Омега - Андрей Валентинов

То, что большинство американцев – самодовольные идиоты, отметил, если не ошибаюсь, еще Чарльз Диккенс. На резонный вопрос о причине немалых успехов упомянутых идиотов он, а позже и прочие, отвечал просто. Тупые янки вовсю используют талант и знания горстки умных людей, местных, а в особенности эмигрантов. Кто-то из наших писателей-диссидентов сформулировал еще понятнее: бывают морды красные и морды зеленые, баре и обслуга. С первыми – в их американской ипостаси – говорить бессмысленно, лучше сразу стрелять. Вторые – иное дело.

Оставалось уточнить, какого колера у миссис «Я Сенатор» физиономия.

– Заявляю сразу: ни в какие переговоры, кроме переговоров о вашей капитуляции, вступать не намерена. Всякий вред, мне причиненный, будет иметь результатом массированное возмездие со стороны…

– А тебя, блядина старая, пивной бутылкой еще не трахали? Без презерватива?

Вмешаться я не успел, и Лолита имела возможность продемонстрировать члену комитета обороны упомянутую бутылку – грязную, с выцветшей этикеткой «Оболонь». Не иначе, подобрала на этой же поляне.

Теперь можно было ожидать всякого. Мне даже стало интересно.

– Странно… – тетка привстала, поглядев на гюрзу так, словно только что заметила. – Кажется, девочка, ты его действительно любишь.

Лолита моргнула в ответ. «Я Сенатор» неспешно перевела взгляд на меня, покачала головой.

– Да, странно… Я хорошо знаю, что такое психологическая война, господин майор. Сделать из вас насильника мы решили несколько лет назад, когда сведения о массовых расстрелах татарского населения не подтвердились. Следовало от души напугать наших домохозяек, а что может быть страшнее сексуального маньяка? У вас есть сигарета? Все мои вещи забрали.

Я вынул из кармана полупустую пачку «Ватры», подбросил на ладони.

– Боюсь, такое вы курить не станете. Лолита!

– Обойдется! – буркнула гюрза. – Пусть табак без фильтра жует. Ишь, умные! Все ваши гребанные фригидные бабы только и мечтают о сексуальном маньяке! Вы там, в Штатах, вонючие, жирные, гамбургеры жрете, вас только фаллоимитатором расшевелить можно. Двухметровым – с дизельным движителем. В анальное отверстие!

Удовлетворившись подобной тирадой, Лолита все же смилостивилась и достала «Вог».

– Негативный образ Америки и американцев – тоже оружие психологической войны, – кивнула тетка, словно ничего иного не ожидавшая. – Врагу следует приписывать собственные недостатки в утрированном виде. Он должен быть грязен, ленив, жесток, похотлив и эстетически непривлекателен… А ведь хотела большие не курить! Все из-за вас, господин майор.

– Я тоже почти бросил, – охотно согласился я, усаживаясь поудобнее. Ярко-пунцовая поначалу физиономии миссис «Я Сенатор» зеленела с каждой минутой. Впрочем, в комитет обороны не станут назначать кретинов.

– Но мы заметили, что сотни изнасилованных излишне абстрактны. Тогда и придумали несовершеннолетнюю девочку, ребенка, которого кровожадный насильник всюду возит с собой. Даже фотографию подыскали. Правда, на ней вы, Лолита, блондинка. Для американцев блондинка убедительней.

– Значит, это ты меня выдумала? – ласково поинтересовалась гюрза.

«Я Сенатор» усмехнулась, кивнула не без удовольствия.

– Выдумала, кошелка старая?! Меня?! Суки вы! – божье наказание резко дернулось, выхватило сигарету. – Стрелять вас всех надо. Влезли в чужую страну, порядки свои сраные наводите!

– Лолита! – рявкнул я. – Рот с мылом вымою!

Подействовало. Сигарета упала на землю, гюрза дернула плечами, отошла в сторону, отвернулась.

– Она вас любит, – негромко повторила тетка, стряхивая пепел на траву. – Это ведь мисс Лолита выступала по телевидению? Господин майор, чего вы хотите? Ни у меня, ни у вас, нет ни малейшего желания умирать. Вы сделали заявление о прекращении войны с Соединенными Штатами, значит, мой расстрел вам не требуется. Тогда что?

Я вдруг понял, что уже не веду разговор. Гаркнуть? Не стоит, послушаем.

– Повторяю: от имени правительства Соединенных Штатов могу предложить только одно – капитуляцию. Немедленную и безоговорочную. А вы чего хотите?

– Новый барабан, настоящую саблю, красный галстук и щенка-бульдога, – вздохнул я.

– «Приключения Тома Сойера», глава пятая, – тетка даже не удивилась. – Мне тоже нравится Марк Твен. Из-за него и увлеклась спелеологией. Помните, как Том и Бекки блуждали по пещере?.. Знаете, господин майор, когда наши службы составляли ваш психологический портрет, начались сложности. С иными полевыми командирами все ясно. Чернорог – примитивный националист в худших галицких традициях, Шевченко, несмотря на украинскую фамилию, до сих пор мечтает о возрождении СССР и видит в нас цитадель мирового империализма. А вот вы… Вы не националист, не сторонник империи. Наши фрейдисты, конечно, выискали кучу детских комплексов, что получилось достаточно смешно. Но главное, конечно, в другом. Вы – идеалист, господин майор. Ваш идеализм субъективен, для вас в конечном счете не так важно, что творится в стране и мире. Вы сражаетесь за себя самого – и только за себя. А это, знаете, самое опасное.

Отвечать я не стал. Сговорились они с Лолитой, что ли? Ладно, пусть болтает!

– Вы считаете несправедливым, что Соединенные Штаты правят миром – и пытаетесь бороться с несправедливостью. Вы уверены, что Украину не принимают всерьез – и вам обидно. Вам лично! Вы не воюете за страну, а тешите свой комплекс неполноценности, господин майор! Неужели не понимаете, что кровавые методы не приведут к успеху? История вашей же Украины говорит о том, что только ненасильственные действия ведут к победе. Что дала война, которую вела в Галиции Украинская Повстанческая армия? Только новые жертвы! Поймите это – и станьте настоящим патриотом.

– Вот как? – восхитился я. – Сдаться оккупантам – значит стать патриотом?

– Для вас – да! – невозмутимо кивнула она. – Вы переступите собственные заблуждения, снимете с Украины ярлык «страны-изгоя». А заодно и кое-что выиграете. Вас не выдадут в Гаагу, вы будете военнопленным США, а наши традиции предусматриваю всякое, в том числе судебную сделку. Не слыхали о таком? И учтите – в Россию, на которую вы так надеялись, дороги больше нет. Об этом позаботились – в том числе и мы. У России свои проблемы – в Крыму, и не только в Крыму… И еще один резон, господин майор – очень серьезный. Правительство США не настаивает на вашем пленении, смерть даже предпочтительней. Российское правительство с этим в целом согласно.