Имитатор - Гэбриэл М. Нокс

— Тогда куда теперь?

— Нас Хромой вёл…

— Вернёмся?

— Да, давай, — после недолгого раздумья ответил Кир.

Но не успели они развернуться, как снова послышался лай.

— Это оттуда, — Мария указала на север.

Осторожно ступая, они миновали размашистые кусты папоротника и поваленные прошлогодним ураганом деревья. Оказавшись на опушке, Мария с трудом различила тропу. Хромой ждал их там. Он остановился, и даже когда Кир подошёл ближе, чтобы потрепать его по холке, не ушёл.

— Он просто ждал, — сказала Мария.

— Чего ждал? — начёсывая брюхо старому другу, спросил Кир.

— Не чего, а кого. Их. Смотри.

Из чащи вышли две фигуры. Одна пониже, другая полноватая. Та, что пониже, шла прихрамывая, но живенько. Второй же переход явно давался с трудом. На секунду гости замерли, не доходя до освещённой фонарём земли, а потом, низкорослый человек вдруг сорвался с места и неловко побежал вперёд. Мария вскинула лук, но тотчас его опустила: из тьмы к Киру выскочила сухая старушка и расплакалась. Это была Веста.

— Весточка, родная, — Кир прижал женщину к себе и на этот раз на глазах блеснули слёзы. — Как же так? Как ты тут очутилась?

— Молчи, глупый, дай моментом насладиться. Я думала, что ты помер уже, убили тебя там, на чужбине.

— Весточка…

— Вот, заладил, — буркнула старушка, но Кир чувствовал, что она улыбается, всё сильнее прижимаясь к его груди. — Тёплый. Живой.

Веста вместе с напарницей по патрулю, привели их в небольшой лагерь. Самодельные шалаши стояли то тут, то там, замаскированные листвой и ветками. Кир с радостью отметил, что тут живёт почти вся деревня. Веста рассказала о нехорошем предчувствии после встречи с одноглазым. По долгу службы ей приходилось сталкиваться с подобными типами. Через Анну она передала односельчанам послание, и все, как один, укрылись в указанный час под крышей таверны. Остались только запойные, которых не удалось отыскать.

Под половыми досками уже давно скрывался погребок с тайной дверью, ведущей к земляному коридору. Как пояснила Веста, его ещё Ратуш вырыл, когда ожидал войны с Далу. В погребке было схоронена различная утварь для выживания в тяжёлых условиях. Там и рыболовные снасти, и топоры с кирками, и травы различные для лечения. Чего только старик там не собрал.

Веста вывела деревенских из горящего поселения и укрыла в лесу. Они не спешили возвращаться — боялись людей Согдевана. Никто не знал, когда настанет подходящее время.

— А Хромой словно учуял тебя. Мы вместе ходили на «пятачок», чтобы поглядеть на родное пепелище, а он как дал дёру. Я подумала, всё, убёг окончательно, глупый. А он с пополнением вернулся.

Сидя на замшелом пне и попивая тёплый чай из трав, Кир и не подозревал, что счастье, выросшее из чувств, удобренных тревогой, может быть таким сильным.

Эпилог

— Спасибо, что согласился поехать со мной, — поблагодарил Кир.

— Иначе я не мог, друг, — отозвался Ли Су. — К тому же, за мной должок.

Они стояли на границе с Далу в окружении солдат Нового Совета Лиенмоу. С тех пор, как Кир вылечил мальчика, прошло немало времени. Согдевана казнили за совершённые им преступления. Никто не заступился за властолюбца. Может, боялись повторить его судьбу, а может, действительно ужаснулись тому, что существуют люди, способные ради денег и власти пачками вырезать невинных людей. Ивес занял место в Новом Совете, навсегда отказавшись от старого титула. Роман, Гудред, Рен, несколько лекарей, обученных Киром, промышленник Шиети и пара рабочих с его завода, глава строительной гильдии, глава образовательной академии, несколько лучших лиенмоуских фермеров, несколько учёных, наместники центральных городов из разных областей страны, бывшие владельцы ресурсов - заняли места в новом управляющем органе. Агнар же, отказался от управления, сообщив, что его политика интересует мало, и он хочет на время осесть где-нибудь. Это «где-нибудь» оказалось отстроенной деревней Кира.

Собранное в казне золото, излишки которого забрали у знати, так неудачно оказавшейся на стороне Согдевана, заработало на обновлённое государство. Далу какое-то время сопротивлялось, устроило Лиенмоу торговую блокаду. Но ведь был ещё и Хошан, которого мало интересовали разборки двух империй.

Модернизировались города и деревни, росло производство. Лиенмоу выбиралось из запустения. В деревне Кира открылись школа и досужая изба для малышей. Сам он начал обучать население всему, чему научился в Далу и у отряда Агнара. Им с Марией достался славный домишко, недалеко от тихой речки. Потом появились дети: бойкий мальчишка и капризная, но невероятно милая девчонка.

Агнар поселился неподалёку, и ухаживал за Эир, пока к той не вернулись прежние силы.

Ли Су был частым гостем у Кира и Марии. В конце концов они даже комнату оставили специально для него. Он нашёл себя в музыке, и звучание эрху разносилось по деревне чаще, чем крики домашнего скота.

Камо и Зубери пришлись по душе Весте, и теперь трудились в новенькой таверне: Камо на кухне, а Зубери за стойкой. Деревенская жизнь нравилась им. Как говорил Зубери, она напоминала им о доме и матери с отцом.

И вот, должно было произойти ещё кое-что. Кир дал обещание и собирался его сдержать. Недели переговоров и тайных посланий с оправданным учителем Лаоши, вину которого так никто и не сумел доказать. Тот отыскал деревню Мэя и передал слова Кира. Для беженцев Далу уже подготовили дома, одежду, еду и рабочие места. Не без помощи советников Лиенмоу, конечно.

Воинов послали для защиты, если Далу решит расквитаться с перебежчиками.

И вот за стеной тянулась длинная вереница повозок со скромными пожитками. Все люди исхудавшие, болезненные, на лицах некоторых страх, у других — надежда. Среди них гордой походкой шагала невысокая фигурка надсмотрщицы Ханы. Рядышком с ней семенили три девчонки из Дома удовольствия Синего города. А во главе процессии шёл молодой мужчина, знакомый Киру доброй улыбкой и спокойным взглядом. Тот самый, отдавший последнее, что у него было, — знание.

В какой-то момент Мэй посмотрел вперёд, на стену, разделяющую две страны, а затем, будто увидев старого друга, поднял руки в небо и замахал с радостным криком:

— Мы здесь!