Дилижансом, дирижаблем - Степан Кулик

– Гм… Интересная компания у нашего ученого и светлейшего. Я бы даже сказал, весьма занятная. Это их уже взяли, или вели только? Впрочем, пусть об этом у Профессора голова болит.

«Жокей» сунул документы обоих в карман.

– Чисто… – подал голос со второго этажа Макс. – Кстати, одна из спален явно, предназначалась даме. Но виларки тут нет.

– Принято. Ну и фиг с ней… Нам ее не заказывали. Спускайся. Что у тебя, Вест?

– Командир, оба пустые… – развел руками тот. – Как новорожденные. Никаких документов. Странно… Штихель цинканул, что В Екатеринославе у всех паспорта были.

– Да, наплевать. Мало ли причин… Может их снова обокрали? Внешность и телосложение сходится. Один русый, второй – смуглый. Возраст тоже… Обоим меньше тридцати… Смуглый – с офицерскими усами… – «жокей» посмотрел на часы. – Время… Сейчас поезд притормозит под горку… – он шагнул к двери и щелкнул внутренней задвижкой. – Макс, открывай окно. Забираем клиентов и уходим… Ну, а если мимо кассы – то куда они с родных просторов денутся? Это от нас сюда слинять можно, а обратно – никак.

* * *

– Чем порадуете?

– Это… Немца допросить не удалось, ваше высокоблагородие… – виновато потупился старший Запашный. – Кирюха чуток силы не рассчитал.

– Убили что ли?

– Бог миловал, – перекрестился казак. – В сознание только не приходит. Может, притворяется, но решили более его не трогать. А второй – наш оказался. Детектив частный… Как узнал с кем дело имеет, все без утайки выложил. Они виларку ловят… И встретив в купе немцев сами удивились. Зато те, как раз на господина Зеленина охотятся.

– Сколько же их здесь всего… охотников?

– Двоих мы взяли. А еще четверо прямо в купе наших поднадзорных дожидаются…

– Уверены?

– Так точно, ваше высокоблагородие, никто больше оттудова не выходил.

– Ну, кто ищет да обрящет…

Никитин подошел к купе и вежливо постучал. Изнутри не донеслось ни единого звука. Ротмистр выждал какое-то время и постучал снова… С прежним результатом.

– Яков Игнатьевич… – неуверенно отозвался старший Запашный. – Кажись, сквознячком потягивает? Не чувствуете?

– А ведь ты прав, братец… – теперь и Никитин ощутил легкое дуновение свежести из купе. – Странно… Универсальный ключ у проводника изъяли?

– Так точно…

– Открывайте…

Кирьян вставил ключ в замочную скважину, провернул, но дверь не поддалась…

– Ну, чего возишься?

– Так это… изнутри заперто, ваше высокоблагородие, – посторонился казак. – Разрешите плечом нажать?

Никитин, для порядка, постучался еще раз.

– Третье отделение. Ротмистр Никитин. Откройте. Иначе взломаем дверь.

Но купе молчало.

– Ломай, братец. Дозволяю…

Кирьян опытным взглядом оценил расположение петель и замка, потом насмешливо хмыкнул, слегка присел и толкнул дверь плечом. Те недовольно заскрипели, но не устояли перед молодецким натиском и распахнулись на всю ширь.

– О, как… – оценил Никитин раскрытое окно и два неподвижных тела внутри купе. Подошел к Феоктистову, который находился ближе и потрогал пульс на шее. – Живой…

Потом проделал ту же операцию и с фон Розенкрейцером.

– И этот дышит. Похоже, братцы, что-то вы недоглядели… Может, и не выходил никто, но входили наверняка. Не сами же эти господа себя ухайдакали.

– Виноваты, ваше высокоблагородие… – поскольку младший Запашный шмыгнул на бельэтаж, отвечал Василий. – Если только в тот момент, когда мы второго на допрос брали, проскочил кто. А иначе, никак не могли. Саблей клянусь.

– Тута никого… – доложил Кирьян.

Никитин задумчиво покивал.

– Интересно… Ладно, разберемся… А сейчас, тащите-ка обоих к нам. Надо освободить купе. Хозяева уже заканчивают ужин и вот-вот вернутся. Не будем портить им путешествие.

Произнеся все это, ротмистр закрыл окно, повернулся и вышел. Как человек уверенный, что его распоряжения исполняются безоговорочно.

Вовремя… Только-только Кирьян, замыкающий процессию с господином Феоктистовым на плече, шагнул в служебное купе, даже двери не успел прикрыть, как из тамбура вышла саннэ Аная, в сопровождении князя и Родиона.

– Надо было ему все рассказать… – донеслось еще до казака слова Зеленина. Услышал и ответ Катакази. – Возможно… Но теперь-то уж чего суетиться? Утром будем в Санкт-Петербурге… Там и наговоримся.

Они неторопливо прошествовали к себе, и судя по воцарившейся там тишине и покою, ничего беспокоящего не заметили и улеглись спать.

– Итак, господа… – Никитин дал немного время прийти в себя обоим «приглашенным». – Будем знакомится ближе и… решать, что с вами делать дальше. Вот вы, господин… – ротмистр указал на Отто Карловича, – … к примеру, кем будете? И, пока рассказываете, позвольте на документы взглянуть. Не то чтоб я вам на слово не верил, но так положено… А чтоб и вы не сомневались в моих полномочиях… – ротмистр выудил из нагрудного кармана жетон и неспешно повел им со стороны в сторону.

Немец и частный сыщик дружно поскучнели. Даже ни в чем не виновные граждане чувствуют себя весьма неуютно, когда к ним приходят люди со значками служб охраны правопорядка, а тем более – если рыльце в пушку.

– Надеюсь, уточняющих вопросов нет и, после чистосердечной исповеди, мы сможем быстро отделить зерна от плевел. Виновных – наказать, а невинных – отпустить. До Бахмача… Да?