Контора Игрек - Антон Орлов

Она говорила горячо, с энтузиазмом, Энзо и ребята ей поддакивали, потом вдруг и психолог начал поддакивать. В пронзительных белесых глазах Маршала зажглись огоньки, лицо словно помолодело, и еще до того, как он ответил, Кирч поняла, что одержала победу.

– Бывает, что яйцо курицу чему-нибудь да научит! – проворчал повеселевший Маршал. – Нельзя отказываться от своей ответственности, раз уж взвалил – тащи до конца… Мы с вами – элитный спецназ человечества!

Римме человечество представлялось неинтересной вялой массой, для нее главным было другое: борьба продолжается, и Маршал опять стал Маршалом.

По закругленному потолку расползлись цветы с большими изогнутыми лепестками, розовые и пурпурные, чувственно-хищные. Нарисованные, и все же было в них что-то почти живое: морок, пытающийся преодолеть границу между сном и явью, – все работы Лиргисо производили такое впечатление.

«Главное, что я не на „Гиппогрифе“.

Поль лежал на кушетке, ничего не болело, под головой удобный валик. Сжал зубы – тоже не болят. На нем была шелковая рубашка цвета морской волны, с пуговицами из лунного камня, и брюки из слабо искрящейся ткани более темного оттенка. Не его одежда.

– Смотри, он очнулся.

Повернув голову, Поль увидел Лиргисо и Хинара.

– Ты провел в ненавистном тебе «коконе» трое с половиной суток, – отвесив церемонный поклон, сообщил Живущий-в-Прохладе. Вид у него был непривычно скромный – в белой водолазке, без украшений и почти без макияжа, только глаза подведены и ногти покрыты золотым лаком. – Вначале ты бредил и столько всякого наговорил… Что это за фантазии насчет города?

– Какого города?

– Моего города, который ты, по твоим же словам, смел с лица земли. Ты плакал и просил у меня прощения и тут же добавлял, что простить тебя нельзя, потому что там погибло много людей и ты не знаешь, что с ними стало после смерти.

– Это один старый сон, – нехотя пояснил Поль. – Плюс глюки из-за передозировки.

– Я сам валился с ног от усталости, но сидел около «кокона» и слушал – интересно было. Ты утверждал, что это был мой город и что мы уже встречались раньше, в прошлых жизнях.

– Я же сказал – глюки.

– Еще ты признался мне в любви, – Лиргисо чуть улыбнулся, пристально глядя на него.

– А вот это уже твой глюк.

– И рассказывал о какой-то девушке с «Гиппогрифа», которая хотела тебя убить.

– Девушка была на самом деле, а все остальное – глюки.

Поль сел, спустил ноги на пол, надел стоявшие возле кушетки замшевые туфли. Страха он не испытывал, только нарастающее напряжение. К нему подъехал робот– официант с бокалом сока на подносе. Пока Поль пил (виноград, яблоко и что-то еще), Лиргисо вполголоса бросил Хинару:

– Проиграешь.

– Нет, босс. Выиграю.

– Заранее соболезную.

Заметив, что Поль смотрит на них, Лиргисо рассмеялся:

– Ничего особенного. Просто у нас с Хинаром пари.

– На ухо? – вспомнив историю Саймона Клисса, спросил Поль.

– На мою зарплату за три месяца вперед, – буркнул Хинар нехотя, словно что-то его смущало. – Но я не проиграю.

– Какая самонадеянность… – промурлыкал Лиргисо и уже серьезным тоном спросил: – Поль, куда делись твои мьярлы?

– Разве их нет? – Поль провел рукой по волосам. – Не знаю… Я не снимал их, точно помню. Когда меня избили, я на какое-то время отключился – наверное, тогда их забрали.

– Ты сделал «Конторе» недурной подарок, – по лицу Живущего-в-Прохладе скользнуло презрительное выражение. – Надеюсь, это не повлечет роковых для нас последствий…

Несмотря на чувство вины, Поль понимал, что Лиргисо, по своему обыкновению, пытается его подавить, играя на эмоциях, это раздражало.

– Тебя допрашивали?

– Не успели. Я сбежал сразу, как меня притащили в лабораторию. У них там переворот в верхах, из-за этого на корабле кавардак.

– Нас ждет парадный обед в честь твоего избавления, – Лиргисо сделал приглашающий жест в сторону двери, с безмятежно-светской улыбкой, словно до сих пор болтали о пустяках. – Прошу!

Сервированный на двоих лярнийский стол на дюжине тонких витых ножек стоял в соседней комнате. Потолок и стены здесь тоже были оккупированы жутковатыми цветами – в первый момент роспись производила праздничное, радужное впечатление, а потом, если присмотришься, становилось не по себе.

– Где Стив и Тина?

– Увидишь их через несколько дней. Мы идем по «капиллярам» к Аглону, встретимся с ними там.

Наверное, он побледнел.

– Поль, расслабься, ты в полной безопасности. Мы союзники, ты у меня в гостях, и я не собираюсь вести себя навязчиво или неучтиво. Тебе здесь ничего не угрожает, Хинар свидетель, – Лиргисо взглянул на шиайтианина, тот сдержанно кивнул. – Таю надежду, что ты будешь разочарован, но я намерен разрушить свою репутацию оголтелого насильника. Фласс, это же была на девяносто процентов игра, а вы с Тиной всерьез поверили! Меня и смех разбирал, и досада. К твоему сведению, я предпочитаю не принуждать, а соблазнять – спроси у своей сестры, как я это делаю. Сейчас я делю ложе с Аминой, а к тебе, увы, приставать с домогательствами никто не собирается, – он подмигнул и скорчил пародийно-грустную гримасу. – Разве что ты сам сделаешь мне какое-нибудь непристойное предложение… Вот, возвращаю твое смертоносное оружие – как залог того, что я говорю правду, – он выложил на зеркальный столик у стены стилет в ножнах. – Кстати сказать, я владею холодным оружием лучше, чем ты, но состязаться не будем. Какие могут быть игры в насилие после того, что тебе пришлось пережить на «Гиппогрифе»?

Поля ошеломил и экспрессивный монолог, произнесенный подкупающе мягким голосом, и эта неожиданная демонстрация благородства. Он чувствовал, что Лиргисо не лжет, но что-то здесь было не так. Молча взял стилет, спрятал в карман.

– Прошу, – Лиргисо с улыбкой указал на кресло возле стола.

– А Хинар с нами не останется?

– Хинар сейчас пойдет в рубку, чтобы поскорее довести яхту до Аглона.

– И Амину не пригласишь?

– При ней мы не сможем беседовать откровенно, она ведь не знает об альянсе. Поль, ты должен рассказать мне о своих приключениях от начала до конца, по порядку. Что будешь пить?

Лиргисо был сама обходительность. Он слушал внимательно, с интересом и сочувствием, между делом угощая Поля изысканными винами и редкими деликатесами вроде бифштекса из настоящей говядины с Земли (земные коровы – почти вымерший вид, как это мясо раздобыли – целая история, а повар приготовил его по древнему классическому рецепту). Куда делся Саймон Клисс, он не знал. Когда Стив вернулся после спасательного рейда и они телепортировались на опушку кристаллической рощи, там лежали пустые баллоны из-под кислорода, но никого не было.