Маневры 3 - Азк

— Понятно, смотрю толковый сержант попался.

— Да, в этом повезло.

— Немец в каком звании был?

— Гауптман — капитан по нашему, служил в пехоте.

Буквально через несколько минут раздался сигнал вызова нашего телефона.

Связист, оторвав трубку от уха, доложил:

— Товарищ подполковник, "Гитара" требует "Казатин" на провод!

— Это меня, спокойно отозвался Руденко и уверенно взял в руки телефонную трубку. — "Гитара", значит так, слушай меня внимательно и ничего не перепутай! К тебе направился человек, которого ты хорошо знаешь, с ним ты вчера в бане парился. Понял?

— ... .

— Он тебе кое что передаст на словах, ты выполнишь!

— ... .

— Хорошо, что понял. Дальше, ты кинул к ребятам, что в гости пришли сегодня вечером, то что сейчас в руках держишь?

— ... .

— Меня не волнует где ты все это возьмешь, через пять минут я буду говорить с ними! Все время пошло!

Отдав трубку телефонисту, произнес:

— Придется пять минут подождать. Сейчас будет связь с танкистами.

Эту фразу Руденко услышал только я, связист прижав к уху трубку повернулся спиной, а Васильев внимательно слушал, что ему объяснял Знаменский, вместе они внимательно рассматривали трофейную карту.

— Что интересного нашел Александр Сергеевич?

— Да вот удивляюсь качеству исполнения, наверняка использовали данные аэрофотосъемки!

Знаменский подержал разговор:

— Немецкие самолеты часто нарушали границу, но сбивать их категорически запретили!

— А вы я вижу разбираетесь в немецких картах? Обратился я к Знаменскому.

— Пришлось изучить, в тридцать девятом, когда был в комиссии по демаркации линии государственной границы, с нашей стороны наши карты, с их немецкие. У них в основном обозначения те же, только дороги с твердым покрытием обозначают красным цветом, а грунтовые как и у нас — черным.

— Разрешите полюбопытствовать? — Обратился я к обеим майорам. Взяв в руки плотный лист немецкой карты, начал искать взглядом Стоянов, найдя его, дальше было уже проще. Чтобы не терять время, попросил показать на карте Шуровице и Берестечко. Кто-то первым ткнул пальцем, и тут меня как пыльным мешком приложило! От Стоянова через Радехов, Хмельно, Лопатин прямо к Берестечко шла дорога с твердым покрытием обозначенная красным цветом, как и говорил пару минут назад Знаменский. Так вот почему немцы наступают в этом направлении: они хотят воспользоваться хорошей дорогой к обоим мостам через широкую Стырь! Поняв их замысел, можно и повоевать!

От этого сообщения у меня мысли понеслись галопом, опять начала неметь левая рука. Из этого ступора меня вывел голос в трубке телефона, который настойчиво повторял:

— Товарищ подполковник, товарищ подполковник...

Чувствуя что голос предательски сел, на автомате произнес:

— Доложите чем располагает Ваш отряд?

— Тридцать пять танков БТ-7, семнадцать средних танков Т-34 и три бронеавтомобиля.

— С артиллерией что?

— В мотострелковом батальоне минометная рота и взвод ПТО.

— Толку от ПТО если к ним бронебойных снарядов нет!

— К "сорокопяткам" бронебойные есть, нет к семидесяти шести миллиметровым пушкам, товарищ подполковник!

— То есть нет к "тридцатьчетверкам"?

— Да, товарищ подполковник. Две недели назад был приказ сдать на окружные склады.

— Понятно капитан. А кто сдавать ездил, не знаешь?

— Я ездил сдавать в Шепетовку. Целая колонна получилась.

— Понятно. Значица так: во первых — к каждое ПТО цепляешь к легкому танку и получаешь подвижный противотанковый резерв, во вторых по роте БТ ставишь за траншеей пехотного батальона так, чтобы они били немцам в борта, а "тридцатьчетверки" в лоб. Запомни главная задача стрелков и минометчиков отсечь немецкую пехоту от их танков. Собери лучших стрелков пусть отстреливают офицеров, пулеметные и минометные расчеты. Минометчиков в ямы и водой полей вокруг чтобы пыль не демаскировала при выстреле...

— Я еще пулеметы на флангах поставлю товарищ подполковник,

— Правильно мыслишь капитан! И самое главное проложи две, а еще лучше три линии связи, понял? Что бы связь была постоянно! Это важнее чем пулеметы на флангах. Связь каждые полчаса, а как бой начнется каждые десять минут!

— Понятно товарищ подполковник.

— А со снарядами постараюсь помочь капитан. Конец связи.

Отдав трубку связисту, повернулся к Знаменскому и спросил:

— Ну как?

— Отлично товарищ подполковник, все дивизионы закончили пристрелку и перешли на поражение. Жалко что поднявшаяся пыль не даст как следует всыпать этим гадам!

— Нам пыль не помешает майор, были бы снаряды! Кстати о снарядах, у танкистов нет бронебойных калибра семьдесят шесть миллиметров, не подскажите где можно разжиться, им обязательно помочь надо!

— Для "двадцать восьмых"? Полковые?

— Нет у них новые танки с пушкой семьдесят шесть миллиметров, а полковые или не полковые — не подскажу.

Тут один из командиров сказал:

— Разрешите? Товарищ подполковник, это "дивизионные", как у Ф-22.

— Это точно?

— Абсолютно!

— Тогда, надо просить у генерал-майора Москаленко в противотанковой бригаде, у него часть дивизионов на Ф-22УСВ, от них подойдет. Сколько просить?

— В отряде семнадцать танков, на каждый хотя бы по двадцать штук, значит триста сорок штук.

— Буду просить семьсот, а там как выйдет

— Добро майор, действуй!

— Товарищ подполковник, может задействуем пару самолетов для доставки?

— Только предупредите командира отряда, чтобы не пальнул сдуру. А еще лучше, пусть рядом с этими танками приготовит посадочную полосу и поставит пяток солдат с ракетницами для указания направления посадки. Выполняйте!

Уже не раз убеждался, что если этот майор за что то брался, то всегда выполнял. Вот и сейчас поручив ему эту очень важную проблему, я мог спокойно заняться другими. Самой важной сейчас было выяснить как проходит первое в этой войне артиллерийское наступление. Связавшись со своим начштаба чтобы выяснить это, получил в ответ:

— Работаем, доложу позже.

— Понятно, включи трансляцию на этот телефон, так