Лилит, обхватив одной рукой его затылок, а другой, отстранив одежду в сторону, впилась острыми клыками в шею, в место прошлого укуса.

Боль была мгновенной. Дай смотрел на заходящее солнце в обрамлении кровавых облаков и думал, что сам виноват во всем этом. Он сам заявил, что хочет помочь Суртам, но в тот момент имел в виду не такую помощь, а помощь в поисках и создании лекарства от «обледенения». Глупая поддержка и в большей степени только на словах. Но отступать от слов уже поздно.

Лилит тихо пила его кровь, и Дай осознал, что она не просила другой помощи.

– Считаешь меня чудовищем? монстром? – горько выдавила она, не поднимая головы. Она робко зажимала тонкими пальцами свежую ранку, чтоб кровь не заляпала чистую рубашку. – Ненавидишь меня?

– Нет, – спокойно отозвался Дай и стиснул в крепких объятьях её хрупкое тело. Он не врал. – Ты не монстр, – шепнул, зарывшись носом в мягкие тёмные волосы пахнущие орехами и солнцем. – Ты человечнее многих из людей.

«Человечнее меня».

– Дурак, – сипло брякнула она, но Дай щекой почувствовал – Лилит улыбается.

Ⅲ

– Я хочу, чтобы ты взял их, – заявила воровка, уперто вкладывая свои часы в ладонь Дая. – Я отдаю их тебе «под залог», пока не выплачу перед тобой свой должок. Ненавижу оставаться в долгу, – пробурчала Лилит, потупив глаза в пол. – Сейчас у меня нет столько денег, но потом обязательно… А до того момента не смей их продать! – воскликнула она, зажимая обеими руками в его пальцах драгоценные часы. Она уже вытащила их из тисков кожаного браслета, и теперь они выглядели совсем как обычные карманные.

– Сейчас же пойду и продам, – гаденько оскалился Дай, желая её подразнить.

– Эй! – возмутилась Лилит, и он с силой взъерошил волосы на её макушке.

– Перестань! – пыхтела она в попытке отцепить его руку от головы.

Дай неслышно рассмеялся, глядя на её раскрасневшееся недовольное лицо в обрамлении растрёпанных, пушистых локонов.

– Я серьёзно! – буркнула воровка.

– Я понял.

Под пристальным взглядом Лилит Дай засунул часы в карман сюртука.

Девушка сощурилась.

– Потеряешь – прибью.

– Да-да, – закатил глаза Дай и беспечно зашагал по мостовой, засунув руки в карманы. – Ты идешь? Не знаю, как ты, а я ужасно хочу есть.

– Иду, – рыкнула она и сорвалась с места.

Глядя в отражение витрин с булочками, Лилит пыталась пригладить растрёпанные волосы. Дай стоял рядом с ней, бесстрастно взирая на эти роскошные и не очень, но, без сомнения, аппетитные кондитерские изделия. Он лениво осматривал кафе-пекарню с её обыденными светло-зелёными бумажными обоями, типичными для всех магазинов и помещений. Тихо отбивали секунды старые настенные часы. За широкими панорамными окнами мелькали силуэты прохожих. Оранжевые лучи солнца заливали небольшие столики из потемневшего от времени дерева.

Дай, казалось, даже и не думал выбирать себе что-то из еды, оставив решение за скудными вкусами Лилит. Он витал где-то в мыслях, пока застывшая в нерешительности Лилит начинала раздражаться. Она снова не могла определиться с выбором, а Дай никак не помогал!

– У-у-гх, – гневно бухтела она. – Ты бесполезен…

Раздался протяжный дребезжащий звонок. Хозяин пекарни подскочил на месте и побежал к краю шкафа со своей стороны, где стояла тумбочка, а на ней, на витых металлических ножках водрузился телефон, местами ржавый, с потрескавшейся позолотой на концах трубки.

Старая модель. Не редкая вещь в заведениях подобного типа.

На пухлом приветливом лице пекаря промелькнула растерянность, он бросил несколько косых взглядов в сторону Дая бесстрастно смотревшего в окно, а потом робко обратился к нему:

– Простите, кажется, вас просят к телефону.

Дай изумлённо поднял брови, будто бы впервые заметил присутствие продавца, нахмурился и быстрой напряженной походкой приблизился, взял из его рук увесистую трубку.

– Алло?..

– Привет-привет! – наиграно весело раздалось на другом конце провода. Связь проходила почти без помех. – Узнал меня?

Дай потер виски, силясь вспомнить, кому принадлежал этот странно-знакомый женский голос.

– Нет, – угрюмо ответил он.

– Это «Железная дева», – представилась, наконец, женщина из Совета, пославшая его на задание. Но голос звучал чисто, наигранно-кокетливо: она была без привычной страшной маски и, судя по внешним звукам, находилась на улице и звонила с телефона-автомата.

– Жуткое прозвище, – хмыкнул Дай и посмотрел на склонившуюся над прилавком с булочками Лилит. Пекарь что-то говорил ей, а она бессмысленным болванчиком смущенно кивала.

– Не хуже твоего, Ищейка, – из трубки послышался самодовольный смешок.

Дай привычно поморщился, услышав своё второе «имя».

– У меня не так много времени на светские беседы, поэтому скажу по существу… Рядом кто-нибудь есть? Отвечай односложно.

– Не совсем, – Дай оглянулся на окно, но людям снаружи было не до него.

– За тобой может вестись слежка, – голос её посерьёзнел. – Впрочем, как и за мной, поэтому не подавай серьёзного вида, у нас совсем дружеская беседа.

Дай почувствовал, что она улыбнулась.

– Ты уже достал камень?

Юноша неприязненно закусил губу.

– …Нет, – выдавил он после короткой паузы. На другом конце трубки послышался вздох. – Но я уже близко.

– Когда вернешь, – сказала женщина без тени колебания, – придержи его у себя.

– А?.. – Дай не успел сформулировать вопрос.

– Есть подозрения, что в Собрание затесались предатели, не исключено, что они могли проникнуть и в Совет. В замке твориться полная неразбериха: кто-то сообщил, что готовиться заговор. Весь двор на ушах стоит. Под подозрение попали все. Никому теперь нельзя доверять…

– Вам тоже? – не сдержался, съязвил Дай.

– Мне тоже, – эхом отозвалась она. – Кто знает, может я предатель?

– Я вам не верю.

– И правильно делаешь. О самом важном я тебе сообщила. На время расследования камень держи при себе и никому его, слышишь, – голос её ожесточился, – никому не отдавай.

– Значит, вы мне доверяете?

– Доверие – непозволительная роскошь, Даймонд. А теперь поспеши и достань камень.

Связь оборвалась, послышался протяжный гудок.

Дай вернул трубку на место и напряженно взглянул на Лилит. Полученная информация совсем его не радовала. После событий в поезде он и сам начал подозревать, что кто-то в замке работает на Секту: снабжает её вооружением и информацией. Но, если до этого Дай считал, что