Зеркало Иблиса - Виктор Бурцев

– Моя задача – охрана профессора. Я не знаю, что может быть в тех захоронениях и есть ли они. Я получил приказ, полковник.

– Уважаемый доктор прочел мне целую лекцию, капитан, – казалось, не услышав фон Акстхельма, говорил полковник. – Я пригласил двух наших археологов из Гизы, они долго и увлеченно спорили и, казалось, остались довольны друг другом. Это очень интересно, скажу вам – династии фараонов, гробницы, грабители могил, проклятия мумий… Я знал лорда Карнарвона, погибшего в свое время от этого проклятия. Но я понял лишь одно – доктор Корне-лиус не знает ровным счетом ничего. Ему неожиданно предложили съездить в Эль-Джауф, куда он даже не надеялся попасть в ближайшие десять лет, и проверить некоторые свои гипотезы. И даже дали целый отряд с техникой и оружием. Зачем? Или вашему рейху некуда девать два десятка отборных солдат?

– Цель экспедиции была мне неизвестна. Я – военный человек, я исполнял полученный приказ.

– Хорошо. Кто вам дал этот приказ?

– Я уже сказал вам – генерал Байерлейн в Триполи.

– А Штудент?

– Со Штудентом все было согласовано. После согласования нас перебросили в Триполи, а там мы получили четкий приказ. Я не знаю, почему послали именно парашютистов.

– Значит, Байерлейн… В Триполи, – задумчиво пробормотал полковник. – Капитан, вы разумный человек. Вы прекрасно понимаете, что из вашей экспедиции мы просто обязаны что-то извлечь. Что я доложу в Лондон? Что взял в плен мирную археологическую экспедицию, вооруженную и переодетую в британскую полевую форму? Тут не может не быть изюминки, капитан. И вы, как старший, что-то должны знать. У нас найдутся методы, но я бы не хотел…

– Я получил приказ, и я его выполнял, – оборвал Макгрудера капитан и загасил сигару в пепельнице. – И еще…

– Что?

– У вас омерзительные сигары, полковник. Но все равно благодарю. Я могу взять окурок с собой?

– Ради бога. И подумайте над моими словами, капитан. Хорошенько подумайте.

Когда фон Акстхельма увели, полковник Макгрудер, морщась, потер бок – с самого утра его мучил желчный пузырь – и полез в шкафчик за маленькой бутылочкой виски. Что бы там ни говорили врачи, а лучшего лекарства Господь пока не выдумал.

Сделав глоточек и с наслаждением подождав, пока огненный комок прокатится по пищеводу и упадет в пустой желудок (кстати, надо бы и поесть, все же к полудню дело), Макгрудер принялся со вздохами ворошить скопившиеся на столе бумаги. Это уму непостижимо, сколько ненужной макулатуры приходится исписывать, пусть ты даже офицер в высшей степени секретной службы. Хотя, наверное, именно из-за этого прибавляется еще процентов двадцать писанины…

Полковник действительно пребывал в растерянности. Многодневные допросы не давали никакой информации. Профессор не видел в экспедиции ровным счетом никакой секретности и охотно болтал на археологические темы. Двое уцелевших офицеров то ли в самом деле выполняли исключительно охранные функции, то ли скрывали истинную цель отряда. О солдатах не приходилось и говорить. Возможно, лучом света мог бы стать Ворон – подполковник Альтобелли, но он предпочел вернуться обратно. Наверное, в уверенности, что его познания окажутся ненужными. Да оно так и есть – проводника и специалиста по пустыне, его никто не вводил в курс дела.

Что ж, капитан фон Акстхельм попал в переплет. Полковник сделал еще глоток и покачал головой.

Жаль бравого парашютиста, а ничего не поделаешь. Даже если он ничего не знает, из него будут тянуть показания, и это бывает очень больно. Наверху хотят знать, что за экспедиция, зачем экспедиция, ведь археологических экспедиций «просто так» в военное время не бывает.

В дверь скромно постучали, и вошел капитан Пэкстон, очкастый трудяга с зализанными на плешь светлыми волосами. Такие обычно не теряют время на выпивку и развлечения, предпочитая написать очередную служебную записку, но Пэкстон как раз являлся исключением. Макгрудер без лишних слов протянул ему бутылочку, и Пэкстон с готовностью к ней приложийся.

– Мэн, – сказал он, возвращая напиток.

– Не угадал, Эрни, – улыбнулся полковник – Глазго.

– Не важно, все равно продирает до костей.. – Пэкстон опустился на стул, где еще несколько минут назад сидел немецкий капитан, и сообщил:

– Есть интересный документ, сэр.

– Ну-ну…

Пэкстон раскрыл папку со шнурочками и положил на стол перед полковником написанное от руки донесение Взглянув на дату, Макгрудер крякнул.

– И где это валялось до сих пор?

– Никто не придал значения, сэр. Я нашел совершенно случайно.

Писал некий лейтенант Стюарт Б. Боддхэм, командир самолета-разведчика «уэллсли». Боддхэм сообщал, что экипажем в составе его, а также сержантов Миллза и Хардисти в ходе планового разведывательного вылета был обнаружен покидающий Эш-Шувейреф небольшой итальянский отряд в составе трех грузовиков «фиат» и легкового автомобиля, направляющийся предположительно на юго-восток. Возвращаясь, самолет был обстрелян итальянским истребителем, получил незначительные повреждения и вернулся на базу… так, это уже неинтересно.

– Что думаете, Пэкстон? – официальным тоном спросил полковник.

– Думаю, что не каждый день итальянцы засылают свои отряды на юг пустыни. У них сейчас иные проблемы, сэр.

– Верно, верно… Три грузовика и легковушка. Итальянцы… – пробормотал Маюрудер. – Сплошное веселье, не так ли? М-да… Лучше бы я сидел в Лондоне.

– Очень похоже на наших приятелей, направлявшихся на раскопки.

– Очень похоже, согласен. Что мы можем проверить?

– Запросить резидентуру в Триполи, не более того, сэр.

– Ну так запросите. – Полковник с решительным видом спрятал бутылочку в шкаф. – Возможно, что-то всплывет. А этого немецкого капитана… Пока оставим здесь. Поработаем сами.

– Да, сэр, – сказал Пэкстон, аккуратно завязал шнурочки на папке и удалился.