Только монстр - Ванесса Лен

Джоанна протянула руку, помогая пригладить кудри Рут, не зная, что ответить. Та потратила все силы, спасая спутников, и осталась бы во дворце, если бы не отчаянный и рискованный поступок сестры. При этой мысли к горлу подкатил ком.

– Мы сходим без тебя. Лучше отдыхай.

– Нет уж, я предпочитаю не сидеть без дела, – кузина подтолкнула Джоанну коленом, ухмыльнулась в ответ на возмущенные протесты той и посмотрела в сторону кухни. – Кроме того, с Хатауэя не следует спускать глаз.

Сквозь дверной проем было видно, что Том сидит за столом и, глядя перед собой в пустоту, рассеянно гладит по голове сонного бульдога, который недавно съел два мясных пирожка и теперь посапывал у хозяина на коленях.

– Ты ему не доверяешь? – уточнила Джоанна. – Я лично доверяю. Такие эмоции не подделать. Как и запись. Думаю, он выложил перед нами все карты.

– Я имела в виду, что не следует спускать с Тома глаз ради него самого, – пояснила Рут. – Разговаривать с кем-то, кого любишь, до того, как произошло знакомство… тяжело.

Джоанна с подозрением уставилась на сестру. Неужели той стало известно о встрече с молодой версией бабушки? Но выражение лица Рут было отсутствующим, будто она погрузилась в воспоминания. Однажды Аарон сказал, что все когда-то пытались изменить хронологическую линию. Интересно, пообщаться с кем-то близким до знакомства тоже все пробовали?

Вскоре они вышли в город. Конрад, очевидно, предположил, что беглецы где-то затаились, и отозвал патрули: полицейские кордоны на мостах исчезли, гвардейцы тоже редко попадались на глаза.

Джоанна шагала рядом с Томом. Он подхватил Фрэнки и сунул пса под куртку, где бульдог и посапывал, вольготно растянувшись на широкой груди хозяина.

– Думаю, тебе придется поручиться за мою сестру. Кажется, ей не рады на территории семейства Лю, – прошептала Джоанна спутнику.

– Интересно, почему это? – удивленно вскинул брови тот. – Из-за кражи? – ее кивок вызвал скорее любопытство, чем неодобрение. – Мне тоже там запрещали появляться какое-то время, – с ностальгическими нотками в голосе протянул Том, судя по легкой улыбке, погружаясь в приятные воспоминания. – Не переживай, я скажу, что вы все со мной.

Из-за предпринятых мер предосторожности потребовалась пара часов, чтобы добраться до особняка Лю.

Том провел спутников по узкому проулку между высокими кирпичными стенами. Джоанна уже начинала ассоциировать подобные места с территориями монстров. В этот раз черная лакированная дверь не была снабжена табличкой с изображением морского змея. На деревянной створке красовалась резьба в виде китайского феникса с длинным хвостом, который тянулся почти до самой земли.

Хорошее настроение Тома бесследно испарилось. Сейчас его широкие плечи напряженно сутулились. Фрэнки завозился под курткой и не успокаивался до тех пор, пока хозяин не выпустил питомца. Когда бульдог оказался на мостовой, то немедленно подбежал к двери и принялся царапать деревянную створку, нетерпеливо гавкая, оборачиваясь к Тому и всем видом просясь внутрь.

– Знаю, знаю, – тихо пробормотал Хатауэй собаке, наклоняясь, чтобы погладить ее по коричнево-белому боку. Затем медленно выпрямился и обратился уже к остальным, отводя при этом глаза: – Я не уверен, что Джейми сумеет нам помочь. В этом времени он только начал свое исследование.

– Но он уже рисует на картинах героя, – возразила Джоанна. – А значит, интересуется этой темой и может сообщить нам хоть что-то. Дать подсказку или зацепку.

Том нервно сглотнул и стиснул челюсти. Несколько секунд казалось, что сейчас он откажется открывать дверь. Пес будто почувствовал колебания хозяина и запрыгнул на черную створку передними лапами, залаяв еще настойчивее.

Посмотрев на Фрэнки, Том вздохнул, вытащил из кармана ключ и вставил его в замочную скважину, повернув с уверенностью человека, который проделывал это десятки раз. Однако трясущиеся пальцы выдавали волнение. Наконец дверь открылась.

– Ого, – выдохнула Джоанна.

Она уже видела часть поместья Лю – картинную галерею и внутренний дворик, но недооценила размеры территории. Перед глазами простирался безыскусный разросшийся сад, который казался бесконечным. Конечно, дом должен был находиться где-то поблизости, но от задней двери создавалось впечатление, что вошедшие попали в деревенскую местность. Среди высокой травы росли дикие крокусы и жимолость. Джоанна закрыла глаза и сделала глубокий вдох. В воздухе слышалось гудение пчел. Издалека доносилось журчание воды. Пахло медом и солнечным светом.

Здесь, в спокойной безмятежности сада, Том выглядел посторонним элементом. Он переступал с ноги на ногу, нервно озирался и излучал едва сдерживаемое напряжение борца перед матчем.

– Помните, в этом времени Джейми еще не забрали… не сделали пленником и не принудили помимо воли стать архивом, – последнее слово Том почти выплюнул. – Он не будет знать о том, что это монстры создали героя. Не будет знать даже о том, что герой существует на самом деле. Будет считать его лишь персонажем из сказок.

– Тебе необязательно идти с нами, – произнес Аарон.

– Серьезно? – процедил Том сквозь зубы, потом кивнул в сторону сада. – Джейми наверняка где-то рядом с водой. Он обожает реки и озера.

Вслед за хмурым Хатауэем они прошли по заросшей тропинке и спустились по каменистым уступам к берегу весело журчащего ручья. Это было идеальное место для пикников: прекрасный пейзаж, открытый солнечный пляж и кружевная тень от ближайших дубов.

Возле кромки воды на большом валуне сидел юноша не старше пятнадцати лет. Он болтал ногами с закатанными по колено джинсами по бегущим струям, не отрываясь от рисования и нанося широкие оранжевые мазки. Под движущейся кистью, будто по волшебству, возникал живой карп. Как и на картинах в галерее, он казался более реальным, чем окружающая действительность.

Том предостерегающе вскинул руку, жестом призывая спутников к молчанию. Он смотрел на сидящего к ним спиной Джейми в явной нерешительности. Первым не выдержал пес. Он понесся вниз по склону со счастливым лаем и запрыгнул прямо на колени увлеченному рисованием художнику, выбив у него из руки кисть.

– Эй, привет! – рассмеялся Джейми, когда Фрэнки его лизнул, после чего едва успел удержать от падения в воду подпрыгивающего и лающего от возбуждения пса. Джоанна никогда еще не видела флегматичного бульдога таким громким и оживленным. – Кто это у нас такой симпатичный? – собака извивалась в руках юноши, пытаясь его лизнуть. – Как тебя зовут?

Том молча стоял чуть поодаль, напряженно глядя на них. Джоанна даже не могла вообразить, что он сейчас чувствует. Сама она ни за что бы не узнала в этом молодом художнике болезненного мужчину с записи. Тот был истощенным, двигался медленно, с трудом. Юноша же излучал энергию и жизненную силу.

– Ты в порядке? – спросила Джоанна Тома.

– Нет, – выдавил