Спасти адмирала - Игорь Дешкин

— Макаров идет, — Даша вытерла слезы и снова одела на лицо маску неприступной валькирии. — Он и его офицеры там так на меня смотрели… Как на марсианку какую.

— Что поделаешь, последний документированный случай, вроде твоего, это тысяча восемьсот двенадцатый год, кавалерист-девица Дурова… ты у нас вообще гренадер девица и чудо пречудное, диво предивное. — последние слова я произнес уже шепотом.

Адмирал спускался по тропе, сбоку под локоток его поддерживал Дукельский. Степан Осипович был в шоке, ну не привычны люди в этом времени к таким зрелищам. Японцы пока только внедряют новые веяния в мировое сознание. Кстати их союз с Англией и зверства британских солдат против мирного населения в англо-бурской войне как то подозрительно совпадают по времени. Уж не поделились ли самураи опытом зачистки Хоккайдо от народности айну. Хорошенький себе был геноцид, не хуже трагедии племен американских индейцев.

— Ну что, господа, посмотрели? Вот оно, одно из лиц двадцатого века, лицо невинно умученных.

Но первым мне ответил не адмирал, а лейтенант Дукельский.

— Господин Одинцов, неужели все это могли сотворить такие цивилизованные люди?

— Господи! Георгий Владимирович, есть люди на которых культура как овечья шкура на волке, явление поверхностное, а внутри они были и есть истинные африканские людоеды… ну или полинезийские. Да и цивилизация у них только для своих, а все остальные это варвары, которые должны или быть их рабами или умереть.

— Павел Павлович, все это конечно злодейство масштабов невообразимых… — адмирал Макаров тяжело вздохнул, — Но что мы-то тут можем сделать?

Я вздохнул в ответ.

— Прямо тут ничего, потому что зацепили мы только самый краешек ужаса. А вообще-то, можете. Можете сражаться так, чтобы загнать этих… обратно к ним на острова, чтобы они и нос боялись с них высунуть. Можете постараться убить их как можно больше, а выживших загнать в плен на каменоломни и рудники. Вы много чего можете, господин адмирал, все же, не мичман чай.

Макаров отвел меня чуть в сторону.

— Скажите, Павел Павлович, а такое у вас обыденно случается? Вот я заметил, что ваши люди этим совершенно не потрясены. Возмущены, это да, некоторые разозлились до бешенства, но и бешенство это какое то особое, холодное. Но вот потрясения нет. И доктора ваши и солдаты неестественно спокойны.

— Не скажу, что такое обыденно, но потрясения действительно не вызывает, все-таки слишком уж часто случается. В Африке такое постоянно. В Сиаме один правитель так половину своего населения извел. Пол-Пот, мать его! Балканы, это само собой. Кавказ наш, Кавказ турецкий, резня армян… А вся беда начинается тогда, когда один народ начинает считать себя выше прочих, а правители тому способствуют.

Макаров молча отвернулся в сторону моря, я понял что сейчас лучше оставить его в покое, дать переварить информацию.

Я тоже отошел вместе с Дашей в сторону.

— Ну, как там?

— Ужасно! Грязь, вши, тряпье вонючее, сплошная антисанитария — ничего нет, люди голодные, много больных… Паша, во что ты меня втравил?

Я погладил ее по плечу.

— Милая я, втравил тебя в то, что я не могу поручить никому другому. Где я еще возьму женщину с командирским характером, не могу же я поручить это дело мужику? Это крайне важно, тебе будут помогать Ким и как его, этот старпом с «Бутова». Но политику определяешь ты и только ты. Только ты отвечаешь за то, чтобы мы не нанесли новых ран тем, кто и так уже пострадал. И в то же время у нас здесь не курорт, все трудоспособные должны вносить свою лепту… короче, сама поймешь со временем, как балансировать на жердочке.

— Ладно, если так надо я справлюсь… — Даша кивнула, — значит, говоришь перевезти на большой остров? Товарищ майор, поможете? А то местными шаландами я их до ишачей пасхи возить буду… И еще, там ваши ребята не докладывали насчет складов? А то раз военно-морская база, пусть и временная, то должны быть и склады? Продовольствия, инструмента всякого, вещевого довольствия…

Новиков кивнул.

— Продовольственный и вещевой склад точно есть, Слон докладывал. А зачем вам вещевой склад, товарищ капитан?

— Ну как зачем?! Вы видели, во что превратилась их одежда? Я так понимаю тут они еще и уголь на корабли грузили. — Дарья покачала головой, — Я бы тем тряпьем и пол мыть не стала! Надо одеть их в новое и чистое, пусть на первых порах это и будут робы японских матросов.

Я решил повести итог столь плодотворной дискуссии.

— Добро! Александр Васильевич, окажи товарищу Дарье всю возможную помощь, помоги с перевозкой людей, выдели пару отделений для поддержания порядка… Действуйте короче! — Я сжал голову руками, ну вот этот вопрос хотя бы начал решаться, да и Дарья теперь будет занята и перестанет чувствовать себя «бесплатным приложением». Надо только будет проследить что бы она не стремилась делать все сама, по ее неопытности может такое произойти. И поскорее обучить этих жертв Японской военщины русскому языку, тут Кима надо напрячь, он у нас точно двуязычный.

— Степан Осипович, — отвлек я адмирала Макарова от каких то своих размышлений. — Здесь у нас все, машина завертелась! Теперь нам надо бы поговорить о делах наших в несколько расширенном составе, в присутствии Наместника Алексеева. — я вздохнул, — Только вот как вас вместе собрать, ума не приложу. Разве что на четыре часа пополудни объявить торжественный обед в честь разгрома Того… туда и пригласить, вас да Алексеева?

— Пригласить то можно, и приглашение он примет, он еще ни разу от обеда не отказывался… Только вот зачем вам это, Павел Павлович?

— А затем, Степан Осипович, что хватит вам собачиться и тем всякую шушеру под Шпицем тешить. Идет война и в первую очередь должны стоять интересы Державы, а уж потом и личные амбиции. Потом гонором меряться будете, а сейчас дело делать надо.

— Наверное, вы, как всегда, правы, Павел Павлович?! Если что, могу прислать кока с «Аскольда», он знает вкусы Наместника.

— Буду вам премного благодарен, Степан Осипович, сейчас я свяжусь с Карпенко, пусть посылает приглашение. И вам тоже пришлем официальное приглашение, чтобы все было одинаково.

15 марта 1904 года 15–15 по местному времени

Острова Элиот, кают-компания БПК «Адмирал Трибуц».

Павел Павлович Одинцов.

После моего разговора с Карпенко в план операции «Банкет», были внесены изменения. Посоветовавшись со Степаном Осиповичем, мы послали приглашения не только адмиралам с их флаг офицерами, но и всем капитанам первого — второго ранга. Да, это мероприятие, что называется: «и людей посмотреть и себя показать». Встречая, вместе с Карпенко, гостей возле трапа удалось заранее, тет а тет, согласовать позиции и с Алексеевым и с Макаровым. Конечно, пришлось нелегко, но удалось протолкнуть в адмиральские умы мысль отложить распри на послевоенный период. Все победы в Петербург будут представляться как спланированные штабом Наместника Алексеева и блестяще осуществленные флотом под личным руководством адмирала Макарова. В военное время всем хватит и подвигов и наград.