Ведьмина поляна - Василий Головачев

– Ох, Мак! – простонала Любава, когда всё закончилось, и в её устах это прозвучало как песня.

А начиналось всё с того, что она заявилась в каюту, арендованную Максимом и Сан Санычем у капитана Карла, с вопросом: не хотите ли чаю?

Максим чаю хотел.

Сметливый Сан Саныч глянул на гостью, хотел сказать, что с удовольствием глотнёт горячего, но посмотрел на друга и отказался.

– У меня тут есть одно дело, – спохватился военком. – Надо порешать. Так что пейте вдвоём.

И Максим остался с Любавой наедине, предчувствуя сердцем странное томление организма, вызванное близостью девушки.

– Ты меня спас уже второй раз, – проговорила она, проводив Сан Саныча взглядом.

– Ерунда, – внезапно охрип Максим.

– Я у тебя в неоплатном долгу.

Она подошла вплотную, обняла, закрыла глаза… и это, пожалуй, всё, что нужно знать любому постороннему человеку в таких случаях. Отдаю должное памяти мужчин, получающих такие подарки от любимых женщин регулярно.

Лежали на просторном лежаке капитана умиротворённые, пока Максим не вспомнил, что Сан Саныч может зайти в каюту в любой момент.

– Надо одеться…

– Он не придёт, – тихо проговорила Любава, обнимая Максима.

– Он всё поймёт…

– Ну и пусть. У тебя замечательный друг.

– На то он и друг. Если узнает твой брат…

– Малятка хороший мальчик, хотя и слишком прямой.

– Он меня невзлюбил.

– Не говори ерунды, он тебя обожает, особенно после соревнований. Он ведь тоже понял, что ты подставился нарочно, дав ему шанс победить.

– А может, наоборот, из-за этого и злится?

– Успокойся, я точно знаю, что Малята не держит камня за пазухой.

В дверь легонько стукнули.

– Леди и джентльмены, – раздался голос Александра, – сотник собирает совет.

Максим мигом соскочил с лежака, начал торопливо одеваться.

Встала и Любава, сказав с чисто женской логикой:

– Отвернись!

Через несколько минут, не обнаружив в коридоре никого, пара присоединилась к росичам, собравшимся в рубке лопотопа.

Сан Саныч косо посмотрел на лицо друга, замкнутое в нарочитой деловитости, но промолчал.

Подозрительный взгляд Маляты сказал Максиму, что молодой росич думает о нём, и подумал, вздохнув, что Любава, скорее всего, ошибается в чувствах брата, с какими тот относился к россиянину.

– Мы на подходе, – сказал Могута озабоченно, разглядывая расстеленную на столике в рубке карту Великотопи с пятью узкими складками тепуев. Царапины и раны на его лице затянулись, и сотник снял повязки.

Максим подошёл ближе.

Плато Роси имело форму треугольника, тепуй Еурода напоминал трезубец, геометрия остальных трёх псевдоматериков этого мира была близка к подковообразной форме, напоминавшей форму земных атоллов Тихого океана.

– Мы были здесь. – Стило в руке сотника указало на коричневое колечко, окружающее дуплистый Клык Дракона.

Стило переместилось.

– Вот Еурод, а это Рось. Мы всего в пяти верстах от тепуя. Вранов у нас нет, поэтому послать разведку мы не можем. Будем действовать по обстоятельствам. Думаю, эскадра конунга уже у берегов Роси. Придётся всплыть и оценить ситуацию в пределах прямой видимости. Там самое удобное место для высадки десанта. Да и Бореана недалеко.

– Но Туманье – горный хаос, – сказала Любава, не реагируя на взгляды брата и не казавшаяся ни капли смущённой.

– Вот потому выродки и пойдут на Туманье, надеясь, что там нет пограничных застав.

– А как они собираются преодолеть пояс прибрежных скал? – спросил Миро. – Там же скалы Кориги недалеко.