2048 - Мерси Шелли

Темнота за веками вспыхнула разноцветными узелками. Вот и знакомая треугольная прореха, стянутая желтой нитью. Дело мультиперсоналов, которое она смотрела в последний раз. С новым уровнем доступа Ткань еще сложнее: под первым слоем цветного ковра просматривается второй. В нем своя дыра, покрупнее, и по форме похожая на цветок. Желтой нитью заштопан только один из ее лепестков. Еще несколько лепестков накрывает большая синяя заплатка. Но не все — остался один маленький черный разрез.

Вэри задумалась. Получается, что клинику доктора Шриниваса закрыли вовсе не из-за связи с МБГ. Вся эта охота на психотеррористов — лишь Лицевая. Но чтобы расшифровать незнакомые элементы Ткани, надо залезть в «исподники». Марта частенько пытала ее такими «разборами выкроек». Ох, как это муторно! Перед глазами сразу завертится множество документов — люди, организации, графы связей…

Ладно, в другой раз. А сейчас попробуем вызвать кое-что поинтересней…

Большое мутное пятно.

Ну да. А чего, ты, собственно, ожидала? Что доступ метамодельера даст увидеть личную выкройку? Обломись: она по-прежнему недоступна. На себе не шьют.

Вэри открыла глаза. Сразу после цветного плетения Ткани обычный свет всегда чуть-чуть раздражает — слишком белый, слишком густой. Облака прямо-таки вливаются в зрачки. И Марта так резко машет руками, пересылая что-то невидимому собеседнику.

Она вновь опустила веки. Может, все-таки посмотреть, что означает второй слой в деле доктора Шриниваса? И попытаться понять, почему у нее до сих пор остаются сомнения в правильности своих действий. Сомнения, из-за которых…

Вэри на миг замерла, прислушалась к ощущениям. И тут же, поддавшись радости нового маленького открытия, изобразила один из древнейших прощальных жестов — помахала рукой, как крылом.

Ты пролетел, мой Ангел-хранитель. Ты не сможешь отследить эту мысль, потому что ее очень трудно выразить даже для себя самой. А уж действие, которое надо проделать, вообще не содержит в себе ничего особенного.

Нужно просто открыть глаза. И найти ими то, на что надо смотреть в таком состоянии. Но для начала — поглядеть на другие вещи, чтобы Третий Глаз запутался окончательно. Станцевать с ним вальсок.

Она сделала первый шаг. Поглядела на серое небо, похожее на испорченный йогурт.

Вечные сомнения. Ты считала это своим проклятьем. Догадка, возникшая после теста с хрустальным шариком, лишь укрепила тебя в этой мысли: от неуверенности лучше избавиться. Тогда можно избавиться и от странных «живых картинок». Но надо ли — вот в чем вопрос.

Еще шаг, поворот. Голубой минарет мечети. Череп Кали из розовых каменных тел.

…Марта именно это имела в виду, когда говорила про шило. Сомнение — инструмент, с которым ты управляешься лучше всего. Это шило сделало тебя одной из лучших в добреле. Ведь чтобы помочь клиенту построить правильное будущее, нужно сначала разрушить то вымышленное будущее, которое ему мешает.

Снова шаг, шаг, поворот. Золотой многогранник, купол русского «пчельника».

…Но Артель не дает тебе применять инструмент сомнения к самой себе. Неуверенность штопают позитивными установками, свою персональную выкройку смотреть запрещают. На себе не шьют даже Золушки, стоящие над модельерами. Но кто же тогда шьет за них? Кто ведет твоего Ангела, притаившегося на затылке?

Шаг-шаг-поворот. Ручейки дождевой воды смывают пятно серебристого инея со стены дацана.

Как же ты раньше не догадалась! «Живые картинки» приходят не просто от неуверенности. Они возникают, когда ты сомневаешься в том варианте будущего, что придуман Артелью. И сейчас — то самое состояние. Осталось только увидеть…

Иероглифы трещин, проступающие из-под серебристой плесени.

Едва ли искины способны расшифровать этот странный язык. Язык, который понятен только тебе. Узор, приковавший взгляд, боль в висках — и моментальное раздвоение. Словно столкнулись два киба с большими аквариумами. Или склеились две голограммы — похожие, но не одинаковые. На одной — танцующая орхидея схвачена, заморожена синей тенью. А на другой…

Только не проговаривай это словами, шпилька. Лучше сними наконец вторую сандалию — так будет гораздо удобнее танцевать.