Две стороны Александрины - Наташа Эвс

— Привет, — я махнула рукой, — как мне найти учителя Тоши Кимура?

Парень посмотрел на меня сверху и замер.

— Учителя?

Я кивнула:

— Ты знаешь его? Он ведь еще работает?

— Да… — мой собеседник словно онемел.

— Ну, и? — улыбнулась я. — Извини, не знаю твоего имени.

Незнакомец спустился, обтер ладони о штаны и сухо представился:

— Константин.

— Александрина. Покажешь, куда идти?

— Конечно. — Парень сложил стремянку и взял ее подмышку. — Пойдем, мне тоже туда.

Мы прошли в новый корпус клуба и остановились перед входом в спортивный зал со стеклянными дверями.

— Сейчас занятие закончится, — пояснил Константин, опускаясь на коридорную скамейку.

Я подошла к двери и заглянула поверх стекла внутрь, шел урок медитации, мы тоже такое проходили. А вот и мой учитель, он практически не изменился, такой же коренастый и поджарый, только потерял волос сверху. Зато на затылке неизменная тонкая косичка.

Когда занятия завершились, я вошла в зал и направилась к учителю. Мужчина развернулся на стук двери и, увидев меня, застыл в странном замешательстве. Но через мгновение, словно спохватившись, раскинул руки и пошел навстречу с улыбкой:

— Александрина!

— Здравствуйте, учитель!

Мы крепко обнялись.

— Какая ты стала! — Мужчина оглядел меня, качая головой. — Рад видеть. Как ты?

Я почему-то вспомнила старые снимки на чердаке и завела разговор о них, вместо того, с чем пришла.

— Учитель, вы знали мою маму? — в лоб спросила я. — Скажите, что вас связывало?

Тренер выглядел растерянным. Никогда раньше я не видела его таким, всегда только собранным, строгим и знающим.

— У нас были общие знакомые, — как-то неуверенно ответил он.

Тоши Кимура был не из тех людей, которых можно взять врасплох. Руководитель клуба'Возрождение' имел черные пояса, владел техникой бесконтактного боя, умело медитировал с выходом в астрал и многое другое. Но мои вопросы нервировали его, я это заметила. Тренер ничего внятного мне не объяснил, только твердил про общих знакомых. В конце концов он перевел разговор в сторону, расспрашивая, как мои дела и как поживают ребята, с которыми мы посещали клуб.

Наш вяло текущий разговор нарушил Константин, который начал раскладывать лестницу у дальней стены зала.

— А это мой преемник, — с гордостью отметил Тоши, указывая на него. — Я таких людей редко встречаю. Он как продолжение меня.

Я перевела взгляд на «гордость» учителя. Этот парень в синем рабочем комбинезоне, меняющий лампочки на территории клуба, больше походил на хозработника.

Телефонный звонок увел учителя за стены зала, и я печально направилась к выходу, но перед дверью вдруг поскользнулась и упала, больно потянув лодыжку.

— Давай помогу, — предложил подоспевший Константин.

— Не нужно, — я отмахнулась и попыталась подняться, но не смогла из-за резкой боли в ноге.

Пришлось все же принять помощь, но только до лавочки в коридоре, дальше я надеялась добираться сама, и мой помощник вернулся в зал к своей работе.

Попытки встать с каждой минутой сводились к нулю, потому что нога превратилась в синюшный отек. Разозлившись на свою неуклюжесть, я позвонила Зое. Но сестра была завалена работой и предложила вызвать такси. Пока я сидела в раздумьях, передо мной появился Костя и с серьезным видом осмотрел мою ногу.

— Подожди меня, я переоденусь и помогу, — сказал он и исчез в конце коридора.

Через время я увидела своего помощника в черном спортивном костюме, с ключами от автомобиля на пальце. Константин взял меня на руки и молча направился к выходу, во дворе клуба усадил в машину, и мы поехали.

Я искоса поглядывала на странного парня, и, потирая ногу, размышляла над своим плачевным положением, как вдруг заметила, что мы едем по незнакомой дороге.

— Мне в другую сторону, вообще-то, — заметила я. — Поселок слева.

— Я знаю. — Костя бросил на меня взгляд. — Волнуешься? Сейчас заедем в больницу, а после домой.

— Зачем мне больница! Подумаешь, оступилась, отвези меня домой.

— Нет, — отрезал Константин. — Тебе нужна помощь. В травмпункте работает моя тетя, все оформим быстро, не переживай.

В медицинском центре меня осмотрели, сделали снимок, наложили тугую повязку, выписали рецепт и отпустили.

— Скажи, — спросила я на обратном пути, заметив поворот домой, — откуда ты знаешь, где я живу?

Костя долго молчал, глядя перед собой на черную полосу дороги. Пауза затянулась.

— Знаю, потому что мы знакомы, — наконец отозвался он. — Ты не помнишь меня?

Такой ответ удивил до глубины души. Я повернулась и начала разглядывать парня, которого, могла поклясться, видела впервые.

— Нет, не помню. Разве мы знакомы? Где и когда? Ты меня, наверное, с кем-то путаешь.

Костя вздохнул:

— Тебя ни с кем не спутаешь.

— Хм, загадка. Но я действительно тебя не помню.

— Предсказуемо. На таких, как я, ты не обращала внимания. Мы учились в одной школе, только я двумя годами старше. Ты видела меня много раз.

Я нахмурилась, пытаясь вернуться в прошлое, но кроме случая со спиритическим сеансом в памяти ничего не всплывало. Этот эпизод жизни я старательно обходила, поэтому только покачала головой:

— Прости, если это правда. Но в молодости люди не всегда идеальны.

— Это правда, Александрина. Хотя, впрочем, уже и не важно.

За окном показался мой переулок. Костя припарковался у самых ворот дома, затем вышел, снова взял меня на руки и донес до двери.

— Может, чай? Кофе? — предложила я.

— Спасибо, нет. Мне нужно ехать.

Мой помощник торопливо спустился с лестницы и направился к выходу, по дороге он прощально махнул рукой, не глядя в мою сторону.

— Спасибо тебе! — успела крикнуть я.

— Выздоравливай! — глухо раздалось уже за хлопнувшей калиткой.

Допрыгав до дивана в гостиной, чтобы удобно вытянуть ноющую ногу, я позвонила Розе, той женщине, которая много лет проработала у нас помощницей, и попросила ее прийти и приготовить обед, потому что сама была не в состоянии. Продукты дома были, и старенькая Роза волшебно сделала куриное жаркое и пирог с грибами.

Когда женщина ушла, я стала размышлять над словами Константина, что таких, как он, я раньше не замечала. Значит, он меня хорошо знал, раз дал такое оценочное мнение. Да, характер у меня не сахар, а в школьные годы я задирала нос, считая себя модной королевой. Не то чтобы я была шопоголиком, просто после исчезновения мамы, папа из чувства вины задаривал меня подарками, привозил с рейсов такие вещи, которых еще ни у кого не было. Модная техника и одежда появлялись у меня первой, к тому же все считали меня красавицей, хотя