Отряд - Алексей Евтушенко

Взвод старшего лейтенанта Холода Юрия Алексеевича потеснился, и в машине всем нашлось место. Только принцесса Стана села по любезному приглашению Юрия Алексеевича вместе с ним в кабину. Да и то сказать - в крытом брезентом кузове, с толпой мужиков ей было бы не совсем удобно.

На сборы ушло десять минут, не больше, и в ноль часов двадцать девять минут, пугая ночь ревом двигателей, трехосный "Урал" и танк "Т-90" вырвались из деревни Борисовка на степную грунтовую дорогу.

Шли ходко.

На хорошо укатанной дороге машины делали не меньше пятидесяти километров в час, и все равно, по словам сержанта Володи, раньше чем к утру им было не успеть: двести двадцать километров - расстояние солидное,

- Так это же как минимум четыре с половиной часа! - быстро подсчитал Валерка Стихарь. - Вполне можно поспать. Устал я что-то сегодня. - Он откинулся на деревянную спинку лавки, поудобнее устроил между коленей автомат и закрыл глаза.

Очень скоро примеру Стихаря последовали и остальные бойцы отряда, включая Дитца. Не спал только Велга.

Там, в Борисовке, Юрий Алексеевич предложил им не соваться в чужую драку, а подождать здесь - они, мол, потом их заберут. И Велга, и Дитц, и все остальные с возмущением отказались. Даже старший советник Карсс и принцесса Стана решительно не захотели остаться.

- Я рад, - просто сказал Юрий Алексеевич. - Не скрою, нам очень не хватает бывалых и опытных бойцов и людей вроде вас. Что ж, давайте выполнять свой долг, а там поглядим, что делать дальше. Во всяком случае, господам немцам я гарантирую посильную помощь в возвращении на родину, если они захотят, конечно. До Германии путь не близкий, а по России сейчас путешествовать и долго, и опасно. Впрочем, как всегда.

"Спят орлы, - с каким-то теплым, чуть ли не отеческим чувством подумал Велга сразу обо всех людях отряда: и о русских, и о немцах, и даже о свароге Карссе. - Надо и мне подремать. Нет ничего хуже, чем принимать бой после бессонной ночи, - голова плохо соображает, и тело с трудом слушается". По долгому опыту он знал, что даже короткий получасовой или даже пяти-десятиминутный сон отлично освежает и не следует им пренебрегать.

- Воздух!!!

Он проснулся окончательно уже в кювете. Тренированное тело само, без участия сознания, выполнило все необходимые движения: вскочило, подхватило автомат и рюкзак и прыгнуло вслед за другими телами за борт грузовика; удачно приземлилось на ноги, пробежало метров тридцать назад по дороге, соскочило в кювет и залегло.

Было уже совсем светло.

В ярких косых лучах только что поднявшегося солнца был отлично виден одинокий и пустой грузовик на дороге и желтоватая, выгоревшая степь за ним. С ясного синего, словно глаза любимой, неба шел какой-то противный свистящий гул.

Рядом кто-то упал. :

Велга скосил глава и увидел, что это друг Хельмут. Вид у обер-лейтенанта бравого вермахта был растрепанный и злой: фуражка съехала на затылок, из-под козырька по-казацки выбивался набок белесый чуб. Велга засмеялся.

- Чего ржешь? - недовольно осведомился Дитц. - По-моему, нам всем очень скоро будет не до смеха.

- Ты сейчас похож на белокурого донского казака, - пояснил Александр. Усов только вот не хватает. И шашки.

- Ты - псих, - констатировал Дитц и протянул руку вверх. - Смотри!

Велга посмотрел.

На них пикировал самолет.

В том, что это именно самолет, более того - истребитель или штурмовик, то есть боевая машина, сомневаться не приходилось. Другое дело, что Велга никогда не видел таких самолетов. Он успел заметить треугольные крылья и полное отсутствие пропеллера, когда под крыльями самолета полыхнуло, и две огненные стрелы мгновенно превратили их "Урал" в пылающий шар.

- Он стреляет ракетами, - определил Дитц. - Как ваш "Ил-2" или "катюша". Лихая штука, однако. Надеюсь, все наши в укрытии.

Штурмовик уже выходил из пике. Откуда-то слева и сзади ударил пулемет, и они одновременно обернулись на знакомый звук.

Параллельно дороге по степи катил сопровождавший их танк, и с низкой приплюснутой его башни бил в небо длинными очередями крупнокалиберный зенитный пулемет. Однако штурмовик беспрепятственно вышел, блеснув на солнце крыльями, из пике, быстро набрал высоту и ушел на северо-восток. Только теперь они заметили, что на горизонте, там, куда вела дорога, что-то горит. Черный столб дыма, постепенно густея, вертикально поднимался в чистое утреннее небо.

- Знакомая картина, - вздохнул Дитц. - Аж противно. Ты заметил?

- Что?

- Звезды. У него пятиконечные красные звезды на крыльях.

- А ты предпочел бы черные кресты? - огрызнулся Александр, который, конечно, заметил звезды, и от этого у него совсем испортилось настроение. Это же наш самолет, русский. Вот б...дь!

- Ладно, не расстраивайся, - положил ему руку на плечо Дитц. - Я же понимаю...

Все, слава богу, оказались живы и даже не ранены, если не считать нескольких царапин. От "Урала", однако, остался лишь обгоревший остов. Юрий Алексеевич поспешно построил свой несколько ошарашенный случившимся взвод и приказал всем лезть на броню танка.

- Как-нибудь поместимся, - хмуро сказал он Велге, Дитцу и остальным. Здесь уже рядом. Видите, там, где дым?

- Отчего он не стрелял по танку? - удивился Майер.

- Может, испугался пулемета, а может, хотел уничтожить именно живую силу... у нас не так много способных держать оружие, - пожал плечами Юрий Алексеевич. - Я плохо разбираюсь в самолетах, но, по-моему, это был старый "МиГ-25". Хотя от того, что он старый, нам не легче. До этого авиации у Секретаря не наблюдалось. Ладно. Вы готовы?

- Как юные пионеры, - ответил Велга, запрыгнул на гусеницу танка, который уже к тому времени выбрался обратно на дорогу, и протянул руку принцессе Стане. - Прошу, Ваше Высочество, карета подана!

- По машинам, заводи, вперед! - воскликнул Дитц и тоже полез на броню. Кажется, так говорят у танкистов?

Облепленный со всех сторон людьми, танк взрыкнул и, медленно набирая ход, двинулся по направлению к пожару.

Городок, в котором и вокруг которого располагалась одна из крупных военных баз Герцога, притулился на правом берегу небольшой степной речушки. Название у городка было хорошее - Вольный, но это было новое имя, а старое, которое он носил до конца света, или забылось, или никто не хотел его вспоминать. Речку же звали Волынкой по рассказу Юрия Алексеевича, за то, что в одном месте, неподалеку от города, где живописные древние скалы нависали над тихой водой, ветер иногда, запутавшись в каменных изгибах и трещинах, издавал звуки, отдаленно напоминающие звуки волынки. Получалось очень красиво: город Вольный на реке Волынке. Столица земель, контролируемых Герцогом, находилась не здесь (где, Юрий Алексеевич пока не говорил, а Велга не спрашивал), но здесь была расположена одна из основных военных баз.