Чингисхан. Пядь земли - RedDetonator

– Сенатор Куруфин, вы принимаете дополнение сенатора Дропанея? – спросил Торисмуд.

– Принимаю, – медленно кивнул лидер Зелёной фракции.

– Тогда проведём голосование… – вздохнул Торисмуд.

Голосование показало, что 67 % сенаторов за предложение Куруфина, 22 % за предложение Сигумира Беззубого, а 11 % воздержались.

– Тогда проведём составление списка кандидатов в экстраординарные военные трибуны, – продолжил действовать по регламенту Торисмуд. – Претор Эйрих, по всем понятным причинам, тебе следует покинуть зал заседаний.

– Слушаюсь, почтенный, – поклонился Эйрих и, наконец-то, пошёл в сторону выхода.

А на улице свежесть, резко контрастирующая с духотой наполненного сенаторами зала заседаний.

– Альвомир! – позвал Эйрих.

Гигант обнаружился за зданием Сената. Он, вместе с деревенскими детишками, самозабвенно лепил снежную бабу.

Дети весело перекидывались между собой снежками, а некоторые помогали не на шутку увлечённому Альвомиру.

«Обычно снег к этому времени совсем сходит…» – подумал Эйрих. – «А вчера что-то снова выпал…»

Сезонная погода в провинции изменялась, этого не заметил только тупой, потому что даже слепой чувствовал более долгий зимний холод последние четыре-пять лет.

Протяжённые зимы – это более поздняя посевная, а значит и меньший урожай. Меньше хлеба в закромах – больше риск голода.

«Позаботиться о дополнительном закупе зерна этой осенью», – принял решение Эйрих. – «Легионеры будут хотеть есть всегда, а желудок глух к объяснениям о силе непреодолимых причин отсутствия пропитания».

Но поздняя посевная – это не только вероятные проблемы с зерном, но ещё и возможность. Новые хомуты покупают с неохотой, но когда начнутся проблемы с вспашкой, когда селяне начнут не успевать вспахивать всё выделенное пространство, появится Эйрих, с новым хомутом, не удушающим лошадей.

«Не получилось через благо, получится через беду», – подумал он философски.

– Да, деда? – отвлёкся Альвомир от лепки снежной бабы. – Уже идти?

Снежная баба получалась очень детализированной, почти точно копирующей фигуру человека.

– Ничего, Альвомир, – покачал головой Эйрих. – Долепи её.

Гигант радостно улыбнулся и продолжил лепку.

Эйрих прошёл к дереву, торчащему посреди свободной площадки у Сената. Опёршись плечом в ствол, он ждал, пока Альвомир закончит своё развлечение. Получалось у него недурственно, даже жаль, что это творение скоро растает.

Но просто подождать не получилось, потому что к ожидающему своего протеже мальчику подошла группа детей.

– Дядя Эйрих… – обратился к нему «делегат».

Гундихельм, также известный как просто Гунди – так звали «делегата». Он внук старейшины Идабада, принадлежащего к Белой фракции. Сенатор, насколько успел узнать его Эйрих, благочестивый арианин и любящий отец, обеспечивший своих детей задолго до того, как вошёл в Сенат. Уважаемый человек, к мнению которого прислушиваются.

– Да? Чего хотели? – поинтересовался Эйрих.

– А правда, что ты видел в Константинополе настоящего императора? – спросил ребёнок.

– Правда, – кивнул Эйрих с улыбкой.

– И он действительно ростом на две головы выше Альвомира? – задал следующий вопрос Гунди.

– Ну… – Эйрих замялся.

– И правда, что он ходит в доспехе из золотой чешуи? – не дал ему ответить ребёнок. – А на голове его есть золотой венок?

– Да наврала тебе всё Аудо! – непочтительно выкрикнула низкорослая девочка с рыжей косой.

– Ничего не наврала! – возмутился Гунди. – Дружинники говорят, что римский император был зело могуч, но его убили злые и подлые вороги!

– Враньё! Ха-ха-ха! – рассмеялась рыжая.

Гунди толкнул девочку, та ударила его кулаком в лицо, после чего началась потасовка. Эйрих, некоторое время, без особого интереса наблюдал за происходящим.

– Хватит, – произнёс он, когда у него закончилось терпение.

Дети расцепились. Гунди утёр юшку с носа, а рыжая девочка поправила косу.

– Золотые доспехи его я лично не видел, но слышал, что у него такие есть, – заговорил Эйрих. – Ростом он был не выше, а на две головы ниже, чем Альвомир. И да, его убили наёмники консула Флавия Стилихона, во время гонок на Ипподроме. Я был там, мне пришлось убить нескольких из наёмников, но остальных убил Альвомир.

Гунди и остальные дети перевели взгляды на гиганта, со счастливым выражением лица доводящего снежную бабу до совершенства. Трудно поверить, что такой дружелюбный человек может просто взять и хладнокровно убить группу вооружённых людей, которые специально обучались убийству важных персон.

«Арабы…» – припомнил Эйрих. – «Шармута – так сказал один из них, когда я раздавил ему руку. Жаль, что не удалось взять их живьём и, как следует, допросить».

– А правда, что в Константинополе у римлян избы выше, чем наше здание Сената? – продолжил опрос Гунди.

Откуда им иметь представление о по-настоящему грандиозных зданиях? Как дети могут умозрительно нарисовать перед собой Большой императорский дворец, если самое большое здание, которое они видели в жизни – двухэтажное здание Сената, построенное из брёвен?

– Правда, – кивнул Эйрих. – Если, когда вырастете, станете воинами, может, доведётся увидеть величественные здания Рима.

– Я стану девой щита и обязательно увижу и Рим, и Константинополь! – уверенно заявила рыжеволосая девочка.

– Как тебя зовут? – спросил у неё Эйрих.

– Вальдамерка, дочь Людомара, – представилась рыжая.

На вид ей зим девять, что чуть поздновато для лучника, но приемлемо для всадника.

– О, дочь самого народного трибуна, – улыбнулся Эйрих. – Скажу тебе одно: прежде, чем принимать решение о становлении девой щита, следует спросить разрешение отца. Если он не против, то приходи к Эрелиеве, она подскажет чего дельного.

Девы щита – это почёт не только для семьи, но и для дружины. Их, в целом, мало, среди них ещё меньше выдающихся воительниц, поэтому последние всегда уважаемы. Эйриху не помешает ещё одна воительница на перспективу.

– Я приду к ней, дядя Эйрих, – почтительно поклонилась Вальдамерка.

– Дети, – обратился Эйрих к остальным. – Мне нужны хорошие легионеры, поэтому, когда переживёте рубеж пятнадцати зим, жду юношей в своём легионе. Воинскую славу обещаю, как и достойный заработок. Но требования будут строгими, поэтому готовиться надо как к испытанию в дружину. Держите это в голове, когда задумаете праздно потратить время на бесполезные развлечения.

– Деда, я сделяль, – донеслось со стороны Альвомира.

Эйрих обернулся и увидел завершённое творение гиганта. При детальном рассмотрении стало ясно, что Альвомир повторил в снегу образ Альбоины, правда, в домашней тунике, но с мечом, направленным в землю.

«Красиво, но жаль, что недолговечно», – подумал Эйрих.

Он полюбовался на снежную статую и посмотрел на гиганта.

– Молодец, Альвомир, – похвалил он его. – Мастерская работа.

– Спасибо, деда, – довольно улыбнулся Альвомир, отряхнув руки от снега. – Идём?

– Идём, – кивнул Эйрих.

Они двинулись по заснеженной улице, сопровождаемые взглядами детворы, переставшей играть.

– Деда…

– Да?

– Когда уходим?

– Куда уходим?

– Уходим ваивать.

– Скоро.

Отношения Альвомира к боевым действиям Эйрих до сих пор не понял. Упиваться смертью он может только когда распалится в