Квест - Игорь Юдин

— Да, пока тоже мало хорошего! — Заметил тот кисло.

— По Китаю мы вообще в полной заднице, других слов просто нет. Там жёсткая дисциплина как в концлагере и тотальный контроль спецслужб. В силу чего создать «пятую колонну» в этой стране практически не представляется возможным. В России, слава богу, дело обстоит значительно лучше. Кроме того, что там уже задействовано более трёх десятков различных боевых групп, в оппозицию к правительству уже перешло не менее половины населения. А количество завербованных нами агентов уже перевалило за пять тысяч. Включая военных, политиков, предпринимателей и чиновников.

Посмотрев на внимательно внимающих его словам собравшихся здесь соратников, он с ноткой торжества в голосе добавил:

— В ближайшее время, господа, примерно месяца через три, мы собираемся перейти к следующей фазе операции. Доведение проекта «Валькирия» практически находится на завершающей стадии. В случае его задействования эта страна будет ввергнута в полный хаос.

— Вы тут такого наплели, Слем, что хоть прямо сейчас можно идти и брать русских голыми руками! — Заметил с сарказмом Генрих.

— Я в предыдущей кампании «Квеста» тоже слышал нечто подобное от нашего замечательного фюрера. А что вышло⁈ — Он горько усмехнулся.

— Тогда я руководил операционным отделом в Генштабе Вермахта и скажу вам, этот народ в случае общей беды и опасности всегда консолидируется и забывает все прошлые обиды на власть. Мы тогда тоже думали, что поставим эту страну на колени, но вышло всё наоборот. Это они вошли и взяли Берлин, а не мы Москву, вот так-то. А ведь тогда мы тоже рассчитывали на пресловутую «пятую колонну» из недовольных!

— Чёрт бы тебя побрал, придурок чёртов!' — Подумал про себя Слем и ехидно поинтересовался:

— Какого же дьявола ты тогда на нашей стороне, а не у этих русских, если они тебе так нравятся⁈

— Во-первых, они мне совсем не нравятся!' — Поморщился Генрих.

— Во-вторых, на их стороне, мой дорогой Слем, небезызвестный тебе Аск, поэтому я и здесь. Может, на этот раз приколочу его к кресту. В прошлый этот гадёныш ускользнул у меня прямо из-под носа!

— Откуда тебе это известно⁈' — Удивлённо воскликнул Арчер.

— Кое-кто по старой дружбе шепнул в правлении «Стикса», — Самодовольно пояснил тот.

— И где же он сейчас обитает и, главное, в виде кого⁈' — Поинтересовался верховный магистр, у которого тоже было немало камней за пазухой в отношении него.

— А мне-то почём знать⁈ — Развёл руками Генрих.

— Мои люди уже давно его ищут, но пока без толку!

— Ну и чёрт с ним! — махнул рукой Арчер.

— Сам, рано или поздно где-нибудь нарисуется, вот тогда мы и доберёмся до него…

— Или он до нас! — ехидно заметила Моргана, любуясь маникюром на своих руках. Данная дива для всех занималась непонятно чем в ордене, имея скромный необременительный статус оперативного сотрудника. Но ни у кого не возникало даже сомнений в том, что за всеми тёмными делишками в нём стояла именно её персона. Поэтому связываться с этой дамой никому даже в голову не приходило. Во всяком случае, отчитывалась она только перед Арчером, а ко всему прочему ещё и являлась любимой дочуркой и единственной наследницей у одного из самых богатейших людей в мире.

Искоса бросив взгляд на неё, Арчер поморщился, как от зубной боли, и с сарказмом заметил:

— А я смотрю, ты к нему до сих пор неравнодушна⁈

— С чего это ты взял! — вскинулась Моргана. Когда-то, давным-давно, лет сто, а может и больше назад, точно она уже и не помнила, именно с этим мерзавцем она провела вместе почти два десятка лет своей жизни. Не самых, кстати, плохих лет, пока он её не бросил. Точнее, не променял на эту тварь — Милу, и Ачер это знал. Знал, потому что она, дура, сама это ему рассказала, когда начала с ним встречаться. Променять её на какого-то робота — это был верх оскорбления, у неё самой был десяток подобных игрушек, так сказать, для забавы. Но чтобы она влюбилась в кого-то из них — это был нонсенс. А эта сволочь, Аск, так и заявил — мол, он уходит, потому что влюбился в другую… Когда она узнала, кто оказался этой другой, её чуть удар не хватил. Но это были ещё цветочки для этой искусственной гадины, может, в насмешку, а может, по какой-то другой причине — он выбрал не чей-то облик, а её собственный — Морганы… Передёрнув плечами, как от удара током. Она со злостью прошипела:

— Мы что, здесь собрались — этого урода обсуждать или ещё для чего-то⁈

— Ладно, ладно, успокойся, давайте лучше послушаем Амира Арчера, посмотрел на расположившегося в самом конце стола человека, одетого как арабский шейх.

— Ну что там у тебя по Ближнему Востоку⁈

Посмотрев на собравшихся, тот усмехнулся и непринужденно заметил:

— А что у меня, слава Всевышнему, всё в порядке. Скоро выпустим джина из бутылки в этот погрязший в пороках мир. — Пробормотав по этому случаю короткую молитву, он провёл руками по лицу и добавил:

— Во имя Аллаха милостивого и милосердного, наш новый пророк уже обратил на путь истинный миллионы истинных мусульман. Уже сейчас мы можем начать новый джихад против неверных…

Фыркнув, Моргана с сарказмом произнесла:

— Ты лучше сразу скажи, сколько ещё денег тебе надобно на твой так называемый джихад. Насколько мне помнится, ты тут уже расписывал подобные дифирамбы года полтора назад, когда обещал прибрать к рукам Сирию и Иран с Ираком и разжечь новый мировой пожар. А что получилось⁈ — Она усмехнулась и ехидно добавила:

— Да ничего! Вам там быстренько пообрезали загребущие ручонки и практически вышвырнули отовсюду. Как бы и с новым твоим крестовым походом та же история не получилась⁈

Среди собравшихся в помещении послышался смех.

— Как ты смеешь, нечестивая, сомневаться в делах Всевышнего! — Взвизгнул в бешенстве Амир.

— Да я тебе, гадюка, сейчас глотку за эти слова перережу! — Вскочив как ошпаренный со своего места, он в гневе вытащил откуда-то огромный тесак и, изрыгая проклятия в адрес всех ведьм на свете, направился к ней. Правда, успел сделать только пару шагов, прозвучал выстрел, и