Пилот - Антон Перунов

— Тогда, может, лучше к бару?

— Отличная мысль! Пойдем…

Однако, стоило им освободить танцпол, как перед ними возник хлыщеватый офицерик с адъютантским аксельбантом на мундире и, слащаво улыбаясь, преградил дорогу.

— Куда же вы, прелестная миссис Ли?

— Shit! — вырвалось у девушки, очевидно, успевшей набраться еще до появления Марта.

— Януш Феликсович…

— Послушайте, любезный, — прервал его Колычев. — Вы видите, что барышне немного не хорошо?

— Молодой человек, — парировал адъютант, — когда мне понадобится узнать ваше мнение, я кликну в переднюю!

— Я сказал, отвали, убогий!

— Марти, не надо! — всполошилась Аннабель, в планы которой вовсе не входило участие в публичном скандале. — Это мой хороший знакомый, нет никакой нужды ссориться с ним из-за таких пустяков!

— Ну что вы, мисс Ли, мы вовсе не ссоримся … — практически по змеиному прошипел офицер.

— Скажите его превосходительству, что я с большим удовольствием присоединюсь к нему, просто, немного позже. Как вам уже разъяснил мой друг, мне просто необходимо припудрить носик.

— Конечно-конечно, — проявил галантность хлыщ, подарив многообещающий взгляд ее спутнику.

— Кто это? — поинтересовался Март, когда тот ушел.

— Никто, — отмахнулась девушка. — Лейтенант Козырев — адъютант здешнего командующего, адмирала Ландсберга.

— Ты с ним знакома?

— К несчастью, да. Видишь ли, Марти, я недавно брала у него интервью и, кажется, сваляла дурака. Он почему-то решил, что имеет на меня какие-то права и время от времени достает меня знаками внимания…

— Ты с ним кокетничала?

— За кого ты меня принимаешь? — возмутилась девушка, но потом, немного поразмыслив, кивнула. — Разве что, совсем немножко…

— Но он принял это за обещание?

— Да, черт бы его побрал!

— Если хочешь, я увезу тебя отсюда.

— Спасибо, конечно, но это не решит мою проблему. Хотя… давай, я лучше представлю тебя как своего парня? Этот адмирал — ужасный собственник и, если узнает, что мы с тобой пара, наверняка отстанет…

— А мы пара? — удивился Март.

— А ты разве против? — пристально посмотрела на него Аннабель, но через минуту прикрыла лицо руками. — Господи, что я творю? Прости, пожалуйста, я не имею никакого права просить тебя об этом. В конце концов, он командующий, а ты простой пилот…

— А знаешь что, давай! — неожиданно сам для себя согласился Колычев. — Только учти, что у нашего командира какие-то давние нелады с Ландсбергом. В общем, то, что я с «Бурана», может еще сильнее его оскорбить.

— Странно, что я не слышала эту историю раньше. Ты обязательно ее расскажешь, но позднее …, сейчас мне надо в дамскую комнату.

— Ладно, — кивнул Март, проводив взглядом свою спутницу.

[1] Коносаменты — документы на груз.

[2] Shit — дерьмо (англ.)

Глава 21

Контр-адмирал Ландсберг оказался высоким представительным мужчиной в вицмундире с орденом святого Владимира в петлице. На его породистом лице застыло немного презрительное выражение, как бы говорящее присутствующим: «Знаю я, кто вы есть»!

В сущности, это было правдой. Януш Феликсович нисколько не обманывался по поводу нравственных качеств собравшейся в «Империале» публики, но … все это были «нужные люди». Необходимые ему и его высоким покровителям, позволившим своему протеже достичь столь значимого положения.

С началом осады Сеула мало кому известный адмирал неожиданно для самого себя угодил на первые полосы газет. Его называли героем, возглавившим сопротивление японской агрессии, лучшим военачальником русской армии и даже асом из асов.

Последнее было, откровенно говоря, совсем уж неправдой, несмотря на «дар». Нет, летал он в свое время не хуже иных и прочих, но карьеру Ландсберг строил не в боях. Умея заводить друзей среди сильных мира сего и угадывать сокровенные желания начальства, он упорно и методично шел к своей цели, пока не достиг сегодняшнего положения.Оборотной стороной были напрочь испорченные отношения с некоторыми старыми товарищами вроде Зимина. Но оно, как говорится, того стоило.

— Ну, наконец-то и вы, милая Аннабель, — радушно улыбаясь, встретил он успевшую «почистить перышки» журналистку. — Право, я успел соскучиться.

— Доброй ночи, мистер Ландсберг, — одарила профессиональной улыбкой девушка. — Но разве мы не встречались вчера во дворце Кёнбоккун?

— В самом деле? — картинно удивился адмирал. — Увы, моя дорогая, в разлуке с вами время тянется так медленно, что мне показалось, будто прошла целая вечность!

— Вы так галантны, — с легкой досадой в голосе отозвалась мисс Ли, которой успели порядком поднадоесть затасканные комплименты стареющего ловеласа.

— А кто этот цветущий юноша? — обратил благосклонное внимание на ее спутника командующий. — Очевидно, ваш новый паж?

Слово «паж» он произнес с таким видом, будто хотел сказать «альфонс», но в последний момент передумал и подобрал более мягкое выражение.

— О нет, — поспешила вмешаться Аннабель, заметившая, как вспыхнуло лицо Марта. — Этот молодой человек — настоящий герой! Пилот!

— Вот как? Отчего же он не в мундире? Настоящие герои сейчас в армии, и уж тем более пилоты!

— Я приватир, ваше превосходительство! — отчеканил молодой человек.

— Даже так? — поморщился Ландсберг. — Как ваше имя?

— Мартемьян Колычев!

— Хм… никогда не слышал.

— А вот это было обидно! — возмутилась журналистка. — Вы что, совсем не интересуетесь моими передачами? Я совсем недавно брала у этого юноши интервью, и вот пожалуйста…

— Смиренно приношу вам свои извинения, богиня! — поспешил пойти на попятную адмирал. — Так много дел, что всего не упомнишь… впрочем, что-то такое припоминаю. Кажется, связанное с трагедией в Дальнем?

— Именно так, мистер Ландсберг, — не без яда в голосе отозвалась Аннабель, — рада, что память вернулась к вам…

Самое интересное, с точки зрения Марта, заключалось в том, что адмирал врал. Он явно очень хорошо знал про юного Колычева. Но вот появление здесь молодого человека, да еще вместе с мисс Ли для него явно оказалось сюрпризом. Причем, не слишком приятным.

— А еще, — продолжила девушка, — он пилот «Бурана»! Да-да, того самого, что отконвоировал прибывший сегодня караван с боеприпасами и топливом.

— А вы хорошо осведомлены, милочка. Интересно только откуда?

— Мне, в отличие от вашего Козырева, никто жалованье запросто так не платит. Приходится работать!

— Боже, какой у вас злой язык! — рассмеялся адмирал. — Опять прошлись