Последняя девушка - Джо Харт

Они разбили лагерь у подножия холма за выступом скалы и съели свой холодный ужин, который состоял из печенья и сладкого джема. Зоуи облокотилась спиной на камень, мечтая о том, чтобы огонь дотянулся до ее рук и ног.

– Когда ты в последний раз говорила с Мерилом? – спросил Элай, обращаясь к Челси.

– Примерно двадцать минут назад. Он сказал, что Йен уже на своей позиции, а они с Ньютоном за зданием ретрансляции. Судя по тому, что он увидел, он думает, что там только один рабочий и один охранник. Так что им не составит труда оставаться незамеченными.

– Что нам делать, если не будет грозы? – спросила Зоуи.

– Видимо, нам придется остаться здесь еще на один день, как-то так, – ответила Тиа.

– А что, если грозы не будет очень долго?

– Тогда нам придется перегруппироваться, попробовать снова. Не беспокойся. Мерил не сдастся до тех пор, пока Мика еще жива.

Зоуи потерла палец о ближайший камень. С одной стороны он был совершенно гладким, отшлифованным водой с тех времен, когда уровень реки был гораздо выше. Она стала словно этот камень – часть ее разрушительной сущности уже отшлифовалась. Эта часть была самой важной.

Они подождали до поздней ночи, но на небе не было ни тучки – только насмешливо-спокойная тишина, которая действовала Зоуи на нервы. Элай предложил взять первые часы караула, чтобы выспаться после. Шум реки превратился в торопливую колыбельную, которая, однако, никак не помогала Зоуи уснуть.

Утро встретило их блестящим каскадом красных гор, утопающих в туманно-голубых небесах. Часы до полудня они провели, переговариваясь с Мерилом и Йеном, проверяя снаряжение, которое прошло уже все осмотры не меньше дюжины раз, и бросая взгляды на предательски голубой навес над головой. Однако звука, которого Зоуи боялась больше всего на свете – лопастей вертолета, – не было слышно. Хотя его стоило ожидать в любой момент.

День, а следом и вечер тянулись неспешно. Минуты превращались в часы, пока с востока медленно, словно убийца, не выползла ночь.

Когда последние лучи погасли, Зоуи села под тяжелым навесом из плоского камня, опиравшегося на еще один валун у края лагеря. Камень этот создавал естественное укрытие от ветра и непогоды.

Непогода.

Зоуи посмотрела на испещренное звездами небо. Ветер, которого днем почти не было, теперь стал сильнее и проносился над холмами, завывая между скалами. Первые облака ядовито-серого цвета появились прямо перед наступлением темноты. Но никакой грозы, а главное – молнии – не было и в помине.

На ужин они съели сушеное мясо и выпили то, что Челси назвала «кофе». Он оказался черным и горьким, но горячим. Воду для него разогрела Тиа, используя ручной фонарь из своей сумки.

Никто не сказал ни слова о том, что происходило в небе.

Теперь Зоуи уже ощущала это – напряжение, витавшее в воздухе. Чем ниже опускалось солнце, тем больше красок теряла река. Вскоре она превратилась лишь в темную ленту, проплывающую мимо. Шум ее непрерывного потока вовсе не успокаивал ее нервы, а напротив, лишь прибавлял тревоги.

Подняв глаза, Зоуи увидела, что все трое из команды пришли разделить с ней место под навесом. В окружающей темноте она уже не могла разглядеть их лиц.

– Конечно, мы бы могли разжечь костер, – сказал Элай. – И даже притвориться, что устроили пикник.

– Да, не помешала бы и пара бутылочек холодного пива с какой-нибудь горячей закуской, – пробормотала Тиа.

– Ладно, хватит говорить об этом. Все это сводит меня с ума, – вздохнул Элай.

– Люди обычно ходили в походы для удовольствия? – спросила Зоуи.

– О да, постоянно, – ответил Элай. – Люди устраивали много чего для веселья, прежде чем все отправилось к чертям.

– Что, например?

– Например, отправлялись поплавать, – сказала Челси. – Дженни и я плавали почти каждые выходные все лето. Наши родители брали нас, когда она была еще совсем маленькой, и я продолжила эту традицию после их смерти.

– А я скучаю по фильмам, – призналась Тиа. – Часто ходила в кино. Рядом с нашим домом в Сиэтле находился большой кинотеатр, один из тех, у которых был изогнутый экран. Я все еще помню привкус масла из попкорна. Наверно, оно закупорило пару моих артерий, но я почти уверена, что я бы выпила его литра четыре прямо сейчас.

Элай задрожал:

– Меня сейчас вырвет.

– Слабенький организм.

– Во мне нет ни грамма слабости, женщина, ты прекрасно об этом знаешь.

– Кроме твоего ума и чувства юмора, – парировала Тиа.

– Даже не знаю, почему бы тебе просто не признаться в любви ко мне. Из этого могло бы выйти что-нибудь прелестное.

Челси подтолкнула Зоуи и тихо рассмеялась. Девушка улыбнулась и посмотрела на всех по очереди. Сначала она думала, что группа состояла из товарищей по несчастью, которые нуждались друг в друге лишь для выживания, но чем больше времени она проводила с ними, тем яснее видела, что в этом скрывалось нечто большее. Раньше она представляла себе, какой стала бы ее жизнь, если бы она выросла с родителями, – все было бы иначе. Но Зоуи никогда по-настоящему не ощущала, что значит иметь семью. И до сих пор этого не понимала – до теперешнего момента, когда ощутила, что семья – именно те, на кого она смотрела.

– Думаешь, мы должны связаться с Мерилом? – спросила Зоуи у Челси, отгоняя сентиментальное наваждение.

Вдруг с запада раздалось едва различимое грохотание. Зоуи ощутила это где-то внутри грудной клетки прежде, чем сумела распознать знакомый звук.

Это был гром.

Все напряглись, ожидая, что звук повторится. И это случилось спустя минуту.

Челси схватила наушники, обмотанные вокруг ее шеи. Глаза ее расширились.

– Ты уверен? Хорошо, – она встала. – Йен сказал, что только что видел молнию в тридцати километрах от него. Надвигается буря.

– Пойдемте собираться, – сказал Элай.

Все направились к лодке. Зоуи вертелась в темноте, пытаясь помочь, чем могла, но в основном оставалась в стороне. Пистолет, который отдал ей Мерил, свисал с бедра в кобуре и казался очень тяжелым. Зоуи схватилась за рукоятку, и вес оружия немного ее успокоил.

Так тихо, как только возможно, они отшвартовали лодку и повели ее по воде вдоль берега. Несколько раз ее алюминиевое дно натыкалось на камни, и Зоуи съеживалась с каждым ударом. Воздух сотрясался от еще одного громового раската, и на сей раз он был мощнее и дольше. И вскоре небо осветил скачок пурпурной молнии, прорезавшей недра грозовых облаков. Уже гораздо ближе.

Не проронив ни звука, они забрались внутрь плавучего судна, и Элай оттолкнул их к течению.

Тиа запустила двигатель, и его звук почти угас в завываниях ветра и рокоте шторма. Медленно они заскользили по воде – скорости едва хватало на то, чтобы двигаться против течения.