Один в поле... - Дмитрий Сысолов

— А выхлопные газы он куда девать будет? Задохнёмся же раньше, чем сейф разрежем.

— А в другую комнату. Там же много комнат. И дверь закроем.

— Удлинитель надо подлиннее, — подсказывает Аня.

— Да удлинитель-то не проблема, — отмахиваясь я. — Есть шанс, что генератор может заглохнуть от собственных выхлопных газов, если их не отводить на улицу.

— П'оветрить и опять запустить, — предлагает Аня, — в несколько этапов 'аботать.

— Провозимся… — недовольно бурчу я, — такие вещи нужно делать быстро

Всё молчали, озадаченно переглядываясь.

— Ладно, — вздыхаю я, — это не самая главная наша проблема. Главная — как мы попадём внутрь. И что делать с теми тремя… Что вас выгнали. Не думаю, что они будут в восторге от нашего визита.

— В дом зайти не проблема, — осторожно начинает Даня, — я знаю, где лежит запасной ключ от второй двери. Ей почти никогда не пользовались. И изнутри на ней засосов нет. Только замок.

— Допустим. А с теми тремя?

— Может связать? — неуверенно предлагает Настя

— Может, — опять вздыхаю я. — Ладно их я беру на себя. Но пару мотков скотча захватите. Вязать тебе придется.

Немного помолчав я резюмирую:

— Итак: берём генератор, болгарку, удлинитель, лист фанеры или таз, лыжи, скотч…

— Фонарик, — подаёт голос мелкий Алька, — или свечку. Темно же в доме наверное?

— Вот. Молодец! — хвалю его. — А мы и не вспомнили никто про свет. Фонарик надо, это точно… Едем мы с Даней вдвоём.

— Почему вдвоём? — Возмутился Антон. — А я?

— Лыж только две пары, — напоминаю я ему

— Ну-у-у… Я могу вас хотя бы машине подождать.

— И оставить девочек с малышами одних на ночь? Нет, Антон, ты остаёшься тут. Будешь защищать дом и девочек. Настя, дашь ему свой травмат

— Хорошо.

— Мало ли как у нас там всё сложится… Должен хоть один парень остаться.

— А может… Вообще не надо? — тихонечко спрашивает Настена. — Жили же мы как-то и без этого ружья.

— Да сам не хочу, — в который уже раз тяжело вздыхаю, — но надо. Кровь из носу нам оружие нужно.

— А когда… Ну все это делать будем?

— Сегодня ночью и пойдем, — решительно заявляю я, — чего нервы-то тянуть ожиданием. Сейчас все подготавливаем и немного поспим… Если уснуть сумеем. Часа в три выезжаем. Пока доедем, пока по полю тащиться будем, пока там в доме, то да се… Глядишь уже четыре, а то и все пять утра будет. Эти то? «Герцогские» небось по полночи не спят, а потом до обеда не просыпаются?

— Ну… Да. Скорее всего — так и есть.

— Ну вот и мы успеть должны со всем справиться до рассвета. Посветлу уходить палевно все-таки…

— Маскхалаты! — аж подпрыгнул на месте Андрейка, весь разговор молча слушавший обсуждения, ерзавший, пытаясь что-нибудь дельное посоветовать, но так ничего и не придумавший. И завидуще засопевший когда его сверстник Алька напомнил нам о фонариках. А теперь вот его прорвало. — Надо сделать маскхалаты и вас на поле не будет видно на снегу.

— Гм… Идея хороша. Молодец, Андрей! И частично мы ей воспользуемся. Генератор тот же на листе фанеры прикроем простыней. А маскхалаты… Ну как их быстро сделать-то? Утопия.

— Мы сделаем! — заявили девчонки, предварительно переглянувшись между собой. Пока вы спите. Простыни так же на ваши пуховики нашьем сверху и все.

— Да это сколько ж работы… — усомнился я

— Ну мы ж не будем их по фо'ме пуховиков раск'аивать. — возражает Аня — П'осто целую п'остынь в нескольких ключевых точках п'ихватим и всё. Так даже лучше будет. Фигу'ы на человеческие не будут так похожи.

— Ну-у-у… Попробуйте, — сдался я.

— А вы с Даней ложитесь спать прям сейчас, — негромко командует Настя. — Мы вам к выезжу всё подготовим. А вам силы нужны будут.

— Да чего тут подготавливать-то особо… — пытаюсь возражать я.

— Вот и отлично! — Твердо отрезает та, — значит и мы с этими сборами прекрасно справимся. А вам — спать.

— Всё-всё… Сдаюсь — шутливо поднимаю я ладони перед собой, — уже ложусь… Даня, ты вон на диван ложись. Андрей на полночи свое место тебе уступит?

— Конечно.

— Ну вот и отлично. А я у себя… Ева, ты-то меня хоть не бросишь? Как же я без тебя усну-то?

— Неть, — дитя споро лезет на кровать ко мне в подмышку. Неожиданно тесно прижимается, испуганно таращась на меня. Успокаивающе улыбаюсь ей и глажу ее по головке

— Все хорошо, Ева. Всё будет хорошо. Не бойся. Дядя Алик со всем разберется…

Глава 29

… Детский плач выматывал всю душу. Я пытался не обращать на него внимания. У меня есть свое дело и отвлекаться на незнакомых плакс мне некогда. Но плач нарастал словно лавина. Он раздражал, сбивал с настроя и отвлекал. Так, глядишь, можно и ошибку совершить. Фатальную. А мне — нельзя! За мной стоят уже мои мелкие.

Так, не отвлекаться. Где там эта дверь-то? Ага, вот она. Та самая. Остановившись около нее и потискав в руках дубинку, словно набираясь от нее решимости — рывком ее распахиваю. Плач, словно дожидаясь этого, с утроенной силой ударил меня по ушам. Ну и где тут… Чёрт! Прямо в центре комнаты, на кровати окровавленный младенец — заходится истошным ревом. И я понимаю, что это тот самый… Из магазина, которому я не успел помочь. Но он ведь вроде замерз? Почему же тут кровь тогда? Чёрт, чёрт, чёрт…

Только сейчас замечаю радом с младенцем подвижные серые тела. Крысы! Мордочки в крови. Одна, две, три… И первая норовит опять цапнуть младенца зубами. Взрыкнув что-то нечленораздельное, я кинулся вперед и тут…

— Шиша… Вставай.

— А? Что? — сон нехотя отпускал меня. Сон, всего лишь сон.

— Время полтретьего, — на меня смотрят не по детски серьезные глаза Настены, — мы всё подготовили.

А, ну да — соображаю я. Поход за ружьем. Авантюра несусветная… Как всегда спросонья я был зол и раздражителен. Но сдерживался. Дети-то наоборот всё что могли сделали для меня. Их только похвалить. Даже мелкий Андрюшка мужественно не спит и изо всех сил таращит слипающиеся глазенки.

— Щас… Минутку, — тихонечко, чтоб не разбудить приткнувшуюся ко мне мелкую, вылезаю из кровати. Плетусь к умывальнику на кухню. Сполоснуть лицо ледяной водой. Ух… Смыть с себя липкое бессилие сна. Приснится же такое… Ну всё, вроде взбодрился. Можно и собираться.

Собрались мы с Даней быстро. Девочки с Антоном действительно всё нужное нам уже приготовили. Даже наши пуховики с нашитыми поверх простынями смотрелись на нас почти как настоящие маскхалаты. Но меня это только злило. И вообще, весь этот план, такой убедительный