Странники - Мария Круз

Пикап плавно и мощно катил по асфальтовой ленте широкого шоссе, светило солнце, с обеих сторон дороги тянулись возделанные поля. Отчасти еще и поэтому чувствуешь жизнь, потому что там, где ее нет, поля заросли. Вроде и городской человек, но все равно на каком-то подсознательном уровне это отмечаешь.

Даже музыку включил и подпевать начал. Да и разогнался всерьез, до берега долетел за считаные минуты. Вон торговля лодками, вон стоянка школьных автобусов, которые теперь срочно переделывают в бесплатные междугородные, а вон и остановка, у магазинчика «Макс» на заправке, а люди за окном, пьющие кофе, наверняка автобус ждут. У входа в местный молл почти толпа, у спортзала на выходе компания женщин с сумками, у «Тамперс Пицца энд Грилл» фургончик с продуктами разгружается. В марине красят забор вокруг клаб-хауса.

Набережная, поворот, еще немного – дом. Машина Насти перед гаражом, я свою рядом пристроил. Схватил первые две тяжелые сумки из кузова, вытащил их через борт, доволок до крыльца. Пока шарил в кармане в поисках ключей, дверь распахнулась.

– Заходи.

Настя в трикотажной пижаме с котиками, довольно детского вида. Это самый верный признак того, что она, как сама выражается, «залегла на весь день» и никуда не пойдет.

– Любимая! – Я притянул ее к себе и поцеловал.

– Заходи давай. – Она затащила меня в дверь. – Голодный?

– Не откажусь.

– Тогда блинчики сделаю, если ты не против.

– Блинчики – и я против? – поразился я такому заявлению. – Шутка такая? Кстати, ты когда вернулась?

– В тот же день. И все время дома. Меня переводят, к слову.

– Знаю, мне Джинни сказала, я ее видел. Меня тоже уволили.

– Это же отлично! Наконец-то будем жить просто вместе.

– Именно так.

Затащив сумки в спальню, переделанную в кабинет, я пошел обратно к машине за следующей порцией. Когда заволок в дом их, Настя спросила:

– В Грэнби летал?

– Да. Дверь открыта, сквозит оттуда немилосердно. Но еще оттуда до Тьмы недалеко, тварей хватает, то есть вокруг особо не погуляешь. Люзеля немного подрала одна.

– Как он? – Тон сменился на настороженный.

– В порядке, ничего серьезного. То есть если мы вдруг когда-нибудь решим воспользоваться дверью…

– Что? – Настя обернулась.

– Не думаю, что она будет доступна долго. Там пока зародыш Тьмы, но она наверняка расширится и дверь накроет.

Настя пожала плечами, затем сказала:

– В принципе и так нам тут пока нормально, верно?

– Именно это я и имел в виду. Много новых людей проваливается, скоро так вообще всю Альберту и Саскачеван заселим.

– Здесь тоже много новых после того, как тряхнуло. Похоже, что они все тогда и провалились.

– Мне тоже так кажется. Да, Джо здесь, помнишь его?

– Из Вайоминга? – поразилась она.

– Да. Здесь уже четверо из местных… ну, которые были местными. Которых я встречал до того, как все расслоилось.

– Кто?

– Парень, которого я тогда не убил в Рапид-Сити, Пикетт, Джо и девчонка, которая работала в Гарден-Сити на приеме и базе данных. Через которую я и узнал, что тебя во Флориде нет.

– Она тоже в Гарден-Сити провалилась?

– В Баффало, – покачал я головой. – Ее туда перевели. И вот дальше получаются странности.

– Слушай, давай про странности позже, хорошо? Как есть сядем. А то я так и не начну ничего делать.

Ну да, если она готовить взялась, то болтать рядом – форма самоубийства. Я поэтому первую информацию про Люси сейчас и скинул, когда ей не до того. Более того, я сбросил сообщение Пикетту о том, что здесь Люси. Типа пусть сразу к себе забирает, в Боннивиль. Колонна приедет поздно, новых разместят в отеле, в «Бест Вестерн», а так, глядишь, он ее сразу к себе и увезет. Или хотя бы прямо с утра. По крайней мере, он прислал в ответ сообщение: «Понял, заберу к себе на работу».

Вот и отлично.

Пока распаковался, переоделся, помылся, блинчики оказались готовы. Приятная такая на вид горка, рядом разный джем в разных баночках, ну и чай, само собой, кто же сладкие блинчики без чая ест? Никак нельзя.

– Ну, теперь рассказывай, что с той девчонкой не так, – предложила Настя, намазывая блинчик клубничным джемом и сворачивая его в трубку.

– С ними всеми не так. Первое, – я загнул один палец, – никто из них не провалился как все. Не было ни темноты, ни чего другого. Легли спать, проснулись в этом мире. Искали своих, никого не нашли, поняли, что что-то не так. И оказалось, что все не так.

– А второе? – Ее ровные белые зубы откусили от блинного рулона кусок.

– Из всех четверых только Джо пришел в наш лагерь самостоятельно. Слик… ну тот парнишка, – пояснил я, увидев вопросительный взгляд, – Пикетт и эта Люси вышли на меня.

– Вышли на тебя или как-то провалились на тебя? – Она взяла чашку с чаем.

– Вышли. Провалились, когда меня близко не было.

– Тогда все логично. Ты просто возглавлял все поиски в тех краях, так что ничего странного.

Ну да, верно. Как раз это на совпадение списывается логично.

– Но есть еще моментик: кроме них, то есть людей, которых я знаю и с которыми как-то знаком больше, чем с другими, если не считать Слика, из того слоя не провалился никто, кажется.

– А ты проверял?

– Нет. Но исхожу из того, что если я находил их, то должен был найти кого-то еще из их слоя, хотя бы одного. Но только они.

– И что ты хочешь этим сказать?

– Что я какой-то маяк. Затягиваю сюда тех, с кем… ну вот тут я до конца связь не установил, что между ними общего кроме знакомства со мной.

– В смысле?

– Потому что я знал куда больше людей. Почему именно эти?

– Случайно. Провались кто-то другой, например… как звали того, которого ты связал? Вот если он, то ты думал бы точно так же.

– Ну да, возможно. Но того факта, что провалились лишь те, с кем я знаком, это не отменяет.

– Я бы проверила на твоем месте. Очень может быть, что ты не прав. И тут еще куча народу.

– Проверю.

Теренсу надо звонить, пусть поможет уточнить, он теперь главный в программе с попаданцами. Но не думаю, что ошибаюсь.

– Вот и проверь.

– Есть еще одна вещь… мне кажется, что эти люди не провалились на самом деле, а продублировались. Пикетт провалился раньше, а Люси позже, так? И Люси продолжала работать с Пикеттом там, в то время как он уже был здесь.

– Мы продублировались, если ты помнишь. Какая нам разница? Они нас помнят? Ведут себя так же? Ну тогда и не забивай себе голову. Какая нам разница, если это все равно те же люди?