Мышиный король - Алла Герц

– Ну, точно как в кино, – поддакнул Сычев.

– Но не в нашем случае, – будто и не слыша его, заявил Данилин. – В таких делах всегда есть сексуальный подтекст. Если бы убийца насиловал жертвы перед смертью, то да, был бы вариант Голливуда или книжных детективов. Но у нас этого нет. По крайней мере, в явном виде.

– Он душит их, и разрезы на одежде, – быстро напомнил Сергей Степанович.

– Душит каким-то шнуром, – уточнил Андрей. – Нет личного контакта. Мы имеем дело с тем, кто сознательно находит и убивает подделки.

– Также классика, – закивал Сычев. – Он не может из-за своих душевных травм убить оригинал. Или та уже сама померла, если речь идет, к примеру, о матери. Потому убивает подделки.

– Не в этот раз, – возразил ему напарник. – Он сам находится рядом с оригиналом. Она жива и здорова. Потому он просто находит и убивает тех, кто на нее похож.

– Обоснуй! – велел полковник.

– Лишь внешнее сходство, – коротко пояснил Данилин. – Слишком поверхностный подход. Обычно у психопата более глубинные мотивы. Он всегда наказывает за грех. Возможно, даже выдуманный. Ему мало только внешнего сходства. Нужен еще контакт с жертвой, чтобы убедиться в том, что она так же греховна, как оригинал. Здесь контакта нет. Нет вообще никакого иного сходства, а они важны для психопатов. Разный образ жизни жертв, семейное и социальное положение. Опять же, мы проверяли. Нет никаких новых знакомств в пределах двух-трех недель перед смертью. Нет пересечений по местам, где они бывали. Только внешность. А этого для классической схемы мало. Даже с этим не так все и гладко.

– Но они же на одно лицо! – возмутился Сычев.

– Валера, ты же сам видел, – напомнил ему напарник. – У двоих волосы крашеные. Цвет глаз на самом деле у всех разный. От зеленого до голубого. У одной вообще оказались цветные контактные линзы. Нет четкого сходства. Оно тоже поверхностно.

– Ну, вообще что-то в твоей теории такое есть. – Сергей Степанович выглядел почти довольным. – Получается, что где-то существует оригинал, как ты это называешь. Девушка с такой же внешностью. Она для преступника важна. И он почему-то убивает тех, кто имеет с ней внешнее сходство. То есть он не мстит оригиналу, не мечтает убить ее.

– Похоже, – заметил Сычев. – Она, та, настоящая, для него идеал в самом прямом смысле слова? Он ее боготворит и убирает копии? Считая их недостойными?

– Что-то вроде того, – согласился Данилин. – И если мы отыщем оригинал, то сможем в ее окружении найти и преступника.

– Хорошо! – Полковник даже улыбнулся. – Но как мы ее найдем?

– Так же, как он находит копии, – все в той же раздражающе спокойной манере ответил Андрей. – Двадцать первый век на дворе. Не надо больше бегать по улицам и выискивать девушек. Есть интернет. Вы не задумывались, почему на поиск новой жертвы у него уходит от недели до десяти дней? Кстати, то, что периоды между убийствами не равны и тем более не сокращаются, это тоже деталь, не свойственная классическим серийным убийствам. Нет ритуала.

– Вырезанного сердца тебе для ритуальности мало? – осведомился начальник. – Хотя да, факт, что никогда не знаешь, когда ждать следующего убийства. Так и что с интернетом?

– А что? – Сычев тоже позволил себе улыбнуться. – Социальных сетей куча. Там кого угодно найти можно. Да и… последняя жертва, например, давала пару раз интервью в прессе. Ее фото были на сайтах. А уж та, которая модель… ее снимки найти нетрудно. В целом дня за три можно отыскать в Сети похожую девушку.

– И еще несколько дней на выслеживание жертвы, – закончил за него напарник. – Их всех убивали на пути от работы к дому. Значит, убийца знал их маршруты и подбирал места для нападений заранее. Так в целом как раз и выходит от недели до десяти дней.

– Ну вот! – Сергей Степанович откинулся в кресле. – Можете же, когда захотите. Вот и план действий есть. Компьютеры на столах стоят? Так и вперед, в интернет! Ищите этот ваш оригинал. Или хотя бы следующую возможную жертву. Можно же взять убийцу и так.

И тут на его лице появилось некое злорадное выражение.

– Ага! – заявил полковник. – А как вы, спецы по серийникам доморощенные, этот оригинал вычислите?

– Разрезы на одежде, – в своей обычной короткой манере ответил Данилин. – Он оставляет их не просто так. У той девушки, которая является оригиналом, на левом бедре что-то есть. Татуировка, например. Преступник на каждом трупе оставляет это место открытым, как подтверждение того, что отметки на бедре нет. А значит, это подделка.

– Ничего себе! – восхитился их начальник. – А вот это уже сильно. Татуировка. А ведь можно еще по салонам поискать. Среди клиенток.

– А еще… – Сычев тоже задумался. – Если не татуировка, то может быть родимое пятно. Такие вещи… Это как-то в медицине называется. Вроде как-то с раком связано. Можно еще в диспансере проверить.

– Проверить надо все, – непререкаемо заявил Сергей Степанович.

– Хорошо. – Сычев с надеждой глянул на выход из начальственного кабинета. – Разрешите исполнять?

– Вперед, – напутствовал их полковник. – Только и остальные дела не забрасывать. Раскрываемость все равно поднимать надо. А не просто в интернете на баб смотреть.

Глава третья

Следующие четыре дня, до назначенного приема у психотерапевта, все шло относительно спокойно. Кошмар приснился Софье за это время всего один раз. Все тот же, без новых деталей и ужасов. Галлюцинаций не было. Правда, несколько раз на улице девушка снова начинала чувствовать тот самый ненавидящий и голодный взгляд в спину.

Теперь она была умнее, больше не пыталась резко обернуться и найти того, кто излучает опасность. Софья в эти моменты старалась скорее скрыться, покинуть улицу, не оставаться одна. Это вообще стало правилом за эти дни, всегда быть при народе. Совещания в офисе, друзья дома, кто-то обязательно сопровождал ее в поездках. Так спокойнее.

Еще в эти дни ей часто мерещились крысы. Софье начало казаться, что эти зверьки населяют весь город. Она улавливала их присутствие краем глаза и возле ее дома, и в том же бизнес-центре. Иногда даже просто в подворотнях на улице. Но ни разу она не встречалась с крысой взглядом, как той ночью в своей гостиной или тем утром у лифта. Что уже