Ангел-Маг - Гарт Никс

Мысли ее неслись кувырком. Кажется, ее поставили перед выбором. Если не служба кардиналу, то что? Казнь? Тюремное заключение?

– Иди сюда, дай мне руку, – сказала кардинал и стянула правую перчатку. – Вот, я протягиваю ее тебе. Если примешь ее – все подозрения в ереси будут рассеяны полностью и окончательно. Ты будешь творить иконы по своему желанию и разумению, состоя на моей службе.

Доротея проглотила готовые сорваться слова, судорожно обдумывая пристойный способ отклонить предложение. Стать поборницей? Исполнять малейший чих кардинала, даже если этот чих будет означать заключение людей в Башню… на допросы, возможно с пытками… даже на казнь?

– Я сердечно благодарю ваше высокопреосвященство… – выговорила она. – Это невероятная честь… только я не могу принять ее…

– Не можешь? – Кардинал отдернула руку. – Или не хочешь? Мы ведем каждодневную и ежечасную битву с врагами Саранса и Ашалаэли, нашему делу необходимы умелые маги вроде тебя. Хочешь увильнуть от исполнения долга?

– Но я правда всего лишь студентка, ваше высокопреосвященство, – сказала Доротея. – Я бы лучше всего послужила королеве и Сарансу, оставаясь в Бельхолле…

Она отважилась чуть поднять глаза, полагая, что встретит яростный взгляд кардинала. Однако старуха лишь качала головой. Дюплесси выглядела не рассерженной, скорее разочарованной – и очень, очень усталой. Поборник все так же поддерживал ее под левый локоть.

– Насколько все было бы проще, окажись ты возрожденной Лилиат, – проворчала кардинал. – Тут, знаешь ли, плаха наготове стоит… а я еще не встречала мага, способного вызывать ангелов после расставания с головой. Но ты – не Лилиат… подозреваю, я с самого начала это знала. В самом деле, как бы ей удалось вернуться в наш мир? Она давно умерла. А тебя видела королева, ты произвела хорошее впечатление… наша монархиня, право, слишком добросердечна… Вот бы мне выдворить из королевства всех отверженцев… в море их побросать, что ли? А еще это искушение сокровищем… Алмазные иконы…

Доротея замерла как только могла, одержимая новой боязнью. Кардинал бормотала себе под нос, уже почти бессвязно, словно забыв о присутствии девушки.

– Истара кишит чудовищами… цена вылазки, риск неудачи… но какой вклад в сокровищницу! Король – бездонная дыра в казначействе, и он всегда может сыграть на ее чувстве вины… даже малая толика золота оказалась бы полезной… и потом, эта альбийка, несомненно подосланная Этелингом…

Бормотание кардинала перешло в судорожный, всхлипывающий стон. Вторая поборница кинулась вперед, подхватив престарелую священницу под второй локоть. Ноги Дюплесси подогнулись, голова упала на грудь…

Доротея так и подпрыгнула, когда ее тронули за плечо. Шея чуть не хрустнула – так быстро она оглянулась. Но за спиной обнаружился всего лишь Робард. Он ничего не сказал, лишь поманил Доротею за собой. Потом схватил за руку и поспешно вывел из комнаты.

– Молчать обо всем, что увидела и услышала, – с нажимом прошипел он уже на площадке, когда страж-поборник плотно закрыл за ними дверь. – Ее высокопреосвященство не щадит себя. Она переутомилась, но силы к ней скоро вернутся. Никому ни полслова! Иначе я сам позабочусь, чтобы ты оказалась на плахе!

– Я понимаю, – ответила не на шутку потрясенная Доротея. – Мне… можно мне теперь вернуться в Бельхоллу?

– Нет! – отрезал Робард. – Останешься в Звездной Крепости, пока ее высокопреосвященство не прикажет иного. Без ее прямого приказа – никаких перемен!

– Тогда мне пойти обратно в казарму мушкетеров?

Робард помедлил, оглядываясь за закрытую дверь.

– Думаю, да, – неохотно ответил он наконец. И подозвал поборника: – Проводить студентку Имзель к выходу из Башни.

– Так точно, сьёр…

– И запомни, – повторил Робард. – Никому ни полслова!

– А я-то гадал, зачем магистра Хазурен так срочно вызвали в Башню, – тихо проговорил Симеон. Они с Доротеей стояли в углу аптекарского огорода при госпитале. Девушка только что рассказала ему, что с нею произошло. – Думаю, мы можем перевести дух. Правда, ненадолго…

– Она выздоровеет? – спросила Доротея.

– Не знаю, – ответил Симеон. – Возможно, она в самом деле перенапряглась, призывая ангела, и это наложилось на общее переутомление… в таком случае кардинал должна поправиться. Но нельзя исключать и апоплексического удара с мозговым кровотечением. Тогда все зависит от того, насколько быстро магистр Хазурен разберется, в чем дело, и примет необходимые меры. А также сочтет ли она оправданным вызов необходимых ангелов: цена-то немаленькая…

– Но это же кардинал! – сказала Доротея. – Наверно, магистр сделает все, что только возможно…

– А это месяцы, если не годы, откроенные от жизни самой Хазурен, – задумчиво проговорил Симеон. – Все зависит от вероятности успеха. Мы обычно начинаем с вызова младших ангелов, оцениваем, можно ли что-нибудь сделать, и затем уже прибегаем к помощи великих. Если шанс на выздоровление незначителен, Хазурен и вмешиваться не станет. Даже ради кардинала.

– Ну ладно. По крайней мере, я голову на плечах сохранила, – сказала Доротея. – Думается, и твою тоже.

– Спасибо, – серьезно отозвался Симеон. – У Анри небось камень с души упадет, он самый боязливый у нас. Вот Агнес, та определенно за себя не боялась, она же мушкетер и все такое…

Оба рассмеялись.

– Ты по-прежнему видишь во мне ангела? – очень тихо спросил Симеон.

Доротея прищурилась, скосила глаза:

– Да.

– А что это за ангел, можешь сказать?

– Нет, – ответила Доротея. – Форма недостаточно… определенная, что ли. И она принадлежит ангелу, которого я никогда раньше не видела, ни проявленным, ни на иконе. Хотя, если бы мне добраться в Бельхоллу… порыться в Марсью и Депремивале… может, еще заглянуть в Аларазона…

– В общем, лучше все сохранить в тайне, – предостерег Симеон.

– Да не собираюсь я ничего предпринимать, – возмутилась Доротея. – Я обещала!

– Любопытство иконотворца сгубило, – сказал Симеон. – Ну, мне к пациентам пора. Сегодня поступило множество мушкетеров и поборников. Раны, правда, легкие. Большей частью не от схваток с подземельщиками, а от падений в клоаках…

– Я видела, как их заводили в Башню, – сказала Доротея. – В смысле, отверженцев. Удалось хоть выяснить, с чего это подземные мусорщики набросились на нас во дворце?

Симеон некоторое время молчал. Смотрел он сперва на стену аптекарского огорода, потом – в синее небо наверху.

– Я вот думаю, не на нас они нападали, – сказал он наконец. – Сдается мне, их целью была леди Дейемс. Они ведь ждали, пока она поближе подойдет…

– Но почему?..

Симеон воздел широкую ладонь:

– Если помнишь, мы договаривались держаться тише воды ниже травы. Заниматься обычными делами. А тайны оставить тем, кто может справиться с последствиями выплывших истин…