Я Гордый 4 - Тимур Машуков

Под завистливыми взглядами ее подруг я стрельнул у той телефончик, для приличия дождался, когда к нам подъедет машина с сестрами и только после зашагал ко входу во дворец, намереваясь посетить трапезную, душ и покои Верочки на проверку сердечных травм.

— Горжусь тобой, сын, — обнял меня отец, пока мамы охали над девчонками.

— А я вот собой нет. Как бы мне пообщаться с теми, кого я задержал? Ну, и с Ушаковым еще. И под конец с тем, кто отвечал за нашу охрану.

— Есть мысли? — нахмурился он.

— Пока, кроме как поесть и помыться, нет. Но после этого, уверен, они появятся.

— Кстати, ты где вообще был? -вспомнил он причину нашего приезда.

— Ох, даже не спрашивай, все равно не поверишь, — последние слова я уже промычал, потому как меня обняла мама. А она у нас дама решительная и очень сильная. Хорошо, успел воздуха набрать, иначе бы точно задохнулся. Ну вот, она плачет. Крепко обнял ее в ответ, чувствуя, как ее плечи трясутся.

— Ну мам, — чуть отстранился я и, достав из кармана чудом уцелевший платок, принялся вытирать ее слезы. — Я жив-здоров, чего ты расстраиваешься?

— Это я от радости, — по-детски шмыгнула она носом и опять уткнулась мне в грудь. — Иди переодевайся. Жду тебя через полчаса. Стол как раз накроют.

— Да, мам, — поцеловал я ее в щеку.

— Братик!!! — с ревом воткнулась в меня Катя. — Ты где был, гад такой⁈ Ночей не спала, глаз не сомкнула, за тебя переживая! И стоило тебе вернуться, как тебя чуть не убили!.. Больше из дворца шагу не сделаешь! Я слишком молода, чтобы оставаться вдовой.

— Катя, отпусти брата. Ему надо привести себя в порядок.

— Вот я и прослежу за ним. А то опять во что-нибудь вляпается! — топнула она ногой.

— Кать, может, лучше поможешь Любе и Лизе? Посмотри, как им плохо, -попытался я переключить её внимание с себя.

— Им и так есть, кому помогать. Вон, Верочка уже над ними хлопочет. Сейчас лечить будет. А ты один. Нет уж, я с тобой пойду.

— Всем пока, скоро увидимся, — помахал я остальным рукой, стремительно утаскиваемый сестрой в сторону своей комнаты.

— Раздевайся, — замерла она напротив меня.

— С чего вдруг? — опешил я от ее напора.

— У тебя кровь на лице, на руках синяки, и кто знает, где еще раны есть. Буду тебя лечить.

— Ты оратай, как ты меня вылечишь?

— Снимай все! — взвизгнула она, и я понял, что мелкая на грани истерики. А с ней в такие моменты лучше не спорить.

— Ладно, чего так орать. Не глухой вроде.

Одежда или ее подобие полетела на пол и была брезгливо отброшена ногой сестры, что принялась стремительно наворачивать вокруг меня круги, пытаясь найти скрытые или явные раны. При этом она слегка давила в подозрительные, с ее точки зрения, места, пытаясь найти ушибы.

— Ну вот, видишь. Со мной все хорошо, — погладил я ее по голове. — Спасибо, что волновалась, я ценю.

— Ты не представляешь, как, — всхлипнув, обняла она меня. — Мы думали, тебя похитили или, того хуже, убили.

— Похитили, но не убили, — кивнул я. — Все сложно и необычно. За столом расскажу. А теперь, с твоего разрешения, я все же приму душ, потому как даже тебе неприятно со мной обниматься.

— Дурак! — стукнула она по мне кулачком. — Мне с тобой любым приятно обниматься. Но пахнешь ты отнюдь не розами. Так что дуй в душ, я тебя тут подожду.

— Да чего ты будешь тут сидеть? — начал я, но наткнувшись на ее взгляд, только кивнул и скрылся в ванной.

С ней сейчас спорить попросту бесполезно, потому как она упертая, как и все остальные, а то и гораздо больше. Если уж вбила себе чего в голову, то не отстанет.

И все же хорошо то, что хорошо кончается. И сестер спас, и новые силы проверил. Не обманул Лихобор — я реально стал намного сильней, и даже легкие удары способны очень удивить противника. Правда, источник я так и не чувствую, как и эфира, но зато четко знаю свои границы и сколько по времени я могу магичить. Может, это оно и есть? Ладно, озадачу мам — пусть думают.

А сейчас — где там моя мочалка и мыло? Пора приводить себя в товарный вид и надеяться, что мне сегодня что-нибудь обломится, потому как недельное воздержание точно не идет мне на пользу…

Глава 4

Глава 4

На все про все у меня ушло минут двадцать. После душа я быстро переоделся в домашнее, подхватил Катю, которая напрочь забыла о понятии личного пространства, и пошел вниз. Еще так глазками сверкала, мелкая извращенка!

За столом собралась вся семья, кроме Лизы и Любы, которых Верочка пока не отпустила из местного лазарета. Видимо, стресс пережитого сказался на них сильней, чем казалось. Ну да, это я привык, что меня похищают по разу в неделю, а у них это в первый раз. Хочешь — не хочешь, впадешь в ступор.

Некоторое время мы молча жевали, хотя я, если честно, временно забыл о приличиях и тупо набивал живот, давно поняв — чем больше ем, тем быстрей восстанавливается магическая сила. Ну и физическая тоже, потому как потолстеть я не боялся — калории сжигались только в путь. Один мой забег по пересеченной местности чего стоил.

Так что я насыщался впрок под неодобрительным взглядом отца, который не любил, когда нарушается этикет. Ну да, невместно принцу империи запихиваться едой как в последний раз. Вот только мой каждый раз мог стать последним. Вот я и запихивался.

Но все хорошее когда-нибудь кончается, вот и наш обед подошел к концу. И мы всей дружной и неорганизованной семьей последовали к нему в кабинет, дабы предаться там размышлениям, послушать интересные истории и подумать, кого казнить, а кого миловать. На возмущенные вопли Кати, что она уже взрослая и право имеет, никто не обратил внимания и в святая святых