Нареченные - Шелли Крейн

Некоторые из Уотсонов удивленно переглянулись, но большинство просто уставились на меня. То ли потому, что я Провидица, то ли по другой причине, но я решила, что нужно что-то делать. Осмотрелась и увидела до смерти перепуганных Джен и бабушку.

Сзади стояли еще Кайл и Линн. Я сообразила: Сайксу невдомек, что они запечатлелись. Он бы просто вышел из себя. Еще одно запечатление для нашей семьи и ни одного для его. А ведь он считал, что его семья больше всех заслужила это.

Линн посмотрела на меня и прикусила губу. Она растерянно оглядывалась и с беспокойством следила за тем, что происходило вокруг. А я видела, как со всех сторон меняется свет: то яркий, то приглушенный, то совсем исчезает по мере того, как я начинаю расходиться. И я не могла успокоить ее.

Я так разозлилась, что не нужно было много сил, чтобы проявились мои способности и, когда захлопнулась кухонная дверь, ударив одного из Уотсонов по спине так, что он упал на пол, я едва не улыбнулась. Я услышала испуганные мысли Джен, но не поняла, чего она так испугалась, пока… они не притащили Марию. Тот, кто тащил ее, в другой руке держал яркую вспышку. Он издевательски скорчил мне рожу, словно они уже положили нас на лопатки. Мне пришлось сдержать себя, чтобы не швырнуть в него чем-нибудь. Калеб, не поворачиваясь, взял меня за руку, и я почувствовала, что его трясет от ярости.

– У Виллани всегда есть что-нибудь про запас, – торжествующе выкрикнул Маркус и расхохотался, когда я метнула в него взгляд.

– Что ты хочешь? – обратился Питер к Сайксу, возвращая разговор в деловое русло.

– Я хочу, чтобы Мэгги пошла с нами, а вы не лезли в драку. Полагаю, это единственный способ разрешить конфликт. Так… что мне сделать, чтобы убедить тебя: я говорю совершенно серьезно? – Он похлопал пальцем по губам, как бы раздумывая, а я крикнула «нет», прежде чем он закончил фразу. – Может, убить Калеба? Тогда у него не будет причины домогаться ее.

– Возьми мою кровь, – умоляюще проговорила я. – Мне все равно. Только не трогай их!

– Ах, Мэгги, торопишься все решить без хлопот. Нет, моя дорогая. Боюсь, так дело не пойдет. Мне нужен постоянный приток крови, пока мой эксперимент не принесет плоды.

У меня больше не было сил сдерживаться, и вокруг нас по всей комнате взвились синие ленты, такие яркие, каких еще не было. Уотсоны забеспокоились. Они со страхом и изумлением глазели по сторонам, но Сайкс оставался спокойным, как скала.

– Сайкс, – прорычал Питер, – ты же знаешь, что ничего не выйдет!

– Выйдет. Или она умрет, пока я испытываю.

– Черта с два, – рявкнул Калеб и еще плотнее прикрыл меня собой.

– О, приятно видеть новобрачных. Такие милые щенки. – Тут он посмотрел на наши запястья, и его злобная ухмылка стала еще отвратительнее. – Какие же вы щенки! Уже, я вижу, сумел взаимообладаться с ней. Ну как, парень, понравилось?

Уотсоны загоготали и принялись ерничать, а Калеб крепче обнял меня.

Я почувствовала, что краснею. Даже несмотря на обстоятельства, Джейкобсоны старались рассмотреть наши запястья и улыбались, обнаружив тату. Я прижала руку к груди, словно защищая татуировку. Моя матушка и Сайкс, одна со своей судьбой и второй со своей злобой, пытались разрушить наше счастье.

– Даже Мэгги, человеческое существо, получила семейное тату. Хм, – хмыкнул Сайкс.

Это его явно не вдохновило, но Питер и вся семья воодушевились.

Рядом с нами захныкала Мария, и я увидела, как какой-то человек направляет ей в лицо и тут же убирает луч из своей ладони. Делал он это только левой рукой и, кроме как держать луч, не мог ничего. Я вспомнила, как Кайл и Марла говорили о том, что у Уотсонов нет полных способностей. Все, я была сыта по горло. Появилось странное чувство, что-то вроде «настоятельной потребности», подсказавшее, что делать.

– Калеб, мы сможем это сделать.

– Что?

– Сможем разделаться с ними. Я знаю.

– Мэгги, я вижу твои мысли, но у меня нет способности. Это была случайность.

– Никакая не случайность. Поверь. Пожалуйста, пожалуйста, поверь мне. Я это чувствую.

– Ладно… Верю. Скажи, что я должен делать.

– Просто прочувствуй это. Я беру на себя огнеметчика, а ты просто поддержи меня.

Прежде чем они успели понять, что мы задумали, я схватила вазу, стоявшую рядом с Марией и этим типом, и щелчком пальцев кинула в него. Она ударила парня в грудь, облила водой и загасила огненный луч. Он задергал пальцами, стараясь восстановить его, но рука была слишком мокрой. Я щелкнула пальцами, чтобы осторожно подвинуть Марию поближе к Джен, которая без труда подхватила девочку, а другой рукой я отшвырнула нападавшего к стеклянной горке. На него посыпались фарфоровые тарелки, чашки, соусницы, и я почувствовала вину за то, что устроила такой погром в доме родителей Кайла.

Это послужило сигналом к развертыванию полномасштабных военных действий. Уотсоны толпой двинулись на нас, а Питер громко приказал всем нашим, не имеющим способностей, держаться в стороне. Он шагнул вперед и с легкостью и быстротой, какие не даны людям, нанес одному из особенно рьяных Уотсонов мощный апперкот в нос.

– Нет! – заорал Сайкс, понимая, что его план рушится. Я увидела, как Рэйчел подняла руку, и ножи с вилками со стола полетели в двух нападавших. Сначала нож, потом вилка, сначала одна рука, потом вторая, по очереди. Несколько тяжелых металлических предметов попали в Уотсонов, и они с дикими стонами попадали на колени. Я отвернулась, чтобы не видеть, как один из них, взвыв от боли, вытаскивает из раны нож для масла.

Сайкс взревел и кинулся на меня.

Калеб без особых усилий остановил его, подняв руку и удерживая в воздухе одним только усилием мысли. Его лицо казалось пугающим. Калеб находился в своей стихии, все получалось, он отлично владел рукой. Питер был в восторге и смотрел на сына с законной отцовской гордостью. Он решил, что у Калеба прорезались способности, хотя и не представлял, что на самом деле с ним происходит.

Затем попытку остановить моего нареченного предпринял еще один Уотсон. Тогда Калеб левой рукой вызвал виноградную лозу из дворика. Она ворвалась в окно, обсыпав Калеба и Сайкса водопадом осколков, а потом обвилась вокруг шеи и торса этого человека, с силой пригвоздив его к стенке. Дядя Калеба, обладавший способностью совершать такие действия, ошарашенно посмотрел на Питера, а затем проделал почти то же самое с другим Уотсоном.

Калеб продолжал удерживать Сайкса подвешенным в воздухе, а я остановила еще одного, щелчком надвинув на него диван, пригвоздивший нахала к стене. Оставшиеся Уотсоны смотрели на происходящее и переступали с ноги на ногу, ничего не понимая.

Я ответила на их мысленные вопросы:

– Советую вам бежать.

Один тут же унес ноги. Маркус выскочил прямо в переднюю дверь, показав себя трусом, каким и был по своей натуре, но парочка Уотсонов все еще стояла в нерешительности.