Бремя победителя - Денис Агеев

— Отстань, Ролдан, — отмахнулся я. Глубоко вдохнул и выдохнул. Пульс и дыхание возвращалось к норме.

— Рой двинулся в нашу сторону, — напомнил азиат.

— Черт, сейчас будет жарко, — прокомментировал Ролдан.

— Примем его как родного, — сказал я, доставая плазменную гранату.

— Какой же мерзкий звук, — поморщился Перк.

— А тебе бы все голоса нимф слушать, макака ты узкоглазая, — усмехнулся Ролдан, тоже доставая гранату.

— Надо подпустить его поближе, — сказал я. — И бросать гранаты будем по очереди. — Обратился к Айрексу. — Тебя это тоже касается, Айрекс.

Заключенный не отреагировал. Он стоял подбоченившись и внимательно глядел в сторону тучи гудящих насекомых, что приближалась с каждой секундой. Напряжение нарастало, пульс увеличивался. Рой циситов действительно выглядел непобедимым, внушал неподдельный страх.

— Не хочу показаться трусом, но… может, стоит все же спрятаться за стенами? — предложил азиат.

— Если мы подпустим рой близко к НИПу, то выполнить задание будет затруднительно. Нужно попытаться его уничтожить на расстоянии, — сказал я. — Или хотя бы ослабить.

Шелестящий гул нарастал, а черная туча увеличивалась в размерах, заполоняя собой подобно газу как можно больше пространства.

— Все, пора, — проговорил я и запустил гранату. — Ролдан, следующий — ты.

— Почему я? Пускай макака узкоглазая кидает…

Взрыв. Брызги плазмы разлетелись в стороны фейерверком раскаленных сгустков, сжигая десятки насекомых. Но рой не уменьшился. Казалось, он стал только больше. Да еще и двигаться начал резвее.

Энергоресурс +6100

— Ролдан, твою мать!

Напарник выругался, но выполнил просьбу. Граната полетела в сторону тучи, но разорвалась, так и не достигнув ее. Обжигающие брызги плазмы накрыли несколько особей, но основной удар ушел впустую.

— Сука! Не рассчитал! — возмутился спутник.

Следующую гранату бросил Айрекс. Я не стал его упрекать в этом, он бы все равно меня не послушал. Снаряд разорвался почти в самом центре роя, уничтожив ни одну сотню насекомых.

— Перк, бросай!..

Граната азиата тоже разорвалась только на подлете.

— Черт, целься точнее, гребаная макака! — осудил его Ролдан.

— Смотри за собой, придурок! — огрызнулся азиат.

Рой уменьшился в размерах, но и, обозлившись, двигаться стал куда быстрее. Мы попятились. Айрекс запустил еще один плазменный снаряд и начал стремительно отступать.

— Назад! Назад! — закричал я, бросая гранату.

Взрыв плазмы обдал тучу раскаленными сгустками. Вниз посыпались десятки мертвых циситов. На этот раз мне удалось уничтожить чуть ли в два раза больше тварей.

Энергоресурс +9650

Определить размер роя теперь не представлялось возможным — он накрыл нас как черное одеяло. Айрекс успел уйти, Ролдана я тоже не видел рядом. Но вот Перк находился недалеко и уже не отступал. Достав кнут, он хлестал им во все стороны и кричал, подбадривая то ли нас, то ли себя. Я активировал защиту в костюме, прикрыл голову щитом из энерго-наруча и принялся ожесточенно бить термо-бичом во все стороны, поражая за каждый удар по несколько циситов. От усталости движения мои стали скованными, поэтому я активировал «Временное расширение» и «Сверхскорость» — и дела пошли лучше.

Несмотря на сверхактивные движения, твари все равно умудрялись падать на незащищенные участки тела — руку, шею и голову — и вгрызаться в плоть. Пару раз я даже ощутил вес на ботинках. К счастью, я с легкостью скидывал их с себя. Зловещий шум растянулся, став похожим на монотонный тягучий мотив, я же словно впал в транс. Не обращая внимания на усталость и боль в мышцах, я махал бичом, алый кнут которого извивался змеей, прорубая тьму.

Многочисленные сообщения о получения энергоресурса заполонили нейроинтерфейс, но я уже не обращал на них внимания. В какой-то момент промелькнуло уведомление о заполнении энергоемкости, но разбираться с этим у меня не было времени.

Трупиков циситов под ногами становилось все больше и больше. В какой-то миг я понял, что двигаться становится неудобно. А потом…

Рядом со мной прогремел гулкий хлопок — взорвалась очередная плазменная граната. Я упал на землю, а точнее, в покрытый сотнями трупиков насекомых хрустящий ковер. На меня посыпались обожженные тельца тварей. Видно ничего не было — меня почти завалило мертвыми насекомыми. Пара сгустков плазмы попало на комбинезон, но повредить не повредило — защитный экран все еще работал. Кто же, черт возьми, додумался кинуть снаряд в разгар боя?!.

Действия обеих способностей закончились, мир снова ускорился, а я — замедлился. Накал спал, и я внезапно осознал, что не могу даже поднять руку — настолько мускулы в ней ослабли от усталости. Но меня рой уже не трогал. Я лежал в куче мертвых насекомых и не шевелился, отчаянно хватая ртом воздух и пытаясь собраться с мыслями.

Поднял голову, отбросив от себя несколько трупиков. Начал выбираться из-под хрустящих и дымящихся тел циситов. Тучи надо мной уже не было. Она двинулась дальше, к НИПу.

— Черт! — выругался я, и почти сразу впереди прогудел взрыв. Судя по брызгам плазменного фейерверка почти у самой макушки роя, бросили гранату сверху. Видимо, в бой, наконец, вступил Виллис.

Так, а где Перк? Он же был рядом со мной…

Я огляделся. И нашел напарника метрах в пяти от себя. Куча мертвых насекомых зашевелилась, и из нее вырвалась рука с окровавленной трехпалой ладонью.

— Перк! — крикнул я и бросился к спутнику. Подбежав к нему, начал разгребать завал мертвых тел, которым, казалось, не было конца.

— Шой?.. Шой, это ты? — натужно прохрипел азиат.

Я, наконец, увидел его лицо. Вернее, то, что от него осталось. Дрожь пробрала меня с головы до ног. Я даже замер на мгновение от оцепенения. Лицо спутника представляло собой одно сплошное кровяное месиво. Глаз не было, вместо носа — две дырки. Губы остались на месте, но их изорвало, словно пропустило через мясорубку.

— Черт, Перк… — выдохнул я.

— Я хотел… хотел поджарить этих тварей… — хрипло проговорил он, захлебываясь кровью. — Замешкался… или что-то не так сделал… Чертова граната разорвалась у меня в руке.

И только после последних слов я заметил, что у напарника не доставало левой руки — ее оторвало по самое плечо. Защитный костюм с левой стороны тоже был весь прожжен насквозь — через обожженную и дымящуюся рвань проглядывались кровавые ошметки.

— Как странно, Шой… — тихо проговорил Перк, нащупал мою руку и крепко впился оставшимися тремя пальцами мне в запястье. — Боли совсем нет… Только легкость… Как же я хочу домой…

— Черт, Перк… — повторил я. Слова не шли. Из головы словно выдуло все мысли.