Кодекс Костей 3 - Артём Потапов

— Ну а как иначе — сопрут такие как ты, предатели Смерти. — если бы лич мог плеваться, он обязательно бы это сделал.

— Ну, ну, ну. Какие пафосные слова. Мы все равны перед Ней. Просто тебе сегодня не повезло. А теперь, довольно болтовни. Вадим, подай инструмент. — я требовательно протянул руку.

Проскурин на миг задумался, но всё же протянул мне гибрид кинжала и монтировки. С его помощью я вскрыл грудную клетку отчаянно сопротивляющегося мертвеца и извлёк пяток филактерий. Оставалась одна.

— Ну что, ещё не смирился со своей участью? — отечески спросил я лича, погладив по гладкому черепу.

— Чтоб ты сдох без перерождения. — напутствовал меня мёртвый маг, перед тем как я сделал ему трепанацию. После извлечения последнего камня, остатки нежизни покинули старые кости. Развеялись и его заклятья — несметная орда скелетов в один миг осыпалась грудами костей. Даже жаль их тут бросать, но всех увы не заберёшь. Тут бы своих успеть вывести.

С последним особых проблем не возникло. Разломы обычно стремятся избавиться от вторженцев до того как выходной порта схлопнется. Потери войска в Лужском котле были из-за того, что нежить я поднял уже внутри.

В любом случае, у меня были камни для формирования первого ядра накопителя. Всего в зиккурат их можно напихать до пяти штук. Поэтому я поспешил обратно в Жабино. Там, спустившись в подземелья, я приступил к зачарованию. Башенку уже успели построить. Пока без особых изысков — просто каменный столб двухметровой высоты. Это потом можно будет доделать всякой стилистики в виде рун, черепов и костей. Пока что всё максимально утилитарно. Пять филактерий я сложил звездой и затянул древнее, как я сам, заклинание. Камни засветились зловещим красным свечением и начали сливаться в единую друзу. Заодно и поменялась их форма. С картофельной, она сменилась на строгие многогранники.

Получившееся я торжественно водрузил на вершину башенки и отошёл на пару шагов.

— И всё? А как же спецэффекты? — разочарованно спросила Катя, наблюдавшая за процессом вместе с Митрофаном. Енот отстал от нас ещё в лагере. Полагаю, рванул к своей Флавии. Ничуть его не осуждаю, но всё же.

— Эм. А на что ты рассчитывала? — спросил я.

— Ну не знаю. Чтобы это было зрелищнее что-ли. А тут, посветилось, спаялось и положил как на полочку. Скучно.

— Ну извини, сделал как умею. — развёл руками я.

— Смотрите, смотрите! — отвлёк нас Морозов.

Над друзой начала вращаться салатовая световая воронка, узкий край которой уходил прямо в кристалл.

— Вот тебе и спецэффекты. — улыбнулся я.

Тут у всех нас пискнули телефоны, оповещая о новом сообщении. Прочитав его, нам резко стало не до веселья.

Глава 4

— Всё таки началась. — дружно вздохнули мы с Катей.

— Что началось? — спросил не имевший с собой аппарата для связи Митрофан.

— Война, ученик. Большая война. Поляки осадили Брест.

— Поляки? Неужели шляхтичи забыли все договорённости? — искренне удивился бывший гренадёр.

— Видимо им пообещали что-то более существенное, чем наш Император.

— Ну и сами себе дураки. Наша армия сомнёт их за два дня!

— Пока наша армия соберётся, они до Минска дойдут. — поморщилась Рахманова.

— Вот именно. Ну что, ученик, готов применить свои знания на поле боя?

— Аркаш, ты только не говори, что собрался на фронт… — с тревогой в голосе сказала Екатерина.

— А где мне ещё быть? Шуйский мёртв, страна в опасности. надо ехать, милая.

— Мне страшно. Вдруг ты там погибнешь?

— Так. Я не понял, в разломы ходить с демонами воевать, это было нормально, а каких-то там лягушатников мокрой тряпкой погонять, это опасно?

— И разломы опасны! Просто… Мы же… — замялась девушка.

— Я тебя понял. Не переживай. Я вернусь с победой. Иначе и быть не может. Тем более, не прямо сейчас же выступать.

— Хорошо. — на побледневшем лице ведьмы появилась робкая улыбка.

— Да что вы в самом деле. Наставник он такой, что саму Смерть победит, если надо будет.

— Не победит. Её невозможно победить. — покачал головой я.

— Как так?

— Вот так. Можно просто не умирать. — ухмыльнулся я под недоверчивые взгляды соратников.

Следующие несколько дней слились в одну непрекращающуюся полосу. Производство женской гигиены наконец запустилось, поэтому я договаривался с оптовыми покупателями. Что толку производить товар, если его никто не покупает. Пару раз пришлось срочно возвращаться в поместье — Гоша продолжал окукливаться. Казалось, с каждым днём он становится всё больше и больше. Особенно заметно это стало, когда зиккурат вышел на полную мощность и я перенаправил поступающий поток на драко-лича. С постоянной подпиткой, тот уже вымахал больше алабая, хотя изначально был меньше кошки, и продолжал расти. Я уже всерьёз начал задумываться как бы не пришлось разбирать часть крепости. Если ящерица вымахает до размеров взрослой особи, то он попросту не сможет отсюда выйти.

К счастью, рост прекратился, когда Гоша дорос до краёв своего купола. На пятый день дракон наконец вылупился. Снова. Ящерица выросла до размеров пони и пусть с трудом, но смогла выбраться из своего убежища. Это я узнал уже по факту, когда сидел в своём кабинете, ура, ура, он уменя наконец-то появился, и разбирал бумаги. Драко-лич взобрался по стене и сунул любопытную морду в открытое, по случаю хорошей погоды окно.

— Па па. — заявило это чудо, разявив пасть.

— И я рад тебя видеть. Полетать хочешь?

Разумеется дракон захотел полетать. Только первые попытки полететь самостоятельно у него вышли весьма… посредственными. Он разгонялся, подпрыгивал, делал пару взмахов крыльями, но потом тонкая плёнка заклинания, натягивавшегося вместо перепонки на кости крыльев исчезала и ящер падал. Понаблюдав за мучениями питомца, я решил немного ему помочь. А именно — прицепил к нему реактивный некродвигатель. Жить захочет — полетит, рассудил я, осмотрев готовую конструкцию. Дело в том, что посадочных механизмов у меня предусмотрено не было — двигатель был одноразовым и предназначался только для разгона. Дальнейший полёт и посадка были исключительно заботой самого Гоши.

— Ну что, естествоиспытатель, готов? — спросил я и, дождавшись отмашки, инициировал запуск. Гошан стартовал с направляющих — нехватало ещё, чтобы он убился об стену, не справившись с рулёжкой.