Укротить молнию - Кэтрин Азаро

— Тии-наа, — по слогам протянул тот и довольно кивнул. Затем подошел к Эльтору и снова уставился на него, как будто Эльтор был чем-то вроде магнита, который постоянно притягивает к себе окружающие предметы.

Эльтор действительно обладал каким-то удивительным природным магнетизмом. Было ли это важно для него, он не показывал виду. А сейчас он по-прежнему стоял между двумя наемниками. Лицо его сохраняло все то же бесстрастное, непроницаемое выражение. Азез заговорил с ним на эйюбианском, и Эльтор ответил ему на том же резком и скрипучем языке.

После этого Азез скрылся в зарослях голографического леса, растворившись словно призрак. Приглядевшись, я заметила в чаще призрачного леса замаскированную консоль и стоявшего за ней черноволосого лейтенанта Азеза. Теперь он говорил на каком-то новом для меня языке, напевном и приятном на слух. Теперь я знаю, что это был хайтонский — язык аристо, высшей касты эйюбиан. Вскоре Азез вернулся к нам на поляну и жестом предложил Эльтору сесть, очевидно, предлагая ему отдохнуть. В ответ Эльтор лишь отрицательно мотнул головой. По его вискам катились капли пота.

Началось ожидание. Довольно долгое. Несколько раз тишину лесной поляны нарушал кто-нибудь из эйюбиан или наемников — нам объявляли, что мы должны оставаться на местах и ждать.

Наконец в противоположной стене вновь открылось овальное отверстие, и в нем возникли незнакомые мне мужчина и женщина. Все находившиеся в помещении люди склонились в низком поклоне — все, кроме нас с Эльтором. Я понятия не имела, следует ли и мне поклониться вошедшим. Эльтор же скорее всего не желал выказывать им почтение.

При виде этих двоих у меня почему-то поползли по коже мурашки. Пару эту отличало то поразительное совершенство, которое возникает из мало кому данной возможности выбирать для себя любые черты лица, любое телосложение, любую жизнь, которую пожелаешь, — то, что в представлении простых смертных отличает настоящих богов. Они были высоки даже для обитателей родной планеты Эльтора. У женщины невероятно длинные ноги, достойная зависти и восхищения, гармоничных пропорций фигура — все то, что именуется знойной красотой в лучшем смысле этого слова. Мужчину отличало атлетическое телосложение — широкие плечи, узкие бедра, — физическое совершенство, которое редко встретишь в природе. Но более всего меня поразили в этой паре черные волосы, отливавшие алмазным блеском, и красные, похожие на рубины глаза.

Женщина направилась к Эльтору, глядя на него так, как будто он был долгожданной наградой, за обладание которой она готова была убить любого, кто посмел бы посягнуть на него. Незнакомка заговорила с ним на хайтонском. Несмотря на мелодичность языка, у меня возникало недвусмысленное ощущение угрозы, крывшейся в словах женщины, как будто она обещала своему собеседнику обтянутую бархатом спальню в самой преисподней. Мужчина оставался стоять возле порога, наблюдая за происходящим с видом элегантной отрешенности. Время от времени по его лицу блуждала легкая улыбка — особенно в те моменты, когда Эльтор явно чувствовал себя не в своей тарелке.

Женщина повернулась к своему спутнику и кивнула. Тот прошел вперед, спокойный и самоуверенный. В каждом его жесте читалось высокомерие. Присутствующие немедленно склонились в почтительном поклоне. Его взгляд встретился с взглядом Эльтора, и они какое-то время пристально смотрели в глаза друг другу, как будто выполняли одним им известный ритуал. Этот эффект дополняла внешность обоих мужчин — оба были примерно одного роста и телосложения. Один сверкал золотом, другой был красно-черный, подобно двум половинам некоего сверхъестественного существа. Несмотря на то что Эльтор занимал ущемленную позицию — полураздетый узник со связанными за спиной руками, — этот своеобразный поединок выиграл именно он.

Неожиданно женщина заговорила снова, закончив фразу словами «Крикс Икуар».

Вот, значит, как. Это Крикс Икуар, эйюбианский министр торговли. Тот самый, что купил нас.

Эльтор и Крикс Икуар продолжали сверлить друг друга взглядами, как будто вели безмолвную дуэль. В следующий миг мне стало ясно, что что-то не так. Эльтор начал падать, падать…

Пол как будто устремился мне навстречу, больно ударив меня. До меня донеслись обрывки чьих-то слов, и я поняла, что пол вовсе не движется, — это я покачнулась и падаю. Эльтор произнес что-то на эйюбианском. В его интонации мне послышалась тревога. Подняв голову, я увидела, что он отчаянно пытается вырваться из «дружеских объятий» наемников. На его лице впервые читалось выражение страха.

Икуар опустился на колени рядом со мной. Заглянув в его рубиново-красные глаза, я содрогнулась. Какое жуткое ощущение я только что пережила при падении на пол. К счастью, это ощущение быстро пошло на убыль — а вместе с ним и мои эмпатические способности. Я приняла сидячее положение и дрожащей рукой убрала упавшие на лицо пряди волос.

— Мне сказали, что вы говорите по-английски, — проговорил Икуар.

Я зажмурила глаза, испытывая облегчение оттого, что слышу привычный мне язык. По моей спине отчего-то пробежали мурашки.

— Посмотри на меня! — услышала я властный голос Икуара. Я открыла глаза, успев заметить, как по безупречному лицу пробежала гримаса неудовольствия. Икуар резко выпрямился.

— Она все еще в шоке! — произнес он на хайтонском языке. Окружающие поспешили откликнуться на его слова. В их голоса закрался страх: как боялись они навлечь на себя гнев того, кому надлежало лишь угождать — причем всегда и любой ценой. Эльтор стоял в стороне, не сводя с меня глаз. Его все так же крепко держали за руки несколько наемников. Когда седовласая женщина помогла мне встать на ноги, к нам приблизилась другая женщина-эйюбианка, заговорившая на непонятном языке. Стоявший рядом наемник взял меня за руку и подвел к стене, через которую мы вошли в это помещение.

— Нет! — вскричала я и попыталась высвободиться из его железной хватки.

Я поняла, что меня сейчас уведут прочь и я расстанусь с Эльтором, единственным близким мне человеком в этом бесконечно далеком, чужом и жутком мире.

Эльтор тоже рвался на свободу, отталкивая своих стражей.

— Пустите меня к ней! — выкрикивал он.

В самой гуще голографических деревьев показался блестящий овал, и наемник потащил меня прямо к нему. Сопротивляясь, как могла, я продолжала звать Эльтора. Сзади до меня доносились крики и шум борьбы.

— Отпустите ее! — снова раздался его крик.

Наемник потащил меня к выходу. Ноги мои безвольно волочились по зеленому ковру. Мы проникли внутрь овала, и входное отверстие сомкнулось у меня за спиной. Я оказалась одна. Эльтор же остался с Криксом Икуаром. Оба, он и я, заложники кошмара наяву.