Луррамаа. Просто динамит - Олег Казаков

– С этим, – Су указал рукой на куб, – можно выйти в одиночку против всей Империи.

– А ничего, что он связан с пусть и бесстрашным, но мальчиком, необученным, неопытным, которого легко ввести в заблуждение и похитить или выкрасть артефакт? – вдруг накинулась на Су Эри, сверкая своими черными глазами.

– Он не хочет воевать, – произнес Мак. – Да и я не хочу.

– Так можно до ночи спорить, – опять вмешался Тодор. – Сделаем следующее. Пакуем вещи! Да, готовимся уезжать! Уезжаем на восток. В южный порт нельзя, там за нами тоже следили. И мы не проберемся по побережью через джунгли, а в море пасется флот Империи. Поедем через север, под хребтом. Себастьян, внизу на ресепшене есть посыльный от телеграфной компании, дай телеграмму Тыну, пусть берет охрану и везет машину Ады в Старый Углеград. Наши люди еще там, пусть его встретят и ждут нас. Там меняем устройство на слизь, предупреди своих магов – долго ждать не будем. Деньги на наш счет в Первом Республиканском. Армии пообещай все, чего они хотят, узнай, как с ними можно связаться в дальнейшем. Времени мало, так что потом покупаешь самый быстрый паромобиль…

Тодор достал из кармана пачку банкнот и передал напарнику.

– …Затем возвращаешься сюда, грузишь наши вещи и едешь в оперу, ждешь, пока мы не выйдем. После этого немедленно уезжаем.

Уже готовая расплакаться Ада, услышав про театр, радостно улыбнулась.

– Себастьян за рулем, я стрелок, Су…

– Я могу вести паромобиль, если понадобится, – перебил Су Тодора.

– Пока вы маг, но, если будем ехать всю ночь, водитель будет нужен, – кивнул ему Тодор. – Мак тоже маг, сядешь сзади. Эри…

– Я стрелок, не сомневайтесь, – произнесла девушка.

– Путешествие может быть опасным, – с сомнением предупредил Тодор.

– Я дам отцу телеграмму, – уверенно произнесла Эри. – И потом, как вы, мужчины, будете присматривать за Адой?

– У Мака это как-то получалось, – пошутил Себастьян.

– Ты уже убежал! – окрысился на него Тодор.

– Меня уже нет, босс! Одна нога здесь… другая – след простыл…

И Себастьян бросился вон из комнаты.

– Что ж, у нас два мага, два стрелка, водитель и прекрасная, но немного зареванная принцесса, – подвел итог Тодор. – Еще нам надо пережить сегодняшний вечер и сбежать из Столицы.

– Если за нами будет погоня, то нам не помешает дробовик и пара винтовок, – заметил Су. – Я организую, добавлю к багажу…

Он тоже ушел. Тодор оглядел оставшихся.

– Готовьтесь, собирайте вещи, наряжайтесь. Не забываем взять в оперу оружие. И осьминога своего заберите, пусть в какой-нибудь банке поспит пока.

– Тодор! Спасибо вам! – Эри подошла почти вплотную к инженеру, так что ее пышная прическа коснулась его груди. – Я думаю, Ада тоже будет вам очень благодарна.

– Поблагодарите меня завтра утром, по дороге в Старый Углеград, – попытался пошутить Тодор. – Идите собирайтесь, у нас мало времени.

Ушли и девушки. Тодор подозвал Мака:

– Пойдем, пора и нам.

– Мне нечего собирать, – сообщил парень. – Дорожная сумка с одеждой стоит в номере, рюкзак с собой. Мы же только утром въехали.

– Да, ты прав, – согласился Тодор. – Но все равно пойдем в номер, не будем бродить по гостинице как живые мишени.

– А что такое Платоновы тела? – спросил Мак, направляясь следом за инженером. – Сегодня только про них и говорят.

– Это такие выпуклые, объемные многогранники, состоящие из одинаковых правильных многоугольников, – пояснил Тодор, открывая дверь в номер. – Есть такая наука геометрия, она занимается черчением, измерением углов, построением разных фигур… Согласно легенде одним из первых геометров был Платон. Не думаю, что это реальная личность, скорее, в его трудах собраны знания многих ученых, имен которых мы уже никогда не узнаем. Так вот, он как раз и описал эти так называемые «Платоновы тела», их всего пять. Пирамида, собранная из четырех треугольников, куб, такой как у тебя. Октаэдр…

– Октаэдр – это как октоподид? У него тоже восемь щупалец? – Мак сел за стол и взял бумагу и карандаш, попробовал нарисовать пирамиду, что-то похожее у него получилось.

– Э… нет! – Тодор улыбнулся. – У него восемь граней, но это не щупальца, а треугольники. Это как две пирамиды, приставленные друг к другу своим основанием.

– А еще два?

– Еще додекаэдр, он собран из двенадцати пятигранных пластинок, и икосаэдр, из двадцати треугольников.

– Я не понимаю, как они выглядят, – признался Мак.

– Я тебе потом покажу в учебнике, там на самом деле все просто, – пообещал Тодор.

– А других нет?

– Почему же нет, выпуклых многогранников огромное количество, но правильных, то есть состоящих из одинаковых граней, всего пять. В магической академии учат, что эти пять Платоновых тел составляют основу мироздания и связаны с определенными стихиями. До сегодняшнего дня я думал, что это всего лишь еще одна легенда.

Мак взял со стола кувшин с соком и налил себе в стакан.

– А сегодня оказалось, что это правда? И какие это стихии?

– Пирамида – это стихия огня, или магия огня. Куб – земля, это мы как раз видели и сами. Октаэдр – воздух, икосаэдр – вода. Четыре основных магических направления.

– А последний? – посмотрел на свой листок Мак. – Который из пятигранников.

– Последний самый таинственный, самый загадочный, самый скрываемый, это я тебе легенду пересказываю, – произнес Тодор. – Додекаэдр. Его модель можно склеить из обычной бумаги, так же как и куб, и все остальные. Но настоящий, истинный додекаэдр олицетворяет собой вселенную, или космос, то, в чем обитают все остальные стихии, и наша планета в том числе.

– И что, его можно найти? – опять спросил Мак.

– Я не знаю, – развел руками Тодор. – Говорю же, я всегда считал все это обычной сказкой. А сегодня мы узнаем, что два из них существуют. Значит, где-то есть и остальные. Так же как и твой колдовской шар, это, с технической точки зрения, тоже многогранник, только грани у него – бесконечно малые точки, их бесконечно много.

– Как это? – не понял Мак.

– Видел когда-нибудь мяч, сшитый из лоскутков? Ими играют в разные игры.

– Когда-то давно торговцы привозили такой, – припомнил подросток. – Я с собакой играл, потом Трезорка его сгрыз.

– Ну так вот, попробуй представить себе большой мяч, сшитый из маленьких лоскутков. Потом попробуй его мысленно увеличить… не увеличивая лоскутков.

– Понадобится больше лоскутков, – сообщил Мак.

– Правильно. А если мы будем их уменьшать, уменьшать, их будет нужно все больше и больше. Пока они не уменьшатся до размера точки.