Зомбер - Влад Лей

— Дорого! — буркнул я.

— Ну… — развел он руками, — как есть. Кстати, еще ведь магазины по десять банок за штуку, ну а БК… две банки десяток…

— Ох и цены у тебя…

— Я не заставляю, — ответил Кузьмич, и выжидающе уставился на меня, ожидая, какое решение приму.

Я же отметил один забавный факт: Кузьмич картавил — один раз точно проскочило, но при этом он умудрялся так построить речь, чтобы буквы «р» в ней либо вообще не было, либо проскакивала как можно реже.

Однако шутки шутками, а что-то надо решать…

Я прикинул, сколько у нас вообще было банок.

— А оружие принимаешь? — спросил я.

— Надо глядеть, что там за стволы…

А ведь точно, избегает буквы «р».

— Турецкий дробаш, ПМ-ы… — принялся перечислять я, а Кузьмич морщился.

— Возьму, конечно, — сказал он, — но много за них не дам. Хлам это, сам понимаешь…

— Ну да, — вздохнул я,— а патроны?

— Какие?

— 5.45…

— К «Ксюхе»? Не-е-е…

— Есть пистолетные, есть китайские.

— Китайские и бесплатно не надо, — рассмеялся Кузьмич, — а пистолетных у самих хватает. Ты такое добго, вон, тоггашам пгедложи. Может, чего и выйдет толковое стогговать…

— Ладно, — кивнул я, — давай мне «сто третий», два магазина, БК к ним. И…посмотрим, сколько банок останется — на них еще патронов доберу.

— Лады! — кивнул Кузьмич.

— К этому еще три таких же «калаша», и тоже по два магазина, — встрял доселе молчавший Тимур.

— Лады, — невозмутимо повторил Кузьмич, — тащите КЦ.

— Чего? — не понял Тимур.

— Банки тащите… — Кузьмич быстро отщелкал на калькуляторе кнопки и поднял глаза на меня. — Итого с тебя 25 за автомат, 20 за магазины, и… 12 банок за БК. Всего 57 банок. Так, а с тебя, — он повернулся к Тимуру, — получается 171 банка. Ну, 170, ладно. Скидка новым клиентам.

Не знаю как Тимур, а я был возмущен такими подсчетами.

— Э…погоди! Ты ж по 22 банки за «калаш» обещал!

— Это если от 10 штук купите, — напомнил мне Кузьмич, — а вы всего четыге взяли. Так что звиняй…

— Так мы остального напокупали…давай еще хоть скинь немного, а то несправедливо получается…

— Спгаведливо? — рассмеялся Кузьма. — Ты чего, забыл, в каком миге живешь? О какой спгаведливости вообще может идти гечь, если даже в слове «кагтавый» есть буква «Г»?

Он громко заржал, и даже его охранники, как мне показалось, усмехнулись этой шутке.

Но мне было не до смеха. Я точно знал, что двух с лишним сотен банок консервов у нас с собой нет. Нет, мне-то на мои покупки и моих, привезенных с собой запасов, хватит, а вот Тимуру…

Тимур тяжело вздохнул и махнул рукой.

— Ладно, хрен с тобой.

Опаньки! Получается, были банки! Догрузил, значит, Тимурка еще товара, и не сказал. Вот засранец. А-я-яй! А предупредить?

— Ну, тащите тогда, — предложил Кузьмич.

— Слушай, а еще… — Тимур явно не собирался уходить. Чем он еще там торговать собрался?

— Ну? — спросил Кузьмич.

— А овощи свежие как тебе? Тыква там, картоха? Зерно?

— Ну…интегесно.

— А мясо?

— Мяса пока и в магазинах полно…

— А живого мяса?

Вот тут я прямо-таки кожей почувствовал, как атмосфера в комнате накалилась. Охранники напряглись, я даже заметил, что у того, который стоял за Кузьмичом, палец медленно опустился на спусковой крючок автомата.

Взгляд же самого Кузьмича стал вдруг злым, колючим.

— Габы, что ли?

— Да какие еще рабы? — хмыкнул Тимур, абсолютно не заметивший случившихся изменений. — Куры, например…

Обстановка разрядилась столь же быстро, как и накалилась.

— Фу ты, блин! — Кузьмич тоже расслабился. — Так бы и сказал. А то «живое мясо»…

— Да чего? — не понял Тимур.

— У нас тут в «обменнике», да и вообще, «живым мясом» габов называют. И габотогговцев этих недоделанных мы не любим, мягко говогя…

— А я-то откуда это должен был знать? — спокойно пожал плечами Тимур.

М-да…надо будет ему пояснить, что он ляпнул, и чем это могло для нас закончиться. Я прямо-таки чувствовал, что нас обоих могли завалить секунду назад.

Видно, насолили работорговцы Кузьмичу и его ребятам. Интересно, чем? Хотя, оно мне надо?

А еще вот, новый и крайне неприятный факт про мир, в котором мне предстоит жить и выживать: имеются теперь здесь рабы и работорговцы…

— Так, ладно, — меж тем Кузьмич вернул разговор в прежнее русло, — сколько кугиц есть?

— Сейчас десять. Но можно и еще.

— А что помимо них имеется из живности?

— Бычки, коровы, овцы, козы, — принялся перечислять Тимур.

Вот ведь, блин, давай еще, расскажи, что у нас в селении никто стрелять не умеет, и оружия, считай, нет.

— Слушай, а вы что, колхоз какой-то обвоговали, или как? — заинтересовался Кузьмич.

— Да не…наше это.

— Хм…так вы фегмегы?

— Ну…

— Слушай, а с землей у вас умеют габотать? Механики есть? Ну, косилки эти, молотилки починить-настгоить?

— Есть, конечно…

— И много вас, на этой фегме?

Вот тут я уже не удержался, толкнул Тимура, чтобы заткнулся, и встрял в разговор сам.

— Достаточно.

— Да ты не пегеживай! — рассмеялся Кузьмич, явно поняв мою осторожность. — Я могу вам пгедложить пгисоединиться к нам.

— «К нам» Это к кому? — спросил я.

— Ну… мы — это бывшие и действующие военные, есть охотники и пгосто любители постгелять… Вот, собгались и объединились в одну общину.

— В городе?

— Нет. За гогодом. Пытаемся обустгоиться, но нам очень не хватает как газ таки людей, в сельском деле понимающих…

— Агрономов, механиков, трактористов, комбайнеров, — закончил я за него.

— Во-во-во…

Я перевел взгляд на Тимура, Кузьмич тоже уставился на него.

Тот молчал минуту, или даже больше, явно обдумывал предложение.

— Ну…пока переезжать к вам не хочу, — ответил он,— я вас не знаю, да и с людьми еще нашими надо поговорить. Мы сами только обустроились…

— Понимаю, конечно, но с