Пропаданец - Евгений Шепельский

Тендал передернул плечами. О как, значит, раскусил, решил не отвечать на подначки!

Берег приближался, обозначились рифы, скрытые тонким слоем воды. Я взял в сторону и с наслаждением прихлопнул веслом гнусного физалиса.

– Вот что, принц, у меня вопрос… Долго он не дает мне покоя… У тебя на «Благодати» десять коров, есть вытяжки, но почему на корабле вообще не пахнет хлевом?

Маска разомкнула губы:

– Угольный фильтр.

– Флирт? Уреш, хитро устроено! – Я разгадал, что принц имеет в виду, но не подал виду. – Нет, на самом деле хитро!.. А вот в моем краю коровники все без флиртов, представляешь, высочество? Нет, я понимаю, на корабле с коровником без флирта никуда!

Губы маски стянулись в тонкую линию. Чувство юмора было неведомо принцу.

В каюте Вандоры по-прежнему царило молчание, но что-то подсказывало мне: принцесса не спит.

Берег надвинулся, на грудах загаженных камней сидели грязно-белые чайки и серые, почти неотличимые от них вороны. Дальше крутые, обточенные ветрами валуны, между ними вьется тропка, поднимается к зарослям желтоствольного самшита. Я увидел остатки деревянных мостков, направил «Малку» туда. Подчалили боком, лодка вздрогнула, послышался скрежет. В каюте Бакинчу что-то загремело, голос мудреца выплюнул ругательство. Тендал удивленно нахмурился. Угу, старик полон сюрпризов. Вот такой воспитатель у госпожи Нэйты!

– Вы скоро, Франног?

– Гугу-бу-бу!

– Поторопитесь, мы причалили!

– Гу-гу!

Я бросил весло под ноги, взял швартов и обмотал вокруг осклизлого деревянного столба.

– Ваше высочество?

Тендал обернулся.

– Нужно решить еще один вопрос, принц. Без него я тебе жизнь не сохраню. И людей твоих прирежу. – Я уселся на планшир. Ахарр! Дело! То самое, ради которого я и вытащил принца на палубу, из-за которого – нет, конечно, отчасти – вчера так старательно изображал ублюдка (особо усердствовать мне, если честно, не пришлось). Но если Тендал откажется… значит, откажется. Не убивать же его на самом деле? Я, конечно, мерзавец и подлец, но небеса не дали мне кровожадности – я сопливый, исключительно сентиментальный сукин сын. Например, я четко ощущал к этому вот принцу симпатию – именно как к неплохому правителю, не подумайте чего дурного. По сравнению, скажем, с Барнахом Пятым Тендал был просто гений государственного управления. А как он все поставил на своих кораблях! Нет, просто жаль убивать такого человека – он для страны может сделать много, ну и потом – если я его убью, в Фалгонаре, чего доброго, начнется гражданская война. А мне это ну совсем не нужно – я планирую там поселиться. Все-таки Фалгонар – наиболее развитая страна на севере этого мира. Блага местной цивилизации, все такое… Я, вообще, люблю блага цивилизации, жить в глуши какой-нибудь Тарентии не для меня.

– Я внимательно слушаю тебя, Олег.

Он сделал упор на моем имени и снова произнес его с ударением на первую букву, хех, надо же! Я расхохотался про себя.

– Прежде чем я тебя отпущу, ты должен поклясться королевским словом, что… не станешь нас искать, преследовать, а буде попадемся тебе в руки, отпустишь живыми и невредимыми на все четыре стороны! Эта клятва – залог твоей жизни. Решай здесь и сейчас. Да – или нет. Да – или нет.

В каюте Вандоры послышался шорох. И что-то похожее на хмыканье. То ли она посмеялась над моим предложением – мол, да Тендал ни за что не пойдет на такое! – то ли о чем-то хотела предупредить, но – передумала.

Принц ответил – сразу и с каким-то оттенком изумления:

– Я могу принести эту клятву.

– Ты клянешься, значит? – безмерно удивился я.

Вандора еще раз насмешливо хмыкнула. Я знал ее достаточно хорошо, чтобы понять – где-то сейчас я свалял дурака. Но вот где? Спрашивать ее при Тендале не выйдет. Вообще спрашивать о таком – значит, себя унизить, я же мужчина, все знаю лучше, чем женщины, а?

Тендал сказал:

– Да, я клянусь. Я даю тебе слово государя.

– Нет, этого мало. Добавь еще: «Или пусть я буду называться до конца своих дней Тендал – бесчестный говнюк!»

Будущий император проговорил это с мимолетной улыбкой.

Я пожал плечами: странно, не ожидал, что Тендал Справедливый запросто свяжет себя такой клятвой. А впрочем, должно же мне когда-то повезти?

На палубе появился Франног, замотанный в багровую мантию Бакинчу. Через плечо перекинуты два узла, связанные веревками, в руках тяжелая сума.

– Сынок, это твоя ноша! Магические книги!

Я покосился на суму, потом на поклажу, которую приготовил для себя. Не много ли добра натырил старик у Бакинчу? Впрочем, сам ведь предложил ему брать что угодно. Я напялил тесные матросские одежонки, втиснулся в ботинки невинно убиенного старшины Хендри. В каюте Вандоры по-прежнему царила тишина.

Я перетаскал всю поклажу на берег, балансируя на трухлявых обломках досок. Распугал вялых от сытости птиц, вернулся, отвязал принца и свел его в его же каюту. Усадил на кровать (какой, однако, принц чистюля – вся каюта в кремовых тонах, простыни и одеяла белоснежные… тьфу, просто). Тендал поднял вихрастую голову, в глазах был вопрос и… спокойное, где-то даже отрешенное ожидание смерти… Проклятие, он был уверен, что я его прикончу! Нет, что ни говори, во мне умер великий лицедей! Э-э, нет, почему умер? Родился, родился во мне прекрасный актер!

Франног набулькал из коричневого пузырька в фарфоровую чашечку густой, почти черной жидкости, которая пахла будто травяная настойка.

– Яд? – Губы принца дрогнули, маска истончилась, вновь проглянуло человеческое лицо. Ага, забоялся!

– Просто зелье. Дурман, белладонна, молочай, так, всего понемножку, что удалось отыскать у твоего чародея, – сладко пояснил этот Хоттабыч. – Не бойся, все минует без особых последствий. Я сведущ в фармакопее.

– Будешь баиньки, – пояснил я. – Очнешься скоро, но до вечера вряд ли сможешь ходить иначе чем на четвереньках, так тебя будет скручивать тошнота и слабость. Ну, матроса из трюма освободишь, это несложно… Впрочем, это раньше еще проделает твоя сестра. Я дарю тебе жизнь. Помни об этом, маленький принц. И помни о своей клятве!

Тендал сдвинул связанными руками.

– Я помню.

В его словах мне почудилась издевка.

– Пей, сявка, – заявил старик, поднося к губам принца чашечку.

Тендал вновь удивился: вряд ли ожидал, что благообразный воспитатель его невесты будет употреблять столь бранные слова, да еще в адрес царственной особы!

– Дудли, величество, – сказал я. – Одним махом – ап! Как стопку. Давай, а то настучу по рогам!

Принц взял чашечку, выпил залпом. Голова упала на грудь почти сразу. Мгновение – и Тендал погрузился в глубокий сон.